Департамент нераскрытых дел (сборник) - Рой Викерс

– У вас, мистер Манси, не украли крокодиловый чемодан? Позавчера, на вокзале Виктория? – осведомился сержант.

Джордж попал в затруднительное положение. Признать, что чемодан принадлежал ему – точнее, его жене, – означало поведать мистеру Арроусмиту, что он солгал, сказав, что ловко продал все семьдесят семь резиновых дудок без малейшей скидки. А потому Джордж ответил:

– Нет.

– Я так и думал! Просто нелепое недоразумение. Скорее всего изготовитель что-то напутал. Извините за беспокойство, джентльмены! Желаю хорошего дня!

– Подождите минутку, – остановил полицейского мистер Арроусмит. – Но ведь в тот день, Манси, у тебя был с собой крокодиловый чемодан, в котором, как ты сказал, лежал смокинг. И каждый день ты действительно ездишь домой через вокзал Виктория. Но при чем же здесь резиновые дудки, сержант? Они не могли оказаться в чемодане мистера Манси, если он продал их.

– Именно так, мистер Арроусмит. Уж и не знаю, кто, что и у кого украл, – отрезал Джордж. – Прошу простить: меня ждут покупатели.

Джордж встревожился не на шутку – даже отпросился и ушел с работы пораньше. Дома решил обо всем рассказать жене: о том, что солгал полицейскому и что сам скупил все резиновые дудки. Хильда сумела вытянуть из мужа истинную причину антипатии к невинным игрушкам, и в результате, когда полиция доставила владелице украденный чемодан из крокодиловой кожи, наотрез отказалась его признать.

Закон не предусматривал способа навязать вещь супругам Манси против их воли. Крокодиловый чемодан вместе с семьюдесятью семью резиновыми дудками был сдан в Департамент нераскрытых дел, где и прозябал вплоть до суда над похитителем, Джейком Менделем.

Немного выше, на полке, стояла точно такая же дудка, семь месяцев назад выброшенная Джорджем Манси из окна поезда, отправившегося в три пятнадцать из Саутенда и следовавшего без остановок.

Сотрудники департамента достали из чемодана одну игрушку и поставили рядом. Логической связи между двумя предметами не существовало, и детективы просто догадались о возможном неслучайном совпадении и попытались каким-то образом соотнести Уолем с Саутендом, но потерпели неудачу; проследили историю семидесяти семи резиновых дудок, но только до того момента, как Джордж Манси сложил их в крокодиловый чемодан. После этого ниточка оборвалась.

В глубоком разочаровании следователи вернулись к дудке из Саутенда и в сопроводительных материалах прочитали, что игрушка была продана не мужчине с ребенком, а молодой женщине. Следующим шагом стало сопоставление молодой женщины и Саутенда, и здесь всплыло нераскрытое дело: убийство Этель Фербрасс. В показаниях родителей значилось:

«16 ноября 1907 года наша дочь вышла замуж за Данило Князя. Брак был заключен в регистрационном бюро на Генриетта-стрит. Муж сразу увез Этель в свадебное путешествие в Саутенд, где они провели две недели».

Две недели, прошедшие с шестнадцатого ноября, дали тридцатое ноября. Именно в этот день на железнодорожных путях была найдена резиновая дудка.

Итак, одна резиновая дудка была выброшена из окна поезда молодой женщиной, которую впоследствии убили, а спустя шесть с лишним месяцев продавец из аптеки эксцентричным образом поступил с семьюдесятью семью резиновыми дудками.

Связь казалась абсолютно нелогичной, однако департамент нераскрытых дел специализировался на нелогичных связях. О своей дерзкой догадке сотрудники департамента сообщили – в виде служебной записки внутреннего пользования – инспектору уголовной полиции Рейсону.

Рейсон поехал в Банбери, привез чету Фербрасс в Уолем и, вручив им пять шиллингов, отправил в аптеку мистера Арроусмита с заданием купить грелку.

Смеющаяся леди

Глава 1

Тем из читателей, кому еще нет тридцати, имя Люсьена Спейнгрейва, возможно, не напомнит ни о чем, кроме знаменитого преступления, которое время от времени обсуждается до сих пор. На самом же деле знаменитостью был сам мистер Спейнгрейв, а преступление его прославилось исключительно благодаря долгому окольному пути, которым Скотленд-Ярд пришел к раскрытию убийства.

Возможно, вы слышали, что мистер Спейнгрейв был успешным комедийным актером, даже уникальным. Он исполнял одну-единственную роль – циркового клоуна, но при этом никогда не играл в цирке. Последние десять лет жизни выступал в собственном театре в Уэст-Энде, где дешевые места стоили в два раза дешевле, а дорогие – в два раза дороже общепринятого.

Его шутки и сценический бизнес – как подчеркивают авторитетные историки театра и цирка – уходили корнями в глубину веков. Возьмем, к примеру, тот откровенно грубый номер, где клоун помогает рабочим манежа сворачивать ковер, спотыкается, падает, и его закатывают в этот самый ковер. Утверждают, что в настоящем цирке маленькие дети до сих пор от души смеются над участью бедняги. Спейнгрейв показывал эту сценку самым изощренным зрителям по всему миру, и представители разных сословий хохотали до слез над номером, придуманном в Богемии еще в XI веке.

Ключ к тайне – в отличие от улик убийства – скрыт в личности человека, способного добиться высшего мастерства. Когда Джун, жена Спейнгрейва, сначала пропала, а потом была обнаружена мертвой, кабинетный детектив вполне мог бы одержать верх над практиком, вслепую поставив на гений циркового клоуна, способного скрыть очевидное.

Миссис Спейнгрейв пропала во время вечеринки, которую сама устроила на лужайке дома в Уитбурне в последний четверг августа 1936 года. В августе Спейнгрейв никогда не выступал, однако, несмотря на отпуск, пять дней в неделю тренировался в своем спортивном зале. Физическая форма и контроль над мышцами были важны для него не меньше, чем беглость пальцев для пианиста.

На коктейль собралась приличная компания, примерно человек двадцать: все близкие друзья Джун. Хозяйка жаловалась, что муж никогда не участвует в веселье. Действительно, в личной жизни знаменитый артист вел себя довольно замкнуто и высокомерно, но в этот раз пообещал выступить на вечеринке с облегченной версией той самой лекции, которую время от времени читал в университетах. Именно эта лекция принесла Спейнгрейву три ученые степени.

Гости чувствовали себя чрезвычайно польщенными. Из спортивного зала, двойные двери которого выходили в сад, шестеро мужчин принесли классический ковер. Другие доставили поднос с привинченным кубком и маски для двуглавой собаки. Возник спор, кому выпадет почетное право скатывать ковер во время действа.

– Традиционно клоун предстает в виде жалкого человекоподобного существа, стремящегося превратиться в полноценного человека. Клоун никогда не валяет дурака сознательно, поэтому отчаянно старается помочь нормальным людям скатать ковер нормальным способом. «Проследите за моими плечами в момент приближения к статистам и реквизиту».

Артист досконально препарировал номер с ковром, затем – с двуглавой собакой. Сад спускался к реке тремя уступами, покрытыми газоном, и Джун повела гостей на вторую лужайку, свободную от ковра.

Около шести минут Спейнгрейв рассказывал историю номера, созданного при дворе короля Генриха VIII, а потом повернулся к подносу и кубку.

– В данном случае тревога выражается исключительно ногами. Мне потребуется обширное пространство. Пожалуй, для этого номера больше подойдет верхняя лужайка. Ах, вот только ковер мешает!

– Может быть, лучше снова скатать его и отнести обратно в спортивный зал, мистер Спейнгрейв?

Вопрос задал моложавый красивый мужчина по имени Фред Перрис.

Спейнгрейв повернулся и посмотрел на него с таким выражением, словно был удивлен этим предложением.

– Да, наверное. Пожалуйста.

Последовала суета вокруг ковра: в работе приняли участие не только мужчины, но и некоторые из присутствующих дам. Еще бы! Разве можно упустить прекрасную возможность при каждом удобном случае рассказывать в обществе, как однажды довелось помочь самому Спейнгрейву скатать и убрать знаменитый ковер?

Как только добровольные носильщики вернулись из спортивного зала, Спейнгрейв продолжил лекцию:

– Клоун гордится собой, потому что ему оказали честь, доверив поднести даме вино. Чтобы продемонстрировать, как это выглядит, попрошу Джун мне ассистировать, если она не возражает. Джун, дорогая!

Заставлять великого человека ждать немыслимо даже для жены.

– Джун! – громко закричали присутствующие. – Где ты, Джун? Джун!

Это время было точно восстановлено и зарегистрировано: без десяти семь. В половине седьмого миссис Спейнгрейв еще присутствовала среди гостей – спокойно-величавая, в элегантном зеленом шелковом платье, слегка озабоченная обязанностями хозяйки.

Исчезновение леди испортило лекцию. Вечеринка угасла сама собой. Добровольные помощники вернули в спортивный зал реквизит: поднос, кубок и маски для номера с двуглавой собакой. В четверть восьмого ушел последний гость.