Пуля - Лорел Гамильтон

Черные кожаные штаны Жан-Клода выглядели мокрыми, а сапоги облегали его бедра, как вторая кожа. Мне не нужно было видеть заднюю часть сапог, чтобы знать, что вверх по его ноге поднимаются кружева. Мне нравились эти сапоги, и я видела их со штанами и без них. Я споткнулась, когда он привлек меня ближе, слишком сильно задумавшись о сапогах в качестве единственной одежды на нем, а потом был момент, когда я подняла глаза, — нужно было видеть это лицо. Мы были парой в течение пяти лет, теперь уже почти шесть, и я все ждала момента, когда я смогу смотреть на него и не ощущать себя так, словно это какая-то ошибка. Кто-то настолько красивый не мог быть влюблен в меня, когда у него была целая планета людей на выбор. Я привела себя в полный порядок, но Жан-Клод заставлял меня чувствовать себя пробравшейся в Лувр и укравшей шедевр со стены, чтобы покататься по нему голой.

Его глаза были такого темно-синего цвета, что чуточку больше тени сделали бы их черными, но этого никогда не случалось. Его глаза были самого темного оттенка натурального синего, какой я когда-либо видела, как у Ашера — бледного. Глава их линии крови, их sourdre de sang, буквально "фонтан крови", имела пунктик насчет голубых глаз и коллекционировала различные оттенки голубых глаз красивых мужчин. У нее были столетия, чтобы найти их, а у меня оказались два ее самых удивительных экземпляра прямо здесь. Она бросила Ашера, когда он покрылся шрамами, а Жан-Клод бежал от нее. Теперь он был своим собственным sourdre de sang, первый новый Мастер своей собственной линии крови за тысячу лет.

Он наклонился и нежно поцеловал меня в губы. Я поцеловала его в ответ, позволяя моему телу прижаться к нему, и его руки обняли меня, это было как дыхание, словно я затаила дыхание, пока мы целовались.

Он отодвинулся с моей помадой на губах, но ему шел этот цвет. Он улыбнулся мне, сверкая глазами, как будто готов был рассмеяться. — Ma petite. Это было все, просто мой ник, но, кажется, в нем были годы "Я люблю тебя".

Зажглись огни. Это был сигнал, чтобы занять свои места до того, как поднимут занавес. Джей-Джей встала, так что Жан-Клод помог мне занять кресло рядом с ним, где сидела она. Она улыбнулась и сказала 'Привет!'. Я сказал ей, что рада, что у нее получилось приехать. — Я бы не упустила свой шанс увидеть танец Джейсона снова, — сказала она, и лицо ее озарилось, когда она произносила его имя. Она всегда была хороша, но в этот момент она была прекрасна. У нее были такие же весенне-голубые глаза, что и у Джейсона. Они оба обладали мягкой внешностью, которая иногда встречается у белокурых голубоглазых людей. Они выглядели достаточно похожими, чтобы быть братом и сестрой, но у них разве что был общий пра-пра-дедушка. Многие дети из их школы были похожи на братьев и сестер. Видимо, пра-пра-дедушка был занятным мальчиком.

Что-то заставило меня обернуться и посмотреть назад на Мику и Ашера в начале прохода. Ашер пытался поприветствовать Мику так же, как и меня, но Мика отодвинулся. Ашер сел смеясь, в то время как Мика проскользнул мимо Жан-Клода и меня, чтобы сесть по другую сторону от меня, рядом с Джей-Джей. Жан-Клод похлопал Мику по спине, как бы говоря: все в порядке. Наедине Жан-Клод и Мика приветствовали друг друга намного теплее, но Мика дал ясно понять, что он не был пищей для всех. Ашер принял это как вызов, сможет ли он соблазнить Мику, и когда не получилось, он, кажется, ощутил неловкость. Я любила Ашера, но в нем были садистские наклонности, которые мне были не очень по душе.

Если он не перестанет нажимать, он навсегда останется в черном списке Мики. Я не знала, что делать с ростом напряженности в отношениях между двумя мужчинами, но что-то нужно было сделать, прежде чем Ашер оттолкнет моего Нимир-Раджа достаточно далеко, вынудив его сделать что-то неприятное. Мика и Жан-Клод пытались разорвать друг другу горло в первый раз, когда познакомились. Если у Жан-Клода и у меня не получится успокоить Ашера, Мика сам позаботится о нем, и нам может не понравиться, как он это сделает. Он не был гомофобом, он просто не хотел давать кровь Ашеру, а тот, похоже, плохо воспринимал отказ.

Мика напрягся рядом со мной, он старался сохранить нейтральное выражение лица, но если вы знали, где искать, на нем нетрудно было заметить гнев. Я накрыла его руку своей. Он был жестким и неуступчивым, но затем расслабился в моей руке. В конце концов, он улыбнулся мне, но его реакция в общественном месте дала мне понять, что Ашер был очень близок к тому, чтобы довести его до ручки.

Я посмотрела на Жан-Клода, чтобы понять, заметил ли он. Он смотрел на сцену, как будто ничего неподобающего не случилось. Он не заметил, или же пытался пока игнорировать эту проблему? Мне нужна была поддержка, а не поведение страуса, прячущего голову в песок. Но если у Жан-Клода и было уязвимое место, то это был Ашер, и ладно, может быть, я. Нам обоим сходили с рук вещи, которым ему, вероятно, следовало положить конец, как он поступал раньше.

Нечестивец смотрел на меня. Он видел и понимал проблему. Обе проблемы: между Ашером и Микой, и тот факт, что Жан-Клод, казалось, ее игнорировал. Я была уверена, что Нечестивец и Истина подыграют мне, если я смогу придумать выход, который не разрушит нашу счастливую маленькую тележку яблок.

Беда была в том, что на вампирской территории я была человеком-слугой Жан-Клода, и Ашер был Мастером вампиров достаточной силы, чтобы владеть своей собственной территорией. Он остался, как заместитель Жан-Клода, потому что он любил нас и не хотел разлучаться, но это означало, что моя позиция власти была немного неуверенной.

Я была истребительницей вампиров, но я бы не убила Ашера, и он это знал. Так что угрозы я не представляла. Я была некромантом и могла контролировать нежить, не только зомби, но большинство немертвых, в том числе вампиров. Но я знала, что если я достану свой главный козырь и возьму Ашера под контроль подобным образом, он никогда не простит меня. И когда я настолько сильно брала кого-то под контроль, иногда это не проходило, что меня немало тревожило.

Моника шла, торопясь, по противоположной стороне от прохода. Большинство людей вынуждены были убирать ноги или вставать на той стороне, что была дальше от всех нас, считавшихся частью ее группы. Это было в духе Моники. Она явно сделала ставку на Ашера и была отвергнута. С тех пор она держалась от него подальше.

Она улыбнулась и махнула нам всем, когда села рядом с Джей-Джей. Рядом с нами все еще оставалось одно свободное место.

Огни вспыхнули снова, и в начале прохода рядом с Ашером показалась Вивиан. Он и Жан-Клод поднялись, так что я тоже поднялась. Мика был уже на ногах. Вивиан была достаточно маленькой, так что мы, вероятно, могли бы остаться на своих местах, но старшие вампиры часто реагировали на женщин так, как будто суета не вышла из моды, и, если они могли быть джентльменами, я тоже могла быть леди.