Мое идеальное убийство - Пронина Анна

С экрана монитора на него смотрела высокая пышногрудая брюнетка лет сорока с карими глазами — ничего общего с его матерью. Впрочем, почему он думал, что Белла должна быть на нее похожа? Потому что отец влюбился? Да какая разница! Странно, что адрес она ему не оставила. Только город Энск, как и сказал отец. На перроне Александра должен был встретить ее водитель и отвезти в усадьбу.

В усадьбу, хм… Непростая дама, судя по всему.

Борис погуглил усадьбы под Энском, но ничего, кроме современных коттеджей, из-за амбиций продавцов недвижимости называемых усадьбами, обнаружить не удалось. Еще пара домов-музеев — но это явно не то. Из переписки было ясно, что речь идет не о новоделе — Белла говорила, что выкупила настоящую старинную усадьбу и живет там уже несколько лет. Как же ее найти?

Борис продолжил поиски по Сети, используя уже имя Беллы и ее электронный адрес, добытый из переписки с отцом. Но дама словно существовала только для Александра — больше никаких аккаунтов, никаких следов в виртуальном пространстве. Редкость в наше время… В конце концов подвернулся странный аккаунт на сайте видеохостинга, он был зарегистрирован с использованием адреса, очень похожего на адрес Беллы. Но все-таки отличался… Надо проверить, есть ли связь.

К собственному удивлению, Борис довольно легко сумел подобрать пароль и на этот раз. Это был аккаунт ребенка.

Видеодневники

— Всем привет! В прямом эфире с вами снова Злата и мои видеодневники. Ха-ха! Кого я обманываю? Привет, Злата, это я, Злата. Я снова общаюсь тут сама с собой. Это ведь мои закрытые видеодневники.

Перед видеокамерой в затемненной комнате сидела милая девушка лет пятнадцати или шестнадцати. Специфические неловкие движения выдавали в ней человека с ДЦП, за плечами были видны ручки инвалидной коляски, на которой она сидела.

В ее словах читалась самоирония, лицо было красивым, но бледным, глаза — немного испуганными.

— Это мой новый друг — Васька! — Девочка достала откуда-то из темноты маленького котенка и посадила в луч света перед экраном. — Ему один месяц. Машкин сын. Вроде не блохастый. Я упросила маму, чтобы она разрешила оставить его в доме.

Забавно, слово «мама» она произнесла как будто с издевкой. Хм…

Котенок в руках Златы пискнул, и кот Бориса моментально отреагировал — запрыгнул на стол и попытался лизнуть монитор в том месте, где было изображение звереныша.

— Впрочем, я думаю, эта мегера сегодня мне бы что угодно разрешила. Я заметила, что в такие дни, чтобы отмахнуться от меня, она может согласиться на что-то… скажем так, неожиданное. Так что я прогадала, надо было что-нибудь посерьезнее просить, типа поездки в город с няней, например. Не понимаю, почему она запрещает нам выходить из дома? С другими нянями мы выходили в город когда угодно! И никаких проблем. Хотя у них тоже не было документов! Эх. Но вообще я сегодня почему-то не видела няню. Нигде… И это немного странно. Может, ее и вправду забрали в полицию?

Ну ладно. Короче, к мегере приехал очередной гость, как она их называет. Слышала, как она говорила Роману, что он «очень перспективный». Забавно, конечно, все эти «гости» приезжают с помпой и пафосом, но где они теперь?

Впрочем, этот мне показался довольно симпатичным мужиком. Конфет мне привез.

Борис не поверил своим глазам: Злата достала, развернула и съела перед веб-камерой конфету «Светлана».

— …Надеюсь, что он хотя бы немного задержится у нас. Но питать иллюзий не буду, таких поганых извращенцев, как Белла и Роман, мало кто вытерпит, тут к гадалке не ходи.

Борис поставил видео на паузу. Совпадение имени не могло быть случайным! Мужчина с конфетами, о котором она говорила, — точно его отец! Он посмотрел на дату, когда было снято видео: сутки назад.

Еще минут десять Злата, сидя перед камерой, что-то рассказывала о котенке и своей няне, которая «куда-то запропастилась», но Борис почти не слушал. Он вглядывался в темноту за фигурой девчонки, пытаясь разглядеть хоть что-нибудь, что подсказало бы ему, где она находится и как ее отыскать.

И тут Злата прервала свою речь. Кажется, она что-то услышала за пределами своей комнаты. На минуту она замерла, а потом продолжила:

— Вообще-то я побаиваюсь выходить ночью из комнаты. После того случая… Но и сидеть тут я тоже не могу. Вот… — Где-то вдалеке раздался слабый писк, искаженный плохим микрофоном. — Не знаю, слышит ли это кто-то, кроме меня, но, кажется, кто-то кричал. Фух, когда рассказываешь об этом на камеру, вроде бы даже не так страшно. — Она нервно захихикала. — Давай, Злата, поиграем в Нэнси Дрю и проведем собственное расследование. Кто знает, может быть, из этого получится неплохая книга! — Она заговорщицки подмигнула самой себе, сняла камеру с компьютера и прицепила на свою коляску.

Было заметно, что коляска Златы медленно катится по темному помещению, но разобрать что-либо не представлялось возможным. Потом где-то впереди показался свет — кажется, она выехала на крыльцо большого дома. В этот момент отчаянный крик неизвестного человека повторился уже куда более отчетливо. Злата замерла. На улице раздавались громкие голоса, явно ссорились мужчина и женщина. Толком было не разобрать, но среди ругательств Борис расслышал мужское: «Сжечь бы тебя, ведьма!» На что ответом был истерический женский смех.

Затем камера упала на пол и отключилась.

18 июля

— Не переживай, вернешь мне долг, когда ограбишь банк, — смеялась Сонечка, протягивая Лене свежесваренный кофе из дорогой кофейни в «Афимолле», торговом центре, стоящем между небоскребами Москва-Сити, — точнее, отдашь, когда мы разоблачим Мементо Мори!

— Это не смешно, Соня! Ты же знаешь, что меня выбешивает эта ситуация!

— Тогда отдай кофе назад! Я выпью два, за тебя и за себя, чтобы ты не бесился.

— Все-таки ты дура! Или прикидываешься? — Леня сделал жадный глоток из своего стакана. — Нам нужно разработать план по разоблачению Сахарова!

— Тихо! — зашипела Соня, проигнорировав обидные слова Леонида. — Вон он идет!

К пущей злости своего бывшего сисадмина, Борис взял и кофе, и дорогущий бутерброд в той же кофейне, а затем, не замечая их с Соней, отправился в сторону офиса. Уголки губ рыжеволосого босса то и дело подрагивали, он прятал улыбку, но все равно было заметно: его что-то сильно взволновало. Он едва не потирал руки. Череп на спине его свежей футболки тоже улыбался. Леониду это показалось издевкой.

Сахарову в офисе нужно было закрыть с заказчиками последний проект. Через полчаса, едва пожав руки довольным клиентам, Борис зашел к своему партнеру и сообщил, что уедет в небольшой отпуск. В холле он снял кое-какую наличку в банкомате, не желая оставлять в будущем путешествии электронных следов, и спустился на подземную парковку к машине. Спящий на заднем сиденье кот лениво повел в его сторону ухом, когда Борис захлопнул водительскую дверцу. Он завел двигатель, но трогаться с места не спешил, сидя за рулем и изучая что-то в своем ноутбуке.

— Ну и как нам за ним следить дальше? Каждый раз он уезжает от нас на машине. Хреновые из нас шпионы! Своей-то машины нет ни у тебя, ни у меня. Даже прав нет, чтобы каршерингом воспользоваться! Лень, ну что ты молчишь? — шипела Соня.

Они постарались незаметно спуститься вслед за Сахаровым к парковке, Соня наблюдала, как Борис садится в машину, и все комментировала. Но Леня не обращал внимания на ее болтовню, он даже не поднимал глаз на машину Сахарова, только увлеченно копался в собственном телефоне.

— Ау, Леня! Он опять сейчас уедет! Вместе со своим милым котиком. А мы останемся со своими носами. И никакого разоблачения не будет! Отправимся искать работу. Хорошо хоть есть деньги за квартиру заплатить в этом месяце…

— Не паникуй, заработаем и заплатим.

— В смысле?

— Я купил кое-что. На черном рынке, ну, в даркнете.