Домохозяйку вызывали? или Клыки на полку! - Ева Геннадьевна Никольская

верёвку, чтобы на ней повесится. Валь даже рот открыл, чтобы высказаться, но тут перед ним из ниоткуда выскочила маленькая, как-то нервно пульсирующая красная искра. Почему-то напомнило мигалку на крыше скорой помощи. Только сирены не хватало.

– Вот гнилая кровь! – выругался вампир. – Значит так, демоница, мне сейчас некогда тебе мозг вправлять. Вот тебе ключи от кладовой, – рядом со мной, подняв столб пыли, придиванилась увесистая связка. – К моему возвращению приготовь поесть! И хотя бы начни уборку. И учти, повредишь мой замок или кого-то из обитателей, я тебя и в «бахалтерии» твоей достану! Тьфу, ну и названьице, язык сломаешь. И никакой Аришка не спасёт.

С этими словами Валик начертил в воздухе какую-то загогулину и исчез.

Не поняла, а Аришка-то ему чем не угодила?

Ну да чёрт с ним! У меня пока есть задачи поважнее. Что добывать сначала: еду или одежду – вот в чём вопрос!

– Кусять? – пискнул розовый зверёк, подёргав меня за футболку.

Вот же прелесть шепелявая! Укусить хочет… А кого? Меня? Не такая уж он и прелесть тогда.

– Зачем меня кусать? – насторожилась я.

Бли-и-ин! А вдруг у этого кровососа и питомцы под стать? С голодухи набросятся всей разноцветной стаей и загрызут, как пираньи. Что, если прежняя домработница именно так и канула в небытие?

А я ещё одного троглодита, под милашку маскирующегося, к груди прижимаю. Сейчас ка-а-ак вцепится в шею, а у меня ни пластыря, ни вакцины от бешенства… Остальные, смотрю, тоже подбираются – окружили, как бандерлоги Каа, глазюки таращат.

– Не кюсЯть, а кУсять! – возмутился заподозренный в покусительстве на мою кровушку бирюзовый. – Ета!

– Эта?! – дёрнула глазом я.

Зверёк зафырчал и скорчил умильную рожицу, наверное, призванную демонстрировать недовольство.

– Камить! – опять влез в странную беседу розовый.

Остальные пока помалкивали.

– Хамить?

– Няс камить! Ета! – попытался внести ясность бирюзовый.

– Ета-а-а! – вдруг запищала вся свора хором. А жёлтый в первом ряду ещё и когтистым пальцем в рот себе потыкал, показывая, что голодный.

– Ах, еда! – наконец-то допёрла я. А ещё Валика тугодумом обзывала. – Вы некормленные, что ли? Ну, ведите тогда на кухню!

Идти, к счастью, оказалось не так уж и далеко. Я на всякий случай, кроме родной сковородки, прихватила с собой свечу с каминной полки, но она не пригодилась. В пыльных коридорах с ободранными обоями по мере нашего движения сами по себе загорались какие-то кристалы, вмонтированные в стены, а в просторном холле вспыхнула покосившаяся люстра. Неимоверно грязная!

В целом видок у замка был такой, что я бы на месте Валика не домработницу похищала, а сразу клининговую компанию. И к ней бригаду дезинсекторов – не удивлюсь, если в этих залежах хлама что-то посерьёзнее клопов завелось.

А кухня…

На большом обеденном столе, стоявшем в центре помещения, виднелся расчищенный  крохотный пятачок – едва под пару тарелок пригодный. Всё остальное было заставлено пирамидами из грязной посуды. У этого клочка относительной чистоты стоял стул.

Ещё одна гробница фараона возвышалась в раковине. Рабочие поверхности покрывал толстенный слой пыли, кое-где потревоженный следами когтей. А под огромным, почти во всю стену, окном с мутными стёклами ютилось и вовсе возмутительное. Там стояла длинная узкая миска, заваленная какими-то мелкими гниющими фруктами, над которыми зависло целое полчище плодовых мошек.

– Это что… ваша еда? – выдохнула я в офигении.

Ну, Валик! Зоозащитников на тебя нет! С осиновыми кольями и чесночным соусом!

ГЛАВА 3

 Лариса Осинская

Конечно, я не собиралась горбатиться на клыкастого эксплуататора, но… Как не покормить голодных малышей?

Первым делом убедилась, что водопровод работает. На удивление даже горячая вода была в наличии. Содержимое раковины сгрузила на один из рабочих столов. Гнилые фрукты перекидала в большую кастрюлю, подождала, пока туда же устремится тучка насекомых, и закрыла крышкой. Миску тщательно вытерла мокрой тряпкой – кажется, когда-то это было полотенце.

А уже после всех этих манипуляций потопала пугаться содержимым кладовой, дверь в которую была прямо тут – напротив входа в кухню. Нужный ключ отыскала с трудом, зато замок открылся без проблем – сразу понятно, что им регулярно пользовались.

Вопрос только, от кого Валик припасы запирает? От флаксов, что ли?

Внутри оказалось на диво чисто. Но пирамиды Хеопса имелись и тут – из коробок и ящиков. Большая корзина со свежими фруктами стояла у самой двери, а вот дальше тянулись высоченные стеллажи, буквально забитые всякой всячиной. Словно и не кладовая это, а склад. Причём кладовщик местный явно спятил и перетасовал товар от фонаря.

Ну или просто кто-то не особо умный, принося припасы, заталкивал их как попало.

А может тут обыск проводили? Разыскивали совесть, давно припрятанную за ненадобностью?

Корзину я выволокла на кухню, дотащила по полу до окна и часть фруктов сгрузила в миску. Потом отправилась искать еду себе. Дверь в кладовую предусмотрительно подпёрла стулом – а то мало ли, захлопнется, и застряну там.

Кругом высились коробки без опознавательных знаков, большие банки с непонятным содержимым – короче, ничего знакомого на вид.

Может с пушистиками рацион разделить? Хотя хотелось бы чего-то поосновательнее, чем нечто зелёное, напоминающее киви, только раза в два меньше размером. Перед глазами то и дело всплывала миска с холодцом. А ещё представлялось, как его нагло трескает ворюга-сосед – злило неимоверно.

Наконец, в дальнем углу, за кадкой с нарисованным на ней головастиком я узрела что-то знакомое: лучших, после пельменей, друзей холостяка – яйца! Вот только размер у них был совсем не куриный.

– Драконьи, что ли? – спросила я. Вслух, потому что писки флаксов с кухни едва доносились, и тишина действовала на нервы.

Ответа, естественно, не ждала, но…

– Деликатесов не держим! – раздалось сзади.

Я взвизгнула от неожиданности, резко развернулась и… заорала как резанная. А ещё шарахнулась и впечаталась в стеллаж так, что он зашатался. Хорошо ещё, что свалившаяся с верхней полки коробка каким-то чудом пролетела мимо моей рыжей макушки. Только по плечу чуть полоснула, но я даже боли не ощутила.

Как-то не до царапин, когда в шаге от тебя болтается в петле труп с высунутым языком.

Я бы, наверное, так и вопила, пока не охрипла, если бы не флаксы. Они ворвались в кладовую всей стайкой. Жёлтый, ловко вскарабкавшись по пирамиде из ящиков, запрыгнул ко мне на плечо и швырнул фруктом прямо с мерзкую синюшную рожу повешенного.

Надгрызенный снаряд угодил прямо в глаз и… пролетел сквозь него.

Только тут до меня дошло, что покойник полупрозрачный. Привидение?

– Поваль! – пискнул мне в ухо флакс, и я, наконец, заткнулась.