Воланд де Морт - Константин Владимирович Денисов

Надо сказать, что коктейль был отменный! И да, без магии здесь не обошлось. Но магии слабой, бытовой и можно сказать даже «кулинарной». Такая разновидность тоже была, но пользовались ей немногие, потому что дар «кулинара» тоже встречался нечасто. И хотя люди с этим даром встречались редко, однако их способности не сильно ценились. В старом мире с такими возможностями они могли бы быть миллионерами, но сейчас перед основной массой людей стоял вопрос не наслаждения вкусом, а добыча любой еды, которая позволит им продержаться ещё некоторое время.

Да, были и относительно состоятельные люди, работая на которых кулинар мог найти применение своим способностям. Но это, опять же, было чревато попаданием в зависимость. А с таким безобидным даром вырваться из неё будет ой как сложно.

Вполне возможно, что здесь как раз был свой кулинар. Судя по всему, эта община, или не знаю, как по-другому назвать, это место и сборище людей, жили по несколько иным принципам, чем все остальные вокруг. Причём умудрялись очень хорошо это скрывать, ведь буквально на другом берегу реки никто и слыхом не слыхивал про то, что происходит в «Острове Мечты».

Как и любые способности, кулинарные тоже, можно было освоить, но не на таком высоком уровне, как носитель одноимённого дара. Но кто будет этим заниматься? Если будет возможность, то лучше купить какое-нибудь пусть и слабенькое, но боевое заклинание, а не рецепт коктейля.

Вот заклинание, разрушающее оковы, спасло мне жизнь у профессора манпира. А если бы я вместо него тогда приобрёл рецепт коктейля, где бы сейчас находился шаман Алик? Сидел на цепи в Перово, как дойная корова. Почти стихи получились! Вот и ответ, почему кулинарией почти никто не пользуется.

Я несколько раз хорошо приложился к коктейлю, и, надо сказать, почувствовал прилив сил, да и настроение у меня заметно улучшилось.

— Что дальше? — спросил я у «Королевы пляжа», которая смотрела на меня взглядом единомышленника. Как будто отпив этот коктейль, я вступил в их ряды и теперь один из них. Только вот, ходить в набедренной повязке я не собирался.

— Не знаю! — наивно хлопая глазами, сказала «королева пляжа», — нам нужно было только вас встретить!

— А откуда вы знали, что мы сюда придём, если пять минут назад, мы и сами этого не знали? — спросил я, внимательно глядя в её большие и влажные глаза.

— Потому что нам сказали, — искренне удивилась моему вопросу девушка, — меня зовут Амина.

— Я Алик, — кивнул я и снова приложился к коктейлю.

— Маша! — раздался рядом голос кинетика.

— О, кстати, будем знакомы! — повернулся я к ней.

Но она одарила меня презрительным взглядом и ничего не ответила.

— Вы, я вижу не друзья? — спросила Амина.

— Нет, конечно, — тут же ответил я, — наоборот, мы враги. Она сегодня утром пыталась меня убить. Кстати, а который сейчас час?

— Как это печально! — искренне опечалилась Амина.

— Что именно? — удивился я, — то, что я спросил про время?

— Нет, конечно! — покачала она головой, — то, что вы враги. У нас здесь царит мир и любовь, чувства ненависти и злобы нам неведомы. Мне поэтому трудно это понять.

— Так уж и неведомы? — усмехнулся я, — так не бывает! Вернее, не бывает в реальной жизни. Так что встаёт резонный вопрос, что здесь у вас происходит?

— На вопросы тебе буду отвечать не я, — тут же начала сворачивать разговор Амина, — моё дело было вас встретить и угостить коктейлем.

— А вообще, Мань, меня здесь ценят больше чем тебя! — сказал я, повернувшись к кинетику.

— Чего это? — удивилась она, от неожиданности такой постановки вопроса, даже забыв, что не разговаривает со мной, и, не обратив внимания, что я назвал её по-простецки Маней.

— Потому что встречать нас прислали полуголую самочку, а не самца. Акцент был сделан на меня! Хотели меня порадовать! — сказал я.

Должен сказать, что это была умышленная провокация, чтобы немного сбить разговор с наезженных рельсов. И хотя провокация была рассчитана на Амину, поддалась на неё больше Маша.

— Размечтался! Она тебе всё равно не даст! — сверкнув глазами, сказала она.

— Мария, что за выражения, как не стыдно! — наиграно назидательным тоном сказал я.

А вот Амина молчала. Видимо, такой поворот разговора сломал ей программу, и она не находилась, что сказать, — так что, есть у меня шанс? — спросил я и подмигнул ей.

Это её окончательно выбило из колеи, она смутилась и сказала:

— У нас тут так не принято!

— Как? — разыграл я удивление, — ты же говорила, что у вас здесь царит любовь! Я думал, что и физическая в том числе! А если нет, то зачем так одеваться и трясти голыми сиськами перед мужчинами? Ты же знаешь, какие это желания и эмоции может вызвать в неокрепших умах? А у меня как раз неокрепший! — сказал я и, сделав шаг назад, начал «ощупывать» Амину взглядом, стараясь делать это максимально нагло. Даже губы в какой-то момент облизал, чем совсем выбил бедняжку из состояния равновесия.

— Давайте я вас провожу туда, где вы сможете отдохнуть! — сказала она, призывно кивнув головой, развернулась на сто восемьдесят градусов, и своей фирменной походкой, виляя бёдрами, направилась к выходу.

— О! А так вид даже лучше! — сказал я, — так я могу идти целыми днями без устали! Надеюсь, что нам предстоит неблизкий путь.

По её походке я видел, что она чувствует себя очень неуютно под моими взглядами, но сделать ничего не может, нужно доводить эту игру до конца.

Этот вывод Амины из зоны комфорта практически не обогатил нас новой информацией, однако разрушил некий ореол беззаботной курортной атмосферы, который они пытались создать, и надо сказать, вполне успешно. Но у меня получилось всё опошлить и немного приземлить. Я и на остальных участников этого представления тоже мельком поглядывал, и они тоже были смущены, пожалуй, даже больше Амины. Легко поддерживать игру, пока все в неё играют. Но как только кто-то начинает тебя «раздевать», ставя в неудобное положение, так стазу всё происходящее начинает выглядеть глупо. И костюмы, и музыка с песнями… да вообще всё представление начинает выглядеть фальшиво.

Ещё одним неожиданным эффектом от этой провокации стало то,