Мэгги Глазки-Денежки - Харлан Эллисон

А машина тоже смотрела на Костнера.

Тремя голубыми глазами.

Когда он выиграл во второй раз, когда автомат сработал и в окошках снова выплыли голубые глаза, Костнера опять прошиб электрический ток. Но на сей раз игрок уже знал, что тут не просто удача, раз никто, кроме него, этих трех голубых глаз не видел.

Теперь он застыл перед машиной в ожидании. И она обратилась к нему. В голове у Костнера, где никто посторонний никогда не обитал, теперь двигался и говорил кто-то еще. Девушка. Прекрасная девушка. Роскошная девушка по имени Мэгги обращалась к нему:

"Я ждала тебя. Я очень давно ждала тебя, Костнер. Как думаешь, почему тебе достался главный выигрыш? Да потому что я ждала тебя, и я тебя хочу. Все выигрыши будут твои. Потому что я хочу тебя, ты мне нужен. Люби меня, я Мэгги. Я так одинока, люби меня.

Костнер уже очень долго не сводил глаз с игрального автомата. Взгляд его карих глаз, казалось, намертво приковали те голубые глаза на призовых полосках, которых, кроме него, не видел никто - как больше никто не слышал голос и не знал про девушку по имени Мэгги.

Он был для нее целой вселенной. Всем на свете.

Костнер пихнул в автомат еще один серебряный доллар - а распорядитель наблюдал, и механик наблюдал, и администратор наблюдал, и три девушки в разменных кабинках наблюдали за ним. Наблюдало и целое множество всяких разных игроков - некоторые даже не вставали с кресел.

Барабаны завертелись, рукоятка со щелчком вернулась на место, а секунду спустя все замерло. Спустя еще мгновение в лоток выдачи застучали двадцать серебряных долларов, а у одной из женщин за столиком для игры в кости вырвался истерический смешок.

Гонг снова взбесился.

К Костнеру подошел администратор и тихо-тихо сказал:

- Мистер Костнер, нам потребуется минут пятнадцать, чтобы выкатить автомат в мастерскую и тщательно его проверить. Уверен, вы нас правильно понимаете. - Тут же появились двое механиков, демонтировали автомат и отволокли его в мастерскую в глубь казино.

Пока все ждали, администратор потчевал Костнера рассказами о ловкачах, что прячут под одеждой всякие хитрые магниты, о бумерангистах, что прикрепляют под рукавами пластиковые приспособления, а потом выдвигают их на особых пружинных зажимчиках, о мошенниках, что приходят снаряженные малюсенькими электродрельками, сверлят дырки и заталкивают туда проволочинки. И не уставал повторять, что Костнер, конечно же, все правильно понимает.

Костнер понимал и не сомневался, что администратор не поймет ничего.

Когда Босса прикатили обратно, механики обнадеживающе закивали.

- Все в порядке. Работает отлично. Никто с ним не химичил.

Голубые глаза исчезли с призовых полосок.

Но Костнер знал - они вернутся.

Ему снова выплатили выигрыш.

Он вернулся к Боссу и сыграл еще раз. И еще. И еще.

К нему приставили наблюдателя. Он опять выиграл. И опять.. И опять. Толпа выросла до угрожающих размеров. Весть распространялась со скоростью беззвучного телеграфного сообщения - во все стороны одновременно, до самого центра Лас-Вегаса и уличных казино, где игра продолжалась днем и ночью во все времена года, - и толпа хлынула к отелю, к казино, к потрепанному бродяге с усталыми карими глазами. Люди хлынули, будто лемминги, неудержимо влекомые запахом фарта, что исходил от бродяги, будто дурманящий аромат горячих шкварок.

А он все выигрывал. Снова и снова. Тридцать восемь тысяч долларов. И три голубых глаза по-прежнему неотрывно смотрели на него. Ее возлюбленный выигрывал. Ох, Мэгги. Сущая прелесть Мэгги Глазки-Денежки.

Наконец казино решилось переговорить с Костнером. Босса опять выкатили на пятнадцать минут для дополнительной проверки экспертами из компании по производству игральных автоматов в деловой части Лас-Вегаса. Пока спецы ковырялись в машине, Костнера попросили зайти в главный офис отеля.

Там был сам владелец. Лицо его показалось Костнеру смутно знакомым. То ли из газет. То ли из телевизора.

- Здравствуйте, мистер Костнер. Меня зовут Джулес Хартсхорн.

- Рад познакомиться.

- Кажется, вам невероятно везет.

- Давно дожидался.

- Но ведь вы понимаете - так везти не может.

- Мне приходится верить своим глазам, мистер Хартсхорн.

- Хм. Мне тоже. Все это творится в моем казино. Знаете, мистер Костнер, нет сомнений, что тут одно из двух: либо автомат каким-то неведомым для нас образом вышел из строя, либо вы самый ловкий мошенник, с каким нам приходилось сталкиваться.

- Я не мухлюю.

- Как видите, мистер Костнер, я улыбаюсь. А улыбаюсь я, видя, как вы наивно верите, что ваши слова меня убедят. Клянусь, я был бы просто счастлив вежливо кивнуть и сказать: да, конечно, вы не мошенничаете. Но никто не может выиграть тридцать восемь тысяч долларов, взяв девятнадцать главных призов подряд на одном и том же игральном автомате. Тут, мистер Костнер, даже с математической точки зрения нет никаких шансов. Это столь же невероятно, что и столкновение нашего солнца с тремя неизвестными планетами в ближайшие двадцать минут. Или нажатие красной кнопки в Пентагоне, Кремле и Пекине в одну и ту же микросекунду. Это, мистер Костнер, не-возмож-но. И теперь это происходит в моем казино!

- Мне очень жаль.

- Думаю, все-таки не очень.

- А, ну конечно. Деньги-то мне пригодятся.

- А на что конкретно, мистер Костнер?

- Честно говоря, еще не задумывался.

- Понимаю. Что ж, мистер Костнер, давайте посмотрим на дело вот с какой стороны. Удержать вас от игры я не могу. А если вы по-прежнему будете выигрывать, мне придется платить. И никакие небритые головорезы не будут поджидать вас в темном закоулке, чтобы тряхануть. Все чеки будут оплачены. Мне, мистер Костнер, остается надеяться только на сопутствующую рекламу. В этот самый миг все игроки Вегаса находятся в нашем казино, ожидая, когда вы начнете бросать серебро в автомат. Правда, если вы продолжите в том же духе, потерь мне все равно не возместить, но что-то я по. крайней мере верну. Здесь каждый игрок старается держаться поближе к фарту. Единственное, о чем я прошу, это об одной маленькой услуге.

- Судя по вашему великодушию, услуга, надо думать, совсем пустяшная.

- Шутить изволите.

- Нисколько. Так что же от меня требуется?

- Поспите часиков десять.

- А вы тем временем снимете автомат и переберете его по винтику.

- Да.

- Если я и дальше собираюсь выигрывать, то глупее хода для меня не придумать. Вы можете так перетряхнуть все нутро автомата, что я уже никогда не выиграю. Даже если истрачу все тридцать восемь кусков.

- У нас лицензия штата Невада, мистер Костнер.

- Ну и что? Я тоже из хорошей семьи, а посмотреть - так просто босяк. Правда, с тридцатью восемью тысячами долларов в кармане.