Заводная кукла - Картер Браун

— Сегодня днем я разговаривал с Дэвисом Воганом, — сказал я. — Думаю, он рассуждает точно так же.

— Вы с ним говорили? — Его усмешка на минуту исчезла. — Он на самом деле так сказал?

— Полагаю, он собирается так сказать, — ответил я правдиво. — Наверняка знать буду завтра днем.

— Как вам это нравится? — Он широко улыбнулся. — Неужели старый негодяй с годами стал терять рассудок? — .В его глазах мелькнул торжествующий огонек, когда он посмотрел на девушку. — Похоже, милая, в конце концов у нас не будет никаких проблем!

Его пальцы впились в ее бедро, и она вскрикнула — не то от боли, не то от экстаза.

Человек, который легко приходит в замешательство, должен выбирать себе иное занятие, чем у меня, — я всегда так считал. Что-нибудь лишенное неожиданностей, шаблонное — вроде продажи надувных бюстгальтеров гоэюгрудым туземкам с острова Бали. Но в данный момент я был так близок к замешательству, что позабыл о своих рассуждениях. Вторично на протяжении дня Тони Астор была полуголой в моем присутствии, но на этот раз меня едва не смутило бесстыдство, с которым она растянулась на собственной постели. Не говоря уже о том, что парень, ее возможный будущий муж, по-хозяйски распоряжался ее обнаженным телом, не стесняясь моего присутствия. Я не ханжа и не святоша, но я был, кажется, действительно смущен, поскольку сам оказался виноват во всем. Явился без приглашения и встретил прием, который мог бы остудить даже эскимоса. Никто не предложил мне присесть или выпить стаканчик. Самое же неприятное заключалось в том, что никто и не собирался мне что-то предлагать. Мой визит провалился, и следовало признать, что Голд — черт бы его побрал! — наверняка может находиться у Тони сколько ему угодно.

А мне теперь оставалось одно: поскорее убраться вон.

Я открыл было рот, чтобы проститься, когда раздался тихий стук в дверь и появилась горничная.

— Извините меня, мисс Астор, — сказала она почтительно, — но приехала мисс Простетт и настаивает на встрече с вами. Она уверяет, что это крайне важно.

Лицо Тони приобрело страдальческое выражение; она посмотрела на горничную, потом переадресовала свое возрастающее негодование потолку.

— О Господи! — яростно воскликнула она. — Что еще потребовалось моей двоюродной сестрице?

— Только не я! Это определенно! — с кислой миной изрек Голд. Он снял руку с бедра Тони и вскочил с кровати. — Трое — уже толпа, милая, но четверо — настоящее убийство. Особенно, когда эта дама появляется на сцене. Я улетучиваюсь, прежде чем она пырнет меня ножом в бок!

— Не уходи!

Видимо, мысль об его уходе настолько ее встревожила, что она приподняла голову с подушки.

— Ты же знаешь, каковы наши отношения с кузиной Лайзой, милая, — недовольно произнес Голд. — Лучше слинять до того, как начнется скандал. Увидимся завтра вечером, да?

— У нас будет официальный торжественный обед, — сразу встрепенулась она. — С шампанским и фейерверком на террасе! Тебе это понравится, не правда ли, Ларри, милый?

Она обеспокоенно посмотрела на него.

— Ты меня знаешь, крошка! — Самодовольная ухмылка вернулась на его лицо. — Вообще-то я сторонник простой и сытной пищи, но, конечно, приду. Где-то в половине восьмого?

— Не опаздывай!

Ее голова снова упала на подушку, и тело расслабилось, поскольку она услышала, что Ларри придет завтра.

— Я никогда не опаздываю! — Он заговорщически подмигнул мне, будто я тоже должен был участвовать в завтрашнем веселье. — Рад был с вами познакомиться, мистер Холман. Надеюсь, теперь мы будем часто встречаться.

— Наверное.

Он засунул руки глубоко в карманы брюк и, покачиваясь, вышел из комнаты, насвистывая какой-то веселый мотивчик. Когда он проходил мимо меня, я с трудом подавил в себе желание дать ему пинка под зад.

Терпеливо ожидавшая на пороге горничная негромко кашлянула:

— Теперь я могу проводить сюда мисс Простетт, мисс Астор?

— Да, конечно! — раздраженно ответила Тони. — А если вам захочется сделать ей на лестнице подножку, так, чтобы она упала и сломала себе ногу, то в конце месяца вы получите от меня премию.

Девушка засмеялась, посчитав это необходимым в данной ситуации, но тут же повернулась и побежала вниз.

В комнате воцарилась неприятная тишина, которая через секунду была нарушена чмокающим звуком: Тони сосала палец.

— Полагаю, я выбрал неудачный вечер для визита, — произнес я мрачно. — Прошу прощения. В следующий раз я сначала позвоню и узнаю, удобно ли прийти.

Произнося подобные избитые фразы, я давно взял за правило не слушать себя. Тогда не так противно.

Раздался звук, напоминающий хлопок, — Тони вытащила палец изо рта.

— Не уходите, Рик! Если вы останетесь здесь, моя противная кузина не задержится. Если же вы уйдете, она доведет меня до истерики, проторчит полночи, а потом у меня будет бессонница!

— Хорошо... — Я пожал плечами. — Если вы так желаете... Конечно, я не...

Неожиданно в комнату ворвался ураган, пронесся мимо меня, словно я был пустым местом, и закончил путь возле кровати, нависнув, подобно облаку, над Тони.

— Все, что я хочу знать: кто его нанял — Воган или ты? — потребовал ураган низким угрожающим голосом. — Если ты, то я немедленно отправляюсь к Айвену и сообщаю ему, что его прелесть надувает своего папочку прямо у него под носом!

После того как я перестал изумленно моргать, ураган обрел форму стройной блондинки лет тридцати с фантастической высокой прической, напоминающей королевскую корону. В ушах у блондинки были серьги в форме кинжалов, в которых, как мне показалось, отражались отблески боевых огней ее серо-зеленых глаз. На блондинке было светло-коричневое платье из джерси, плотно облегающее фигуру и демонстрирующее детали этой фигуры с мельчайшими подробностями.

Такая картина обычно вызывает у сильных мужчин дрожь, а у слабых — слюнотечение. Я крепко стиснул губы, испугавшись, что переоценил свою выдержку. Подобных контуров мне еще не доводилось встречать.

Белокурая дама была высокого роста, в ней чувствовалась элегантная грациозность и гордая уверенность в притягательной силе высокой груди, гибкой талии и округлых бедер. В наши дни подобные Женщины с большой буквы — редкость. Мужчинам же внушают, что идеал красоты — анемичное тощее создание, полностью лишенное подлинной женственности.

— Ну?

Неприкрытая угроза, прозвучавшая в голосе, заставила меня вздрогнуть.

Тони с минуту угрюмо смотрела на нее, потом схватила огромную куклу и прижала к себе.

— Не обращай внимания на эту противную старуху, Бебе, — заговорила она с куклой сюсюкающим голосом. — Это же всего-навсего мерзкая старая сука Лайза, та самая, про которую окрестные мальчишки рассказывали всякие гадости, когда она еще только перешла в старший класс.

— Хватит корчить из себя несовершеннолетнюю шлюху, Тони! — рявкнула блондинка. — Мне нужен ответ.

Так ты или Воган?

— Не плачь, Бебе, — ласково приговаривала Тони. — Мама не позволит злой ведьме обидеть тебя. Она приходит сюда, только чтобы болтать безумную чушь, и никто ее не понимает. А если она не уберется немедленно отсюда, — Тони беспомощно хихикнула, — я у нее спрошу, чем она занималась с Джонни Смитом, когда я их обнаружила в тот раз на заднем дворе школы...

Подобие взрыва и пронзительный крик боли раздались почти одновременно, когда блондинка вцепилась в Тони, подняла ее за плечи и сильно встряхнула:

— Прекрати! Иначе ты целую неделю не сможешь сидеть!

Свою угрозу она подкрепила звонким шлепком по мягкому месту Тони.

Та упала на спину и посмотрела на обидчицу полными слез глазами. Очевидно, эти слезы были вызваны не болью, а яростью от собственного бессилия.

— Я убью тебя! — заявила Тони с детской свирепостью. — Ты ведь это знаешь, милая кузина Лайза, не так ли? На днях я собираюсь...

— Я велела тебе прекратить глупости! — твердо заявила блондинка. — Спрашиваю в последний раз: ты или Воган?

— Я не знаю, о чем ты говоришь!

— О'кей!

Блондинка глубоко вздохнула, решив, очевидно, воздержаться от дальнейшего рукоприкладства.

— Скажи, это Айвен Мэсси нанял сегодня утром какого-то недоноска, чтобы тот выяснил подноготную Ларри Голда?

— Да, конечно, — с вызовом ответила Тони, — и мы договорились. Если я все еще буду хотеть выйти за Ларри замуж после того, как увижу доклад Рика о нем, Айвен со мной согласится и не станет препятствовать нашему браку.

— Рика? — Блондинка произнесла мое имя как ругательство. — Ты лишь утром познакомилась с этим мелким грязным предателем Холманом и уже с ним накоротке?

Тони истерически захохотала, потянулась за куклой и прижала ее к груди.

— Кузина Лайза только что сморозила невероятную глупость, — заговорила она нараспев. — Противная старая леди несет невероятную чушь и сама еще не понимает, как это неприлично!