Благословенный. Книга 7 - Виктор Коллингвуд

Впрочем, даже здесь и сейчас, находясь со связанными руками, талантливый Уэлсли сделал все от него зависящее, чтобы затруднить Медведю жизнь на полуострове Малакка. Его трудами с султанами Перака, Селангора и Риау были заключены соглашения, которыми Англия и Ост-Индская Компания признали независимость этих государств, а те предоставили англичанам права наиболее благоприятствуемой нации. Догово­ры эти несли сразу и антиголландскую направленность — они, вздумай царь по широте душевной вернуть Малакку голландцам, затруднили бы Ни­дерландам восстановление их влияния на полуострове; и, разумеется, в равной мере они были направлены и против русских.

«Попробуйте теперь поставить их в стойло» — со злорадством думал Уэлсли, обращая взор на юго-восток — туда, где в Малаккском проливе лежал остров Сингапур с процветающим свободным портом. «Султаны ни за что не согласятся добровольно покориться русским, а военной силы у них нет».

Уэлсли знал, что, несмотря на внушительные укрепления, численность сухопутных сил в Порт-Александрийске невелика. Русский царь ограничивает отпуск военных в тропические районы, опасаясь потерь от лихорадок и прочих болезней; кроме того, последние годы ему мешают войны в Европе. «Да, в этом отношении наша Ост-Индская компания даст русским сто очков форы» — с гордостью подумал сэр Артур. Конечно, туземные войска из Индостана не шли ни в какое сравнение с войсками метрополии, но зато прекрасно противостояли местным болезням и были дешевы и доступны. В конце концов, если выбирать, что иметь под рукою — полуроту из Эссекса или полк уроженцев Хайдарабада — нельзя не предпочесть последнего варианта.

«Всему своё время и место. В колониях нужны колониальные войска. Русские этого не понимают — тем хуже для них. Как знать, может быть, мы еще сюда вернемся. Ведь когда-то голландцы далеко опережали нас в проникновении в Азию — а теперь мы захватываем их колонии одну за другой! Так что, возможно, мы еще сюда вернёмся. Верь, Малайя — Юнион Джек еще взовьётся над тобой!»

Тем временем в столице королевства Сиам — городе Раттанакосин

Дождь. Опять дождь! Небо над Раттанакосином, ещё недавно голубое и солнечное, вдруг как будто закрылась кошмой из вязкого серого войлока. Облака сгустились в зловеще клубящиеся, сверкающие молниями тучи и затянули горизонт. А ведь до сезона дождей еще далеко!

Патер Грубер ждал аудиенции сиамского принца Нана, главнокомандующего армией и наследного принца этого воинственного государства. К счастью, правители Раттанакосина не были настолько церемонны, как китайские мандарины, и потому аудиенция была подготовлена без особых затруднений. Но, всё же — Восток есть Восток; за истекшие 2 года патер страшно устал от бесконечных разъездов по Индокитаю.

Принц, невысокий энергичный азиат лет 35, одетый в скромное «кхруи» из великолепного китайского шелка. Рядом, потупя глаза, в василькового цвета платье «фа син», стояла его миниатюрная супруга, щедро украшенная тяжелыми золотыми драгоценностями.

Сиам был абсолютной монархией, которой правил «чао» или, по европейски — король. Вторым после него был наследник престола, обладавший столь широкими полномочиями, что жители Запада неизменно называли его обладателя просто «вторым королем», несмотря на то, что он не обязательно был королевской крови. При этом у «второго короля» был свой двор, свои мандарины и своя маленькая армия, и его основными обязанностями были замещать короля на придворных церемониях в мирное время и командовать армией Сиама в военное время. Принц Нан же был почти что «первым» королём Сиама — престарелый король Рама все более отходил от дел.

За истекшие два года патер сделал многое, чтобы втереться в доверие принца. Поставки оружия, вербовка военных советников, информация о положении дел во Вьетнаме — ненадёжном союзнике тайцев, и в Бирме — у смертельного врага Раттанакосина. Теперь пришло время воспользоваться инвестициями…

— Итак, мой друг, — любезно улыбаясь, заговорил принц — вы хотите, чтобы армия Сиама ворвалась на Малаккский полуостров?

Патер тотчас же сделал сконфуженное лицо.

— Я совершенно этого не хочу, великий господин! Но подумайте сами — тамошние султанаты слабы, они только и ждут завоевания. И если это не сделает великий Раттанакосин, то следует ожидать того же от бирманцев!

— Вы дадите нам оружие?

— Продадим — сдержанно улыбнувшись, произнёс патер. — Продадим, мой друг. Пушки, ружья… что угодно!

— Но не умрёт ли моя армия с голоду? Снабжать продовольствием многочисленные войска в столь отдаленных местах крайне затруднительно…

— Мы можем помочь в этом. Морские перевозки вдоль полуострова позволять вам иметь неограниченные запасы продовольствия. Русские корабли из Сингапура окажут вам всё необходимое содействие. Вам только надо будет захватить одну или две удобные бухты! Ну и, конечно же, очень желательно, чтобы выступление состоялось до начала сезона дождей!

Лицо принца вдруг приняло холодное выражение.

— Мы уведомим вас о принятом решении.

Жена принца тотчас церемонно поклонилась, давая понять, что аудиенция закончена.

Патер нижайше поклонился, пряча в ладонях невольную улыбку. Он был уверен в результатах переговоров. В конце-концов, если не сиамцы, то правители Бирмы — кто-нибудь да ворвётся на полуостров!

И тогда наступит время протянуть несчастным малайцам руку помощи…

* * *

Патер не ошибся. Уже через два дня в королевстве Сиам был объявлен Великий поход на юг. Армия Раттанакосина, числом более 23 тысяч человек, под командованием принца Нана пришла в движение, втягиваясь через узкий Малаккский перешеек на полуостров Малайя. Трубя, вышагивали боевые слоны с фальконетами в наспинных башнях; быстро двигался корпус монсов**, маршировал корпус «японской» гвардии, набранный из ронинов, и снаряжённый точь-в-точь как японские самураи. Шагали, глотая пыль, солдаты тахаан — становый хребет армии Сиама; гомоня, гремели деревянными башмаками разношёрстные контингенты вассальных княжеств Чиенгмай, Лабонг, Лагонг, Нань и Пхра Луангпхабанг и Вьентьян на северо-востоке. Каждый нес на плече бамбуковую палку, на обоих концах которой был подвешен весь их багаж, кухонные принадлежности и рис на несколько дней, завязанный в мешок с небольшим количеством соли. Воду несли в бамбуковой веревке, висевшей на шее. Провизию, состоящую из риса, который после варки высушили на солнце, несли на себе в длинных мешках, также как и соль, сушеную рыбу, перец чили и другие мелкие припасы. Солдаты шли пешком, в то время как их офицеры ехали на пони или, если они имели достаточно высокий статус, на слонах. В авангарде шел небольшой отряд из приблизительно 300 человек, называемый «суа па», или «тигры из леса», разведуя местность и попутно наводя ужас на местное население.

И на султанаты Малайзии опустился страх.

* майсуры — государство на юге Индостана, разгромленное армией Британской