История запрещенных книг на Западе. Итальянское духовенство в одну из средневековых эпох - Алексей Петрович Лебедев

государства прямехонько были бросаемы в воду и тонули, а запрещенные их товары были истребляемы огнем. В той же Австрии в 1548 г. один епископ потребовал, чтобы книгопродавцы доставляли список книг, какими они торгуют. Введено было также ревизирование книжных лавок. Ганц Эль, за распространение сочинений Лютера изгнанный в 1525 г. из Регенсбурга, за то же преступление в 1528 г. был обезглавлен в Штейэрмарке. Очень строго применялся Вормсский эдикт в Баварии. Религиозным эдиктом 1522 г. запрещено было принимать отвергнутое папой и императором лютеранское учение и даже диспутировать о нем. Ингольштадтский университет уполномочен был отбирать лютеранские сочинения у книгопродавцов. Книгопродавцам позволено было два или три экземпляра таких сочинений послать в университет, но строго-настрого запрещено было торговать ими. Проканцлер Альберт Гунгер в речи, произнесенной им в 1559 г., похваляется тем, что университет во времена Экка († 1543) за распространение сочинений Лютера и других сектантов нередко сажал книгопродавцов в тюрьму, а двоих книгопродавцов, с дозволения герцога Вильгельма, не только изгнал из города, но из всей Баварии. Религиозным мандатом в июле 1548 г. определено: книги и сочинения, признанные папским святейшеством и римским престолом возмутительными, а равно нашей христианской вере, спасительному учению и определениям св. Соборов противные, не терпеть в домах и не продавать; кто воспротивится этому определению, тот, как презритель христианской Церкви, королевского величества и князей, будет наказан и телесно, и имущественно. Аугсбургский магистрат потребовал, чтобы книгопродавцы дали клятву, что они ничего не будут печатать без надлежащего разрешения. Учреждена была строгая цензура книг. Насколько строга была цензура также и в протестантских городах, это видно из жалобы одного католического духовного лица, что изданный им в 1543 г. философский труд был искажен по воле Нюрнбергского магистрата в тех местах, которые, казалось, касались лютеранского учения. Замечательно, что в эти времена очень часто было повторяемо распоряжение, чтобы ни одна книга не выпускалась в свет без имени автора и типографа. Цель такого распоряжения состояла в том, чтобы легче можно было открыть лицо, сочинившее или напечатавшее недозволенное сочинение. Но это распоряжение имело следствием лишь то, что во второй половине XVI в. очень возросло число псевдонимных сочинений с обозначением несуществующих типографий.

После Германии посмотрим, как велось дело в Нидерландах. Чтобы воспрепятствовать распространению нового учения в Нидерландах, Карл V от 1521 до 1550 г. издает ряд распоряжений, которые публиковались в различных провинциях. Законодательство становилось все строже и строже. Филипп II верно шел по следам своего отца. Относительно книжного дела в этом законодательстве встречаем следующие общие определения: после публикации Вормского эдикта 1521 г. в Нидерландах еще не раз повторялось требование о сожжении или выдаче еретических книг в определенный срок под угрозой «наказаний телесных, имущественных и по обстоятельствам» (?), а также под угрозой изгнания и смертной казни. В 1549 г. было потребовано, чтобы книгопродавцы в течение восьми дней выдали еретические книги, а частные лица сами должны сжечь их. Известия, дошедшие от тогдашнего времени, говорят о весьма частых и громадных сожжениях книг, об их конфискации и т. д. В том же законодательстве находим такие определения: если книга трактует о церковных предметах, она должна быть наперед исследована и одобрена епископом или его уполномоченным; все прочие книги нуждаются в королевском разрешении; кто этого определения не соблюдает, тому на эшафоте раскаленным железом делается знак в форме креста или же таковому выкалывали глаз или отрубали руку, смотря по тому, что назначит судья. Если в первой книге, изданной без надлежащего разрешения, не было находимо никакого заблуждения, то виновный наказывался вечным изгнанием и с него брали штраф в 300 каролусгульденов. В том же законодательстве были еще и такие определения: книжные склады следовало ревизовать по крайней мере два раза в год; книжные тюки, присланные из-за границы, могли быть вскрываемы лишь в присутствии чиновников. Никто не мог завести типографию или начать продажу книг без дозволения. Типографы должны были клятвенно обещать, что они ничего не будут печатать без разрешения. Кроме книгопродавцов, получивших разрешение, никто не имел права продавать книг, хотя бы это были молитвенники, собрание церковных песен и календари, ни при дверях церкви, ни в других местах. Как строго соблюдались сейчас перечисленные определения, видно из следующего примера: в 1526 г. книгопродавец Франц Биркманн в Антверпене за продажу шестого тома Златоуста в Переводе Эколампадия был заключен маркграфом в тюрьму. В том же законодательстве находим определения и еще другого рода: в 1546 и 1550 гг. изданы были специальные списки книг, допущенных к употреблению в школах. В этом списке находим следующее: «Диалектика» и «Риторика» Меланхтона запрещены, так как в них встречаются сомнительные примеры; «Грамматика» Меланхтона позволена, но с замечанием, что лучше было бы не упоминать, что написал ее Меланхтон, дабы наименованием автора не побудить учеников прочитать и другие сочинения того же автора; также запрещены были указатели, составленные Эколампадием, к творениям Иеронима; последний труд позволено употреблять лишь под условием, что имя составителя будет изглажено в книге. В том же законодательстве Карла V встречаем, наконец, и вот какого рода определения: религиозные собрания (не богослужебные) были запрещены под угрозой строжайших наказаний; мирянам запрещено было диспутировать относительно книг Св. Писания. Кто будет найден виновным в ереси, а таковым считался и тот, кто владел или читал запрещенную книгу, на первый раз мог спасти себя от тяжких наказаний отречением от заблуждения; но если кто не хотел сделать этого, то мужчин обезглавливали и головы их выставляли на позорном столбе, а женщин заживо зарывали в могилу; если кто раз был уличен в еретичестве и отказался от заблуждения, а потом вторично был находим повинным в ереси, такого заживо сжигали.

Первый каталог книг, приближающийся по своему характеру, объему и распорядку к индексам в собственном смысле, был издан Лувенским теологическим факультетом в 1546 г. Этот каталог был напечатан по повелению императора Карла V. Он заключал в себе перечисление латинских, нидерландских и французских Библий и Новый Заветов; алфавитный список латинских книг, перечисление нидерландских и французских книг. Разумеется, все эти книги были запрещены. В предисловии к каталогу факультет говорил: император поручил ему исследовать все библиотеки и книжные склады и устранить из них книги еретические, приближающиеся к ереси и опасные для неученых; книги, внесенные в каталог, замечает факультет, не только все еретические или подозрительные в отношении к еретичеству, но частью и такого рода, каких в это опасное время «лучше не читать» и не давать в руки простому народу и молодым людям. После замечаний относительно запрещения Библии далее говорится: некоторые придут к мысли, что факультет мог бы внести в этот