Клуб Джентльменов (СИ) - Соболянская Елизавета

К тому же потрясающе подвижная физиономия дер Журбье легко выдавала нужные эмоции для примера или постановки. А жесты, отработанные в классе с зеркалами, могли превратить субтильного мальчишку и в юного лорда, и в бродягу—забулдыгу.

— Все дело во внутреннем состоянии, — растолковывал друзьям Аллиаль. – Вот смотрите! Она сделал несколько неуверенных шагов, словно боялся наступать на потертые доски пола, потом вдруг распрямился и еще несколько шагов прошагал четко, стуча каблуками. Метаморфоза была столь удивительной, что Аманда и Грегори от изумления зааплодировали, а Кентавр усмехнулся.

— Так что, если вам нужно продемонстрировать уверенность, просто вспоминайте свой успех, держите его в голове и действуйте!

Парни нехотя помаршировали туда—сюда, заложив руки за спины. Им в общем то не было нужды добавлять себе самоуверенности, они и так гордились своими успехами. Но урок Ала предназначался не им. Уже несколько раз Мэнди Стоукс получала пониженную оценку, потому что отказывалась выступать. Ее охватывал панический страх, стоило ей выйти на кафедру, и очутиться под пристальными взорами других учеников.

— Давай, Мэнди, теперь ты! – поторопил подругу Аллиаль.

— Мисс Стоукс, мы ждем, — более чинно напомнил Грегори.

— Колючка, порви их всех! – высказался в своем духе Махоун.

Повторив про себя все, что сказал дер Журбье, Аманда вышла к стулу, который изображал кафедру, обвела взглядом пыльный чердак, заговорила:

— Уважаемые члены комиссии! Сегодня мне предоставлена честь представить вам разработанное мною средство для удаления чернил…

Благодаря урокам Аллиалля и поддержке друзей, Аманда защитила свой первый публичный проект  по алхимии на «отлично» и даже получила дополнительную стипендию!

Еще одним невольным членом их команды стал Тай, или Тайлер Бриггс. Высокий худощавый мальчишка был личным слугой лорда Грегори. Правилами Школы наличие слуг не допускалось, но для лорда Грегори сделали исключение, потому что его слуга был его ментальным близнецом. А еще он был его сводным братом, бастардом герцога Ратлендского.

Возможно, о его рождении семья никогда бы и не узнала. Многие лорды не хранят верность женам, и прячут бастардов в провинции.  Но однажды, в возрасте четырех лет, юный лорд Грегори выпал из окна, спеша навстречу своей матери. Леди Виола упала в обморок рядом с окровавленным телом сына. Примчавшийся личный лекарь герцога постановил: ребенок еще жив, но с такими повреждениями вряд ли протянет долго. А леди… леди умрет от нервной горячки, если ее любимый младший сын не выживет.

— Что можно сделать? – навис над доктором герцог.

— Кроме ментального переноса повреждений, я не вижу другого выхода, милорд, — почти прошептал мистер Гобс, втягивая голову в плечи.

Владетель обвел взглядом испуганных слуг, столпившихся неподалеку, взглянул на жену и старших сыновей, и принял решение. Никто не знает, что им двигало – не желание самому заниматься хозяйством, или долг супруга, но он немедля послал верхового в деревню с наказом привести «Длинного Тая». Гонец обернулся быстро. Мальчишка, соскользнувший с седла, был точной копией Грегори, только лет на пять старше и бледнее. Они с младшим сыном герцога выглядели словно два растения одного корня. Одно получилось длинным и бледным, словно выросшее в темноте, а второе – сочным и ярким, регулярно греющимся на солнце.

— Тайлер, — ладонь герцога легла на плечо мальчика, — это твой младший брат. Он умирает. Ему нужна твоя помощь. Готов ли ты вынести боль ради него и меня?

Бесцветный блондин сильнее сжал тонкие губы и молча кивнул. Владетель подвел бастарда к лекарю и приказал немедля совершить ментальный перенос.

Дрожащими руками целитель вынул из своей сумки два одинаковых амулета, велел Таю лечь рядом с едва дышащим Грегори, потом положил амулеты на грудь мальчикам, произнес заклинание активации, сделала пасс и… Тай, на глазах покрылся синяками, захрустели кости, брызнула кровь! Мальчик изогнулся, кусая губы, сдерживая стоны, из глаз потекли предательские слезы. Однако Грегори задышал легче, а после нескольких пассов мага—лекаря и вовсе уснул.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

 Тая вскоре тоже усыпили, потом детей на носилках перенесли в комнату и уложили на одну кровать. Разделив повреждения на двоих, лекарь спас юного лорда, но теперь мальчики должны были постоянно находиться вместе до полного исцеления.

Вечером в комнату сына заглянула бледная заплаканная герцогиня. Она взъерошила светлые локоны сына, и задумчиво посмотрела на Тая. Она узнала о давней измене мужа, узнала даже о том, что поход герцога «налево» принес плод. Прежде это разбило бы леди Виоле сердце, но теперь тощий мальчишка в потрепанной деревенской одежде спас жизнь ее мальчику, и она благословляла Небеса за то, что он был на этом свете. Ни отец, ни старшие братья не стали бы терпеть такую боль ради младшего, если в семье есть другие наследники.

Погладив две светловолосые головы, женщина вышла, чтобы отправиться в кабинет супруга для серьезного разговора. С того дня Тай стал тенью Грегори. Сначала такая близость была вызвана необходимостью, длительным совместным исцеление, незримой магической нитью, делящей каждый синяк на двоих. Но через несколько лет мальчики так сдружились, так привыкли опекать друг друга, что в Школу Ритон отправились вместе, хотя уже вполне могли существовать раздельно.

Возражать никто не посмел, ведь герцогиня Ратлендская лично договаривалась о присутствии бастарда в школе и даже оплатила для него специальные курсы телохранителей. Пусть Тайлер числился слугой, он посещал занятия вместе с лордом Грегори, имел свою каморку рядом с комнатой, в которой жил сын герцога и даже получал от леди Виолы подарки к праздникам. Эта странная дружба двух братьев не осталась незамеченной, но общество умеет отрицать то, что не желает замечать.

* * *

Дни в Школе то бежали, то тянулись, словно молочная карамель. Иногда, лорд Грегори получал к праздникам от маменьки бутылку сладкого ликера, и коробку конфет. В Школе объявляли день самоподготовки и тогда вся честная компания, включая Тая, забиралась на чердак лабораторного корпуса. Сидя там на сломанных стульях и побитых ящиках, глядя на город сквозь узкое окно мальчишки предавались мечтам. Они были у всех, даже у сиятельного лорда.

 Думаете так легко быть младшим сыном в герцогской семье? По закону майорат наследовал старший сын. Старшая дочь получала солидное приданое, а младшие сыновья – оплату обучения и возможно приход во владениях отца или офицерский патент.

- Армии и Храму нужны бойцы! – любил пошутить старенький храмовник, ведущий в Школе Ритон уроки благочестия.

Он знал, о чем говорил – сам был младшим сыном графа, выбравшим духовную стезю.

Конечно, знатная семья не оставит отпрысков прозябать на дороге. Герцог в состоянии оплатить младшему сыну офицерский патент, да только жить на скромное жалование непросто.  Есть способ сэкономить на аренде – остаться в доме родителей, но прилично ли молодому лорду быть приживалом? Или жить в доме, принадлежащем брату? Выполнять поручения невестки или прозябать в приходе, разводя кур?

Хорошо бы сделать политическую карьеру, но где? Двести знатнейших семей королевства имеют не только две сотни наследников, но и пять сотен младших сыновей, семь сотен племянников и три сотни зятьев, нуждающихся в теплом местечке.

Поэтому мечты Грегори поначалу были весьма героическими. Он желала совершить подвиг и получить титул и земли от короны. Потом, когда из-за свадьбы сестры ему урезали содержание, юный лорд начал подумывать о карьере и успешных финансовых мероприятиях. В их число попадал и удачный брак с дочкой разбогатевшего нувориша или недавно получившего титул рыцаря.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

Однако, когда ему стукнуло шестнадцать, красавец-блондин вдруг понял, что в его мечты тесно вплелась кареглазая шатенка-заучка, чьи руки пахли химикатами, а губы – клубникой. Правда, об этой мечте он молчал крепче, чем о собственном первом сексуальном опыте, полученном в объятиях смазливой молочницы.