Заветы создателей (СИ) - Игорь Прочерк

Даэрон почтительно мне поклонился и сказал, — Спрашивайте, Селариэль.

Вопрос то у меня к нему был простой, вот только как его лучше сформулировать. Я на мгновение задумался, идея в голову пришла сразу же.

— Скажи мне, — обратился я к внимательно слушающему церемониймейстеру, — Мы ведь с тобой уже встречались раньше?

А то я после того, как реаниматор собрал меня по кусочкам, некоторые вещи запамятовал, поэтому прошу не удивляться моему вопросу. Да и пять лет вдали от привычного образа жизни тоже сказались на моём мировоззрении. Так что удивляться замеченным странностям в моём поведении не стоит.

Второе дно этой беседы тоже было, собственно и разговор то я затеял только ради второго дна. Милые аграфки, навострившие свои прелестные уши, прочий обслуживающий персонал, плюс телохранители слышали сейчас нашу беседу. Главное запустить достоверный слух, а там у него уже отрастут свои ноги, и он пошагает самостоятельно. Мне придётся всё чаще и чаще встречаться с теми, кто знал меня раньше, и знал совсем другим. Поэтому я заранее стелил себе соломку, если вдруг придётся упасть.

Моя цель была, чтобы все замеченные чудаковатости Селариэля, окружающие — особенно те, кто знал его раньше, списывали на долгое одиночное заточение, наступившее взросление, и прочие причины. В отсутствии доказательств рассудок любого разумного так устроен, что сам придумывает объяснения непонятного, составляя стройную, логическую картину мира, главное первоначально толкнуть мысли в правильном направлении.

Даэрон с какой-то обречённостью, ответил мне, — я был нанят вашим отцом, как ваш наставник и воспитатель по культуре, этикету, церемониям и традициям империи Аграф. Но после первого же урока, так до конца не дослушав мою вводную лекцию в предмет изучения, вы стали требовать у своего отца Самиэля моего увольнения, и больше не желали учиться этому, как вы тогда сказали, бесполезному предмету.

Выслушав почтенного аграфа, дал приготовившимся телохранителям знак отбой тревоги, нападать этот церемониймейстер явно не намерен. Пока он отвечал, я успел проконтролировать множество параметров, через нейросеть проверил правдивость его рассказа — всё совпадает. Это не мой убийца.

Тут внезапно я почувствовал себя перед ним виноватым. Как же глупо себя вёл Селариэль раньше, считая, что деньги могут дать уважение. Золотая молодёжь абсолютно убеждена — деньги могут решить все проблемы. Всё в этой жизни покупается и продаётся, именно так — уверенны сорящие родительскими деньгами, обидел своим поведением девушку — кинь ей пару сотен баксов, и больше она не в претензии.

На самом деле, вокруг ведущих разгульный образ жизни постепенно формируется общественное к ним пренебрежение. Можно сколько угодно обливать презрением тех, кто по положению стоит ниже тебя на социальной лестнице, только ведь жизнь странная штука, по-всякому она может повернуться. Жизненные полоски могут закончиться весьма неожиданным образом, следующей может оказаться не новая полоска, а большая жопа.

Очень плохо бывает панам и боярам, когда их холопы, устав терпеть постоянные притеснения, за вилы берутся. Начинается бунт, бессмысленный и беспощадный, народного недовольства. И это пламя долго копившейся ненависти только большой кровью залить можно. Сколько же ещё тех, кто меня окружает, кого успел обидеть или оскорбить своими глупыми поступками этот мальчишка, в чьём теле я теперь нахожусь. Ведь кто-то может и отомстить, ведомый своими страхами или прежними обидами.

Надо исправлять ситуацию, исправление начнём с моего бывшего наставника- воспитателя. И начнём мы, пожалуй, наше примирение с извинений, спина от этого не переломится, язык сказать слово «прости» не отвалится. А мне как раз пришло время приобретать друзей, а не плодить новых врагов.

— Даэрон, послушай меня внимательно, — сказал я, — я хочу перед тобой извиниться. Я склонил голову, что тоже что-то там символизирует, не глядя в глаза, обративши очи долу, сказал, — Прости меня, пожалуйста, Даэрон, прости, что раньше я не был прилежным учеником, во имя «Великого леса» прошу тебя о прощении.

Челюсть почтенного аграфа можно было поднимать с пола — настолько для него оказалось неожиданным моё заявление. Он стоял ошеломлённый. Даже не тем, что между нами была такая разница в положении в обществе, и я прошу у него прощения. А тем, что раньше он слишком хорошо знал, этого избалованного ребёнка. И меньше всего ждал от меня именно таких слов и поступков.

Я же торопился развить свою мысль, надо ковать железо пока оно горячо, пока он стоит ошеломлённый, пытается собрать разбежавшиеся мысли в общую кучку и приходит в себя. Сейчас из Даэрона можно вить верёвки, так не надо упускать этот момент, пока он не успел прийти в себя.

— Находясь в одиночестве на исследовательской станции, — я подпустил немного печали в голос, усилив ментальным посылом транслируемые эмоции, мне нужны сочувствующие слушатели, а не строгие критики, — Я на многое пересмотрел свою точку зрения — там, в полном одиночестве, моё мировоззрение сильно изменилось.

Мой рассказ о жизни на станции, озвучиваемый приглушённым голосом, чтобы окружающие боялись пропустить случайно даже одну фразу, звучал как исповедь, вызывая у слушателей невольную симпатию. По сути, простейшая манипуляция в разговоре, рассказать обиженному тобой, как тебе было плохо, грустно и одиноко. И вот уже спустя совсем мало времени, жестоко оскорблённый уже не кипит от возмущения, желая чтоб тебя черти, прямо сейчас забрали в самые глубины преисподней, а начинает сочувствовать.

— Так вышло, — продолжился мой рассказ, — что имея кучу свободного времени я самостоятельно изучил базу знаний называемую «Культура, Этикет, Церемонии и Традиции империи Аграф». Она мне очень много дала в понимании истинных ценностей общества. Я считаю, что вы, Даэрон, делаете очень важное дело для всего народа, сохраняя и приумножая наши традиции. А то, что вам не повезло с учеником — давайте вместе подумаем, как я могу вам это теперь компенсировать.

Вот он — второй обязательный шаг, предложите загладить свою вину, в подавляющем большинстве случаев оскорблённый проявит своё благородство и ничего не потребует. Но не вздумайте на этом успокоиться, экономия будет на копейку, не стоит оно этого. Обязательно что-то сделайте хорошее для того, с кем желаете впредь установить хорошие отношения.

Разумеется, я знал, что Даэрон откажется от компенсации, не потребует незамедлительно нескромную сумму за возмещение моральных страданий. Ведь не зря я начал разговор, пока вокруг нас столько слушателей, таким корыстным поступком он уронит себя в глазах всех окружающих.

Публичность в процессе получения прощения порой может разрубить такой узел, который с глазу на глаз не всегда мирно разрешить получится. Все мы немного актёры и играем на публику. Лишний раз показать своё великодушие над противником, заслужить одобрительные похлопывания по плечу зрителей никто не откажется.

Остаётся вопрос компенсации моральных страданий, но он настолько извращён обществом, что лучше не позориться, поднимая эту тему. Это только у нас, землян, есть такое понятие в гражданском праве. Используется, по моему мнению, только чтобы денег с кого стрясти побольше. В законах Содружества я такого положения в праве не встретил, а то по судам бы друг друга все затаскали.

Случай помню случай один на земле, в прежней жизни. Мой шапочный знакомый решил подать иск на соседа по делу о компенсации морального вреда и проиграл его с треском, а всё из-за своей жадности.

Была простая жизненная ситуация, сосед сверху залил внезапно прорвавшейся водой своих соседей снизу. Что может быть проще, дело то житейское. Сходи, извинись перед соседями, оплати ремонт и впредь тебе будет наука. Но виновный мирно решить дело не захотел, уж не знаю почему. Включил вместо этого режим дурака: я совсем не понимаю чего вы от меня хотите. Не помогает тупить и делать невинное лицо, если ты виноват.

На него соседи снизу подали иск в суд о возмещении ущерба и иск на моральную компенсацию. Раз не захотел по-хорошему. Так как, обычно, заявления в суд составляются по уже готовым шаблонам, потерпевший и ещё один сосед снизу, которого тоже затопило, совсем чуть-чуть, но затопило. Вместе с моим знакомым они подали стандартные заявления на компенсацию материальных и моральных убытков в суд.

Суд без длинных разговоров и долгих разбирательств — присудил ответчику заплатить заявленную сумму истцам на ремонт залитых квартир. Вот только моральная компенсация вышла разная, у верхнего соседа пострадавшего во время потопа больше она составила всего три тысячи рублей. А соседу снизу, работавшему простым депутатом, суд присудил совсем другую сумму — почти пятьдесят тысяч в качестве моральной компенсации.