Государственный Русский музей - М. Чижмак

Карл Павлович Брюллов — выдающийся портретист первой половины XIX века. Героини его картин — представительницы высшего общества. Изображенные в домашней обстановке, изобилующей роскошью и подчеркнутым богатством интерьеров, молодые женщины полны внутреннего лиризма и простоты.

Сидящая в бархатном кресле Салтыкова воплощает созданный мастером образ милой молодой женщины, утомленной суетой великосветских торжеств. Ее взгляд полон тоски, а безвольно соскользнувшая с подлокотника рука говорит о глубокой усталости. Опущенные на колени перья павлиньего опахала словно вторят внутреннему состоянию хозяйки, обессилевшей и такой печальной.

Заставляет обратить на себя внимание живописная маэстрия полотна — виртуозная выписанность деталей и восхищающая верность передачи различных фактур: переливов голубого атласа платья, воздушность жемчужных кружев, лоснящийся леопардовый мех.

Василий Андреевич Тропинин по праву считается основателем московской школы живописи. В своем творчестве он вносит в традиции искусства эпохи (общую парадность изображения модели) сильное личное начало. Круг его сюжетов и моделей отчасти объясняется происхождением (он был выходцем из крепостных крестьян). Часто это были персонажи из простонародья — люди, близкие и понятные мастеру, а также небогатые московские дворяне.

Изображенная Тропининым «Женщина в окне» — героиня поэмы М. Ю. Лермонтова «Тамбовская казначейша».

Еще безмолвен город сонный;На окнах блещет утра свет;Еще по улице мощенойНе раздается стук карет…Что ж казначейшу молодуюТак рано подняло? КакуюНазвать причину поверней?Уж не бессонница ль у ней?На ручку опершись головкой,Она вздыхает…

Каждый портрет кисти Тропинина сюжетен и демонстрирует интерес художника к будничной стороне жизни человека. Теплый колорит полотна, мягкий, естественный свет рождают ощущение реальности и создают уют и доброе настроение. Герои Тропинина привлекают своей простотой и непосредственностью, располагая к себе открытостью и задушевностью.

Федор Антонович Бруни — выдающийся мастер исторической живописи первой половины XIX века. Созданные им многофигурные композиции снискали славу и признание современников.

Работа над картиной «Медный змий» велась художником в течение пятнадцати лет, и это объясняется не только огромным размером холста, но и сложностью осмысления и написания глубокого по философскому содержанию ветхозаветного сюжета. Спасенный из египетского плена иудейский народ под предводительством Моисея скитался в безводной пустыне сорок долгих лет. Замученные жаждой и голодом уставшие люди возроптали, и Господь послал на них кару — дождь из ядовитых змей. Тогда люди раскаялись и начали молиться о пощаде, на что Господь повелел Моисею воздвигнуть колосс и поставить на нем змея. Тот, кто посмотрит на него с истиной верой в спасение через Господа, будет помилован.

Художник поставил перед собой сложную задачу — изобразить разнообразную реакцию многоликой толпы, показать степень веры и покорности божественной воле каждого человека. Но представленные на полотне люди скорее охвачены страхом, нежели исполнены глубокого смирения велениям Неба.

Попытка художника представить действие в ночном освещении, выхватывая фигурные композиции лунным светом, придает звучанию картины ноты символизма и производит мистическое впечатление.

Карло Бартоломео Растрелли — представитель искусства «россики», своим творчеством повлиявший на сложение скульптурной традиции в России. В 1716 по приглашению Петра I он вместе с сыном Франческо (будущим знаменитым архитектором) приехал из Италии в Петербург для исполнения художественных работ по украшению новой русской столицы.

Скульптура «Анна Иоанновна с арапчонком» — самая знаменитая работа мастера. Имеющая жанровое начало, композиция в своем бытовом сюжете содержит аллегорический смысл.

В контрасте двух фигур — живого арапчонка и грузной императрицы, преисполненной торжественности и позерства, — олицетворен деспотизм эпохи ее правления. Помимо верно переданных характерных особенностей личности Анны Иоанновны, подмеченных придворным скульптором, восхищает тонкая обработка мельчайших деталей и почти осязательная фактурность материалов — кружев и расшитой украшениями ткани платья.

Максим Никифорович Воробьев — пейзажист первой половины XIX века. Его творчество невозможно строго отнести к изображениям видов природы или зарисовкам городской архитектуры. Находясь на службе при императорском дворе и сопровождая многочисленные экспедиции, Воробьеву часто приходилось писать картины, запечатлевавшие важные дипломатические события в жизни отечества. Но в художественном наследии мастера встречаются и классические пейзажи, не лишенные лирических чувств.

Картина «Исаакиевский собор и памятник Петру I» написана вскоре после окончания многолетнего строительства храма по проекту О. Монферана и возведения конного монумента императору работы скульптора Э. Фальконе. Вид, запечатленный художником, любопытен. Зная, что точка, с которой была написана работа, располагается на набережной, становится удивительным ракурс сверху, с которого Воробьев якобы смотрит на проходящих по площади людей и проезжающие экипажи.

Искусство второй половины XIX века

Иван Константинович Айвазовский — выдающийся мастер морского пейзажа (марины) середины — второй половины XIX века. Родившись вблизи моря, в Феодосии, художник на протяжении всей жизни оставался верен излюбленной стихии, посвятив ей все свое многолетнее творчество.

Созданная в 1850 картина «Девятый вал» сразу же стала самой знаменитой из всех его марин и была приобретена Николаем I. Известный коллекционер П. М. Третьяков стал интересоваться успехами Айвазовского, отслеживал его произведения на выставках и посещал мастерскую живописца в Феодосии. В одном из восторженных писем художнику Третьяков писал: «…дайте мне только Вашу волшебную воду такою, которая вполне бы передавала Ваш бесподобный талант!., уж очень хочется поскорее иметь Вашу картину в своей коллекции!»

Изображенное после ночной бури море, едва переведя дух, должно встретиться с девятым валом. По легенде, именно он — апогей штормов. За обломки мачт корабля цепляются выжившие изнемогающие мореплаватели. Озаренное рассветным солнцем небо словно сулит им победу. Натиск бури, противоборство грозной стихии, упоение борьбой, отчаяние и надежда на спасение — все есть в этом полотне.

Такие произведения создаются в счастливые моменты творческого подъема. Вслед за картиной Айвазовский написал целую серию «бурь». Они чередуются с изображениями спокойного элегического моря, выдающего в их авторе последнего представителя живописи эпохи романтизма.

Алексей Петрович Боголюбов — блистательный мастер морских и батальных пейзажей второй половины XIX века. Получив признание русской публики за выполненные виды Петербурга с величественными набережными Невы, он переехал в Европу, где подолгу останавливался в Риме и Париже. Там наряду с И. С. Тургеневым Боголюбов стал главой русской диаспоры, даже организовал общество помощи художникам, приезжавшим во французскую столицу для обучения. Боголюбов был близок императорскому дому, занимался живописью с великим князем Алексеем Александровичем и будущей императрицей Марией Федоровной, неоднократно сопровождал в путешествиях по России и Европе членов царской семьи.

Картина «Вход рыбачьего судна в бурю в гавань Сен-Валери в Ко» разворачивает перед зрителем панораму средиземноморского побережья. Моряки пытаются пришвартовать к городскому причалу судно, уносимое бурным предрассветным морем. Мастерски выписанные волны, движимые сильным ветром, прозрачность вод и верно подмеченное переменчивое состояние неба выдают в Боголюбове наблюдательного художника. Его тонкая и изящная живописная манера рождает восхищение публики и желание других художников подражать ему.