Наркобарон - Андрей Горин

за работой плантаций и производством наркотиков. Естественно, при помощи моих людей.

Другая часть семейства во главе с Джинпой оседают в Форпосте.

За это они будут получать часть выручки от реализации наркотиков.

Таким образом, они будут иметь нормальное место для проживания и стабильный доход.

Вождь внимательно меня выслушал, после чего толкнул речугу:

— Вы, люди, совершенно не имеете представления о том, как устроена жизнь в этом мире. Мы отличные воины. Но вынуждены вести полукочевой образ жизни, постоянно перемещаясь вдоль границ Вольных Баронств и зоной отчуждения. И наше благополучие зависит от того, насколько удачным окажется очередной найм для участия в бесконечных войнах между баронами.

Мы не можем осесть ни в Вольных Баронствах, ни в землях наркоторговцев, несмотря на то что наши бойцы одни из лучших.

И причиной всего — магия. Что войска баронов, что наркоторговцы, всегда нас победят, потому что на их стороне магия. Бароны нас терпят, потому что мы полезны, но не представляем опасности и не можем захватить часть их земель.

И не смотри, что моё семейство мало и слабо. У нас много племён и есть гораздо более крупные семейства, чем наши. Тем более что мы можем объединяться в большие по численности отряды.

Но численность бойцов, ничто против сильной магии. Некоторые наши воины имеют боевые амулеты и артефакты, что помогает против слабых колдунов. Но в реальных сражениях, если на нашей стороне нет магов из войск барона-нанимателя, нам ничего не светит.

Ты предлагаешь захватить посёлок, в котором около пятисот бойцов. Это значит, что там не меньше полусотни колдунов. Причём десяток из них весьма сильных. Мы с ними не справимся.

Твои воины из числа людей здесь в нашем мире, почти бесполезны. Как бойцы они гораздо слабее моих воинов. Да, среди людей встречаются маги. Но их мало. И они гораздо слабее и мене умелы, чем здешние маги. Демоны намного сильнее и искуснее в магии.

Твои идеи наивны и опасны. Ты и твои люди погибнете сами и станете причиной нашей гибели.

Я говорил с дочерью. Она молода и амбициозна. Но я мудр и опытен. И вижу, что эти планы обречены на провал. Ты спас мою дочь и за мной долг крови. Но я не могу рисковать своими соплеменниками.

Единственное, что я могу, это выделить тебе два десятка воинов во главе с дочерью. Но на этом всё.

Мы остановились, глядя на видневшийся вдалеке лагерь.

Что ж. Я не ошибся в вожде. Он мудр и ответственно подходит к делу. Но я предвидел такую его реакцию и не собирался отступать.

— То есть, всё дело в магии. Ты считаешь, что я не смогу обеспечить нейтрализацию колдунов наркоторговцев. А что, если я докажу тебе обратное? Если я решу проблему вражеских магов, то ты и твои соплеменники примкнёте ко мне?

— Попробуй меня удивить, — усмехнулся Дхаргэй. — Но тебе придётся очень сильно постараться. Я недоверчив от природы.

— Ты мудрый вождь, и должен знать, что иногда истина неочевидна и не всегда бросается в глаза. И только внимательный взгляд позволяет её узреть. Может, тебе стоит просто как следует приглядеться, и моя правота станет для тебя очевидной. Иногда даже тени могут дать ключ к пониманию, для пытливого взгляда.

Мы стояли спиной к солнцу, и наши тени лежали перед нами, слегка меняя очертания из-за колыхания раскалённого воздуха. И вдруг их накрыла другая тень. Громадная и плотная. Абсолютно чёрная и почти осязаемая в своей беспросветной густоте. Противоестественная в своей природе. Которую не объяснишь солнечными лучами. Природой которой может быть только магия. Грозная и могущественная.

Дхаргэй замер, стараясь не делать резких движений. Внешне он оставался спокоен, и только закаменевшие в чудовищном напряжении огромные мышцы выдавали его потрясение. Он прекрасно понимал, какому чудовищу может принадлежать такая тень. И что этот кто-то, сейчас находился прямо за его спиной.

— Я могу повернуться? — скосив на меня глаза, тихо спросил Дхаргэй.

— Можешь. Только медленно и без резких движений.

Вождь обернулся и нос к носу столкнулся с возвышающимся над ним Кабыздохом.

Тот просто сидел. Неподвижно. Без всякой угрозы. Просто сидел и внимательно глядел на вождя.

Тот сглотнул. Потом посмотрел на меня. Потом опять на сидевшего перед ним Высшего Демона. После чего обратился ко мне:

— Признаю, я был недостаточно внимателен. И в своей гордыне не смог разглядеть очевидного. Прошу меня простить, высочайший. Я и мои воины, в Вашем распоряжении, мой Лорд, — произнёс Дхаргэй, опускаясь передо мной на одно колено и склоняя голову.

Глава 3

«Отсель грозить мы будем шведу…»

«Отсель грозить мы будем шведу, Здесь будет город заложен Назло надменному соседу… ©», как сказал бы Антон. Конечно, посёлок наркоторговцев Троглодитск на роль Питера пока не тянул, так ведь и Москва не сразу строилась. Главное, это его стратегическое расположение.

Прямо сейчас мы с Джинпой и десятком бойцов её семейства затаились в ночи на окраине поселения, рассматривая затихший на ночь посёлок. Я собирался незаметно проникнуть в хранилище и изъять десяток килограммов наркотиков и килограмм божественной субстанции. Джинпа внимательно изучала место предстоящего сражения.

Накануне, после нашего памятного разговора с вождём, мы направились обратно в походный лагерь Гав Риллов.

Кабыздох шествовал вместе с нами. В лагере издалека заметили приближающееся громадное чудовище и поднялась суматоха.

Навстречу нам высыпали вооружённые воины, а женщины и дети попрятались. Несмотря на суматоху, действовали люди вождя организованно и без паники. Что меня порадовало.

Двигались мы, не торопясь, и вскоре изумлённые воины заметили, что перед Кабыздохом шагаем мы с вождём. Да и подоспевшая к воинам Джинпа, видимо, что-то пояснила соплеменникам, и когда мы приблизились к строю воинов, те уже опустили оружие и только глазели на нас с любопытством и некоторой опаской.

Поскольку Дхаргэй теперь полностью признал моё главенствующее положение и нам предстояло долгое и плодотворное сотрудничество, я решил не тянуть кота за яйца, а сразу познакомить моё будущее воинство с Кабыздохом. Тем более что так вождю легче будет убедить своих людей в правильности решения ввязаться в предстоящую авантюру, показав, мощь новых союзников.

Кабыздох вёл себя спокойно, так как уже достаточно привык общаться с людьми. К Гав Риллам у него отношение было нормальное, в отличие от барбазьянов. Так что отнёсся он к новым союзникам лояльно, хотя и малость опасался детишек. Уж больно они шумные и надоедливые. Но в целом население лагеря