Клуб Джентльменов (СИ) - Соболянская Елизавета

Следующим выпускался Грегори. Аллиаль оставался в Школе Ритон еще на три года. Аманда переходила из Школы в Академию, писать научную работу, а сына герцога ждала служба. Он пока не решил, кем бы хотел стать – чиновником, храмовником, или военным, однако случай расставил все по местам.

В день выпуска ворота Школы распахнулись, и пара десятков знатных оболтусов с криками и улюлюканьем высыпала в город.  Отмечая свободу от школьных правил, они сразу выпили крепкого эля в ближайшей таверне, закусывая жареной свининой и черным хлебом. Когда к выпускникам присоединились старшие братья и дядюшки, вся компания отправилась кутить в ресторан. После обеда их ждали боксерский клуб, фехтовальная школа и ипподром. Где-то в толпе, делающей ставки, лорд Грегори подцепил смазливую потаскушку, которая болталась на его руке остаток дня, заливисто смеясь его пьяным шуткам.

Проснулся лучший выпускник Школы Ритон с ужасной головной болью и… рядом с хладным трупом не то певички, не то танцовщицы.

 Не успел юный лорд вскочить, позвать на помощь или что-то предпринять, как комната недорогого отеля заполнилась людьми в незнакомой серой форме. Они перекрыли окна и двери, не дали Грегори протянуть руку к оружию, или кошельку.  После минутной тишины, мундиры раздвинул невысокий человек в сером камзоле, подошел ближе к постели, на которой стоял сын герцога и скучающим тоном спросил:

— Будем признаваться в убийстве, милорд, или поговорим?

Разговор с главой тайной службы безопасности получился долгим. В ход пошел холодный эль, сигара, отеческий тон и… мягкие угрозы. Требование юного лорда вызвать отца разбилось о железную волю вербовщика:

- Герцог вам не поможет, лорд Лайвернес! Три старших сына вполне обеспечат наследование титула и земель. Ваш батюшка не станет ввязываться в свару из-за преступника!

Грегори поежился, и поинтересовался:

- Пришлите ко мне хотя бы камердинера, милорд! Не могу же я вести переговоры сидя перед вами в нижнем белье!

- Не стесняйтесь, - усмехнулся лорд Тристоун, - с вашим камердинером произошла маленькая неприятность. Упрямым оказался. Все порывался бежать за вами, спасать… Поскользнулся на гнилом помидоре, упал, расшиб голову. Лежит сейчас у лекаря, лечит шишку.

Грегори помрачнел. Он понял, что своим неосмотрительным поведением он подставил еще и Тайлера. А ведь единокровный брат его предупреждал! Уговаривал сразу из Школы отправиться в особняк Ратлендов!

- Что ж, - младший сын герцога с самым независимым видом стянул с постели простыню, и завернулся в нее, как в римскую тогу: - предлагайте!

Лорд Тристоун усмехнулся, и коротко изложил Лайвернесу условия работы на тайную службу. Грегори выслушал, слегка поторговался и согласился. Так или иначе это была служба на Корону, и не смотря на ряд недостатков, она имела свои преференции.

По результатам переговоров, дело на лорда Грегори все же завели «на случай неприличного поведения», а потом аккуратно убрали «под сукно». Девицу похоронили за казенный счет, как безродную сироту, никому не сообщив, отчего она скончалась. Грег об этом тоже не узнал. Подозревал конечно, что его случайная подружка была не случайной, и умерла не сама по себе, но к бумагам из «его» папки лорда не допускали.

Подлечив слугу, и упаковав в сундуки модный гардероб, блестящий молодой лорд, слегка поумерив свое сияние, отправился в «Большое путешествие» с опытным «дрессировщиком медведей». Так в высшем обществе называли небогатого, но опытного светского человека, берущего на себя труд «обтесать» будущего светского льва.

За такую работу родители платили «дрессировщику» немалые деньги, ведь светское общество живет связями и знакомствами. Правда герцог Ратлендский не оплачивал Гранд-вояж младшего сына. Ему сообщили, что юноша с таким блеском закончил Школу Ритон, что получил финансирование от казны, дабы потом продолжить служить Короне в чине младшего секретаря. На самом деле Грегори уже служил, став прикрытием для опытного шпиона.

Лорд Даниэль Толбот по прозвищу Дансер был одним из лучших шпионов Бривании. Под маской повесы, гуляки и бонвивана он собирал информацию, передавал «посылки», скреплял и разрушал союзы, занимался еще тысячей важных и нужных для родного государства вещей, не снимая смокинга и черной шелковой «бабочки». Лорд Грегори стал для опытного интригана и ширмой, и учеником.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

Лорд Толбот безжалостно гонял мальчишку не только по геральдике, этикету и умению обращаться с дамами – Дансер заставлял его развивать память, мышление, учил манипулировать людьми, предсказывать движения и порывы, подталкивать к решению, или напротив – останавливать желание сотворить нечто немедленно.

Отдельное время ежедневно отдавалось физическим упражнениям. Фехтование, метание ножей и тяжелых предметов. Лазание по веревочной лестнице, по канату, по крышам… Привычные по школе увлечения – гребля, игры в мяч, фехтование,  неплохо подготовили юного лорда к таким испытаниям, но все равно первый год такой службы выдался нелегким. Грегори не жаловался, а вот его портной нещадно бранился – молодому лорду пришлось расставить все сюртуки и смокинги в плечах, и сильно сузить в талии.

Целых два года «лорд и дрессировщик» колесили по соседним государствам, тратя деньги, появляясь на всех значимых мероприятиях, балах, премьерах и открытиях. Привлекательный юноша любезничал с дамами, его наставник играл в карты с джентльменами. Они бывали на скачках и в театрах, посещали оперу, кутили с актрисами, заглядывали в салоны светских дам и всюду за ними тянулся шлейф маленьких, почти незаметных происшествий, которые помогали Бривании удерживать свою власть над приличным куском суши.

При этом учеба для Грегори шла непрерывно! Случалось, что вместо «доброе утро» в него летели подушка, чайник и шпага. Иногда он завтракал в лучшем городском отеле, а ужинал куском сухого хлеба в лодке контрабандиста. Следующим вечером он играл в карты с джентльменами, а утром провожал их жен к экипажу, рассыпая улыбки и поцелуи.

Грегори втянулся. Приобрел привычки и правила, обзавелся удобным оружием, модными костюмами и харизмой. Толбот лишь усмехался, поглядывая на заматеревшего ученика, и подкидывал ему все новые задания.

В их компанию незаметно влился и Тай. Сначала бастард исполнял рол личного слуги, но потом Толбот выделил его умение становиться незаметным, и начал привлекать Тайлера к слежке. На слугу в ливрее и так не обращают внимания, а если переодеть его молочником или почтальоном, нанести на бледное лицо загар, а светлые, почти белые волосы выкрасить в черный, или рыжий, никто и не заподозрит в ленивом бродяге соглядатая.

Так, постепенно Дансер вылепил из двух сыновей герцога Ратлендкого великолепную пару шпионов, но не спешил отпускать их в самостоятельное плавание. У него были на то причины. Мир патриотов, готовых не только кричать на площади, но и действовать на благо своей страны, узок.  Постепенно все они узнают друг друга, раскланиваются на крупных мероприятиях, передают сообщения своих нанимателей друг другу, порой банально протыкают шпагами, или подсыпают яд.

Глава 4

Однажды, нежным летним утром в Итилии, Дансеру передали конверт. Шелковая серая бумага и черная печать насторожили Грегори, но им случалось под видом уведомлений о рождении, бракосочетании или смерти получать донесения или новые задания, так что он лишь прикинул, где у него лежит легкий плащ, с глубоким капюшоном, способным скрыть лицо от любопытных глаз.

Изучив послание, учитель быстро собрался и ушел, приказав ученику оставаться в гостинице. Оценив прихваченный лордом Толботом арсенал, Грегори растянулся на кровати, разумно решив поспать. Когда принесли завтрак, он спокойно съел две порции, запил легким итилийским вином, и по вбитой в Школе Ритон привычке взялся приводить в порядок свое оружие и амуницию. Перевязи скрытого ношения требовали внимания, масла и воска, а некоторые и починки. Метательные ножи, толчковые ножи, стилеты, стрелки…

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})