Город Призраков (СИ) - Гребнева Ольга

— Днём нормально, — самоуверенно заявил Арман.

— Сейчас не день, Лерой.

— Я вообще здесь первый раз, с меня спроса никакого. Так куда нам идти?

Влад тяжело вздохнул и признал:

— Не знаю.

— То есть как?

— Ну вот так… — развёл руками парень. — Эта дубрава огромных размеров, а троп и ориентиров нет. По крайней мере таких, чтоб я их заметил и запомнил. Я приблизительно знаю, что от лагеря инквизиции надо держать на северо-запад, но точное место домика магов я не найду.

— Ты же вторую неделю здесь лазишь! — возмутился француз. — И до сих пор не выучил дорогу к своим «союзникам»? — Последнее слово было произнесено с некоторой насмешкой. Хотя Владу почти в каждой фразе наёмника чудилась издёвка.

— Ага, что с меня, кретина, взять! — вспылил Влад. — Видно, тупой слишком, не в силах запомнить!

Арман подождал, пока буря уляжется и примирительно сказал:

— Ладно, не кипятись. Что делать-то будем? Как выбираться? Я-то думал ты сейчас в два счёта приведёшь меня в уютную хижину, где на пороге встречает симпатичная блондинка…

— Лионелла сейчас уже спит, — поправил Влад, а потом опять взметнулся, — и ты на неё губы не раскатывай, сволочь!

Подобное заявление вызвало у наёмника приступ неуёмного смеха. «Как же он меня бесит! За что только мне такой напарник достался?» — обратился парень ко всем высшим силам. Влад шагнул к французу и схватил за грудки:

— Что смешного? — с расстановкой, грозным тоном спросил он.

Арман усилием воли убрал улыбку с лица, хотя глаза продолжали смеяться, а уголки тонкогубого рта непроизвольно подёргивались.

— Не волнуйся ты так. Я на чужое не претендую.

И опять во внешне безобидных словах послышалась насмешка и прямо противоположный подтекст. Дескать, только отвернёшься, а я с твоей девицей — на сеновал. Влад собрался было двинуть по самодовольной роже кулаком, просто для профилактики, но тут услышал шорох за спиной. Тихий, на достаточном удалении. Но всё же столько дней среди леса не прошли даром — отличать звук падения ветки или жёлудя от чьих-то шагов парень научился.

Отпустив Армана, поднёс палец к губам, а потом показал в сторону, откуда донёсся хруст. Они стояли достаточно близко друг к другу, чтобы даже в темноте можно было различить выражение лица. Наёмник тут же переменился, словно другой человек очутился на его месте или сдёрнули маску язвительного ловеласа, а под ней оказалось лицо убийцы. Он стрельнул глазами в указанную сторону, потом, осознав, что зрение бесполезно, прикрыл веки и прислушался. Оба мужчины замерли неподвижно, стараясь уловить продолжение движения.

«А чего, собственно, я боюсь? — пришла в голову Владу неожиданная мысль. — Верволки меня знают, кого-то из них встретить наоборот будет большой удачей — доведут до Конрада побыстрее, не придётся в мокром лесу ночевать. Инквизиторов там быть не может, они все по ночам в палатках сидят и страшные сны про оборотней смотрят. А кому здесь ещё быть? Если только настоящий зверь… Вот против этого защиты нет, голыми руками мы ни кабана, ни волка не завалим». Но вероятность нарваться на природного хищника не показалась слишком большой, и он громко, отчётливо произнёс, обращаясь в темноту:

— Я Влад. Мне нужно к Конраду, но я сбился с дороги.

— И почему вы, люди, всегда разговариваете с нами так, будто мы глухие? — хрипловатый голос раздался совсем близко и с другой стороны.

Лерой и Влад резко развернулись туда, но даже точно зная местонахождение, рассмотрели оборотня не сразу. Тот удобно расположился на корточках рядом с деревом, неподвижный, но готовый к немедленному действию, как взведённая тетива арбалета.

— И всегда представляетесь, словно можно перепутать… Никогда не понимал людей. Что онемели-то? Минуту назад разорялись на весь лес, птиц поперепугали.

Влад нервно сглотнул, будь они противниками волку, то давно лежали бы с разорванными глотками. От одного представления становилось неуютно. Люди настолько были чужды этой дубраве, что холодок пробегал между лопаток от желания убраться подальше из владений полузверей. Лерой вопросительно посмотрел на Влада, будто говорил: «Тебе карты в руки».

— Доброй ночи, — проговорил парень. — Мне… то есть нам… необходимо к Конраду, есть важные новости.

— Письмецо от человека с крестом? — усмехнулся «волк». — Ладно, не моё дело. Пусть «бегущий» сам разбирается.

Речь верволка казалась несколько архаичной и… он говорил так, как будто родился зверем. От осознания, что перед ним существо, только внешне похожее на человека, стало окончательно не по себе. Не пояснив, кого он имел в виду под словом «бегущий», оборотень поднялся на ноги, выступив из глубокой тени.

— Пойдёмте.

И тут люди разглядели, что облик его частично оставался звериным. Черты лица — удлинённые, напоминающие очертаниями волчью морду, под верхней губой блестят весьма внушительные клыки, а по всей коже пробивается серебристая, словно слегка седая, шерсть.

— Merde! — озвучил своё отношение к увиденному Лерой.

Глава 1.3

Поляна и дом выглядели точь-в-точь так, как представлялось Арману по рассказу Влада. Тишина нависла над прогалиной в лесу, и здесь было ненамного светлее, чем под пологом листвы. Тучи окончательно заволокли небо, и сверху сеял мелкий противный дождик, залезающий холодными пальцами за шиворот. Поэтому пресловутой серебрящейся в лунном свете травы и самого волчьего светила француз не увидел.

Хижина — старенькая, покосившаяся… Если бы не отсвет огня в маленьком окошке, то казалась бы давно заброшенной развалюхой. Учитывая, что это был первый образец местной архитектуры, увиденный Арманом, то благоприятного впечатления о мире не складывалось. «Неужто здесь все так живут? Или это только те, кто со зверями якшается? Для большего единения с природой, так сказать…»

Оборотень-проводник оставил их на краю линии деревьев, не ступив на открытое пространство, исчез, словно растворившись в темноте, беззвучно, как морок. Лерой заозирался по сторонам, но было уже поздно — вокруг только шелестели мокрые листья, и в помине не было никого, кроме Влада. Арман всё ещё приходил в себя от внешнего вида оказавшего помощь существа. «Если б меня не предупредили заранее, точно рехнулся бы от неожиданности. Или от страха, чего себе-то врать». Зато после такого недвусмысленного подтверждения истинности рассказа Влада французу легче было строить дальнейшие планы на свою жизнь в неприветливом новом мире. Да, теперь он, пожалуй, согласился, что неведомыми силами, которые привели в действие экспериментаторы, его забросило в такие места, откуда не слишком легко вернуться домой. Хотя, зачем возвращаться? Перед расстрельным взводом встать? Нет уж, увольте.

— Пойдём, — сделал приглашающий жест русский. И они пошли через поляну, разводя в стороны высоченную, выше пояса, траву. Никаких тропок или хотя бы примятых стеблей видно не было, словно никто сюда никогда не ходит. Пока добрались до цели, вымокли практически целиком.

Вопреки ожиданиям, Конрад не встречал на крыльце, и в сердце Влада закралось подозрение, что что-то не так. Обычно тот из обитателей лесного домишки, который в данный момент бодрствовал, хоть как-то реагировал на прибытие гостей. Парень опасливо потянул дверь, в ответ раздался тягучий скрип. «Что-то мне сегодня многое кажется зловещим и неуютным…» Но внутри дома всё было по-прежнему: жарко полыхали дрова в очаге, освещая непритязательную «меблировку» и сидящего во главе стола хозяина.

— Ну, проходите, что на пороге встали, — Конрад, видно, был не в духе. По крайней мере, приглашение прозвучало не слишком любезно.

Гости молча разместились вокруг стола. Маг потянулся за кувшином и разлил по кружкам вино. Арман тихонько бросал взгляды по всем углам, так что Влад забеспокоился, как бы наёмник не заработал косоглазие.

— Конрад, это Арман Лерой. Лерой, это Конрад. Я тебе о нём рассказывал, — скоренько совершил процедуру знакомства парень.