Подкати ко мне срочно - Карли Робин

не видел никаких сложностей в посещении подобных мероприятий. Рассказывать окружающим, какой я великолепный гонщик? И в чем тут проблема?

Я откусил кусочек маффина и громко застонал. Проклятие. Если бы мне пришлось выбирать между повторным утренним минетом и этим маффином, я бы выбрал маффин. Никаких претензий к Дженне, просто настолько он был хорош.

– Хочешь кусочек? – спросил я Блейка, отряхивая крошки со штанов. – Очень вкусно.

Он покачал головой:

– Спасибо, я уже поел.

Я поборол желание спросить, ел ли он на завтрак свою девушку. Чувство юмора Блейка не позволяло мне подшучивать над ним и Голди.

– Ну как хочешь, – ответил я, пожав плечами.

Когда двери открылись, я рассчитывал, что в конференц-зал войдет владелец нашей команды Уильям МакАлистер. Но я совершенно не ожидал, что следом за ним войдет человек, который когда-то угрожал разрушить всю мою жизнь. Шоколадный кусочек провалился не в то горло, и я раскашлялся. Я кашлял так, словно курил без перерыва последние тридцать лет.

«Какого хера здесь забыл Джеймс Эйвери?»

– Дружище, ты в порядке? – спросил Блейк, приподнимаясь из кресла.

Он знал прием Геймлиха, но я опасался, что он мне ребра сломает, если попытается. Вытянув руку, я отмахнулся от него.

– Крошка не в то горло попала, – выдавил я. – Никаких проблем.

Мне потребовалась еще минута, прежде чем я смог вновь обрести дыхание. Хотя обрести – не совсем правильное слово, учитывая, что я дышал так часто, словно только что пробежал марафон. Я не видел Эйвери несколько лет. У него отросло небольшое пивное брюшко, но в остальном он совсем не изменился. Все такой же кусок дерьма с ушами и глазами. Я рассеянно коснулся левой брови. Пересекающий ее небольшой шрам – подарочек старого доброго мудака Эйвери. Та часть моей жизни, которую я бы с радостью никогда больше не вспоминал.

– Тео, Блейк, – наконец произнес МакАлистер. – Познакомьтесь с Джеймсом Эйвери.

При звуках этого имени у меня екнуло сердце, ухнуло в пятки, просочилось сквозь пол и продолжило падение вплоть до самых глубин ада. Именно там были похоронены все мои воспоминания об этом мерзавце.

Блейк встал и протянул руку:

– Рад знакомству.

– Как и я, Блейк, – ответил Джеймс, пожимая протянутую руку. – Поверить не могу, что мне потребовалось столько времени, чтобы познакомиться с легендой «Формулы-один».

«Может, Блейку еще штаны снять, чтобы ты его, козел, в жопу поцеловал?»

Блейк отмахнулся так, словно его шесть чемпионских титулов гроша ломаного не стоили. Да это, по сути, единственная причина, почему его биографию обсуждали во всем городе. Да что там, во всем мире. Книга даже еще не вышла – вечеринка по случаю релиза состоится только через несколько недель, – но все не переставая о ней судачили. Блейк то, Блейк сё. За «МакАлистер» выступали двое пилотов, но определенно только один из них сейчас находился в центре внимания.

– Уокер, – процедил Эйвери, словно одно мое имя вызывало у него тошноту. – Давно не виделись.

«Недостаточно давно».

Я кивнул и коротко буркнул:

– Эйвери.

Блейк наблюдал за мной, пытаясь понять, что происходит. К сожалению, у нас были зрители, а мне потребовалось бы около шести часов, чтобы без перерыва погрузиться в эту тему. Уильям и Эйвери уселись напротив нас с Блейком. Стоило только Уильяму начать говорить, как быстро стало понятно, к чему он клонит. Я не был религиозен, но тут принялся молиться, что я ошибаюсь.

Мои молитвы остались без ответа.

Оказалось, мне стоило заключить сделку с дьяволом.

* * *

В третий раз подряд кто-то постучал в дверь туалета. Казалось, будто по стенкам моего черепа долбил отбойный молоток. Разве они не слышали, как я изрыгал содержимое своего желудка? «Твари!»

– Это Блейк! – раздался из-за двери знакомый голос.

«Можно подумать, за двадцать лет дружбы я не выучил, как ты ломишься в дверь».

– Я немного занят, – слабым голосом ответил я. Я думал, что уже все выблевал, но тут до меня дошло: я же сижу на полу туалета, и мое лицо находится в сантиметрах от туалетного сиденья, на котором сидят все эти волосатые задницы. – Неужели не ясно?

Я издал преувеличенно громкий рвотный звук и потребовал, чтобы меня оставили в покое. Мне не хватало старого доброго Блейка, который просто купил бы мне пива и позволил бы дуться в тишине. У прирученного Блейка появились чувства.

– Открой эту долбаную дверь, пока я ее не вышиб! – прорычал он.

«Ну ладно, хорошо, иногда у него проявлялись чувства».

Я аж съежился при звуке этого голоса. Хвост любой собаки при звуке этого голоса удобно устроился бы между ног. Учитывая, что одна лишь горячность Блейка обошлась «МакАлистеру» в тысячи потраченных на ремонт долларов, я ни капли не сомневался в его угрозе.

Я нажал на смыв, поднялся на ноги и открыл дверь кабинки. Блейк протиснул свое внушительное тело в оставленную мною маленькую щель. Теперь меня не только тошнило, я еще и испытывал клаустрофобию. «Чудесно».

– Это что за херня была? – поинтересовался он, ткнув меня пальцем в грудь.

– Какая херня?

Он прищурился, во взгляде ни намека на улыбку.

– Позволь мне освежить твою память. Уильям говорит: «Я рад представить вам Джеймса как нашего нового генерального директора. Мы хотели сообщить вам до того, как опубликуем пресс-релиз». Затем я говорю: «Добро пожаловать в команду». А потом тебя начинает тошнить, и твои матча-латте и полусъеденный маффин растекаются по всему столу.

Если Блейк когда-нибудь уйдет из «Формулы-1», с такой игрой он вполне сможет сделать себе карьеру в Голливуде. Может, из него даже получится следующий Брэдли Купер.

Я громко вздохнул:

– Тогда зачем ты меня спрашиваешь, если ты явно разобрался в ситуации?

Проведя рукой по волосам, Блейк оскалился на меня:

– Ты закончил вести себя как мудак?

– Что, расстроился, что в кои-то веки не ты оказался самым большим мудаком в помещении? – огрызнулся я.

Голова раскалывалась, и я готов был говорить о чем угодно, только не об этом. Когда я увидел, что Блейк стиснул челюсти, я на краткий миг забеспокоился о моей собственной безопасности.

– Выкладывай давай, Уокер, – выдохнул он спустя мгновение. – Что происходит?

И, словно отдирая пластырь, я выпалил:

– Джеймс Эйвери хочет меня убить.

Громкий смех Блейка заполнил тихую в остальном комнату. Он думал, я шучу. Хотел бы я, чтобы это была шутка.

– Я серьезно, Холлис, – взволнованно произнес я. – Он угрожал убить меня.

«И неоднократно, если честно».

Когда Блейк наконец успокоился, он наклонил голову и еще сильнее нахмурил брови:

– Ну, давай, удиви меня. И почему он хочет тебя убить, Тео?

– Я встречался кое с кем из тех, кого он знал…