Дочь по контракту (СИ) - Дали Мила

— Это не мое! Верка листала…

— Из разряда все курили за гаражами, а я рядом стояла. Так?

— Я, вообще-то, дружу с головой и не собираюсь гробить здоровье дымящейся гадостью!

— Шутка, Анастасия Евгеньевна.

— Ну, значит, ха-ха, — отвечаю без ноты смеха. — Вы все просмотрели или желаете сунуть свой нос куда-нибудь еще?

Всё. Мне надоело. Словно в квартире хозяйка не я, а Лютольф. Никогда не терпела подобных выкрутасов от людей, однако, Марк на особом положении для нас с дочерью.

— Занимательная вы личность, Анастасия. Возбуждающая интерес. Умеющая дать почву для размышлений.

— Рассыпаюсь в благодарностях, — стиснув зубы, шиплю.

— Но мать вы порядочная, даже с учетом загорелых пристрастий, — думает, что говорит смешно Марк. — Водичкой угостите?

Киваю на просьбу Лютольфа, торопливо вывожу его из комнаты. Наконец-то. Мы двигаемся на кухню. Краем глаза замечаю, что Стеша уснула в манеже. Достаю чистый стакан, наливаю Марку воды из фильтра.

Адвокат отвлекается на телефонный звонок.

Я как преданная Каштанка жду, пока он вдоволь обсудит свои темные делишки с очередным авторитетным отморозком.

И как Лютольфу по ночам спится? Он же откровенно отмазывает преступников, наплевав на все законы Фемиды. Или это всего лишь сплетни завистников? Не знаю, но слухи про Марка ходят такие.

Лютольф заканчивает общение, кладет смартфон последней модели на столешницу и берет у меня стакан. Будто случайно задевает кончиками пальцев руку. В квартире добротное отопление, но по коже прокатывается необычная волна. Такая холодная. Будоражащая. Я отстраняюсь, но продолжаю чувствовать на себе прикосновение Марка.

— Завтра с утра начну строить план защиты Анастасия Евгеньевна.

— Спасибо, вы для меня единственное спасение…

Уже искренне смотрю в лицо Марку, ощущаю, как в глазах становится мокро от переживаний. Немилосердный Лютольф сухо отводит взгляд, разворачивается и марширует к выходу. Я провожаю адвоката, и на пороге Марк обещает связаться со мной, но уже с предупреждением.

Глава 3

Запираю замок и с облегчением выдуваю изо рта воздух.

До сих пор голову кружит. Чтобы хоть маленько оправиться, шагаю в ванную. У раковины обливаю щеки водой, смачиваю запястья и шею. Разглядываю свое зеркальное отражение и молюсь… Этот кошмар должен закончиться.

Мы со Стешей обязательно будем жить, не вздрагивая от каждого шороха.

Утираюсь, тихонько выхожу в коридор.

Говорят что мысли материальны, только их направление исполняется не в желаемом русле.

Через мгновенье я опять вздрагиваю и слышу стук в дверь.

Кажется, Марк Яковлевич не может со мной распрощаться, но ничего. Пока возвращаюсь к двери, придумываю язвительный подкольчик как на десерт адвокату. Ухмыляясь, сдвигаю щеколду.

Мой мир, ограниченный стенами арендованной панельки и дочерью тут же рушится. В груди давит, горит, а уголки губ стремительно ползут вниз.

— Олег?

Боже. Как я могла забыться и не посмотреть в глазок?

— А что с лицом? Ты не рада встречи со своим мужем?

— Бывшим.

— Не лги мне, Золотова, разве ты не соскучилась?

Олег высокий блондин в годах. Он всегда одет с иголочки и пахнет горьким парфюмом, от которого теперь у меня начинаются тошнотные позывы.

Муж нахраписто отталкивает меня, заваливается в квартиру. Упирается руками в бока и, не снимая туфель, вышагивает по коридору. В новом доме он впервые и пока не в курсе, где спит дочь. Олег идет к ближней двери и оказывается в кухне. Я за ним.

— Дрянь! Даже не надейся, что Лютольф сможет хоть как-то меня удержать. Я отберу у тебя все! Поняла меня?!

— Не ори.

— Что ты сказала? — точно одержимый заводится еще сильнее. Кричит, брызжет слюной. Резко оборачивает ко мне, — падшая женщина!

Атмосфера скандала с каждой секундой накаляется, обжигая меня клеветой и болью. Олег продолжает кричать, материться. Услышав шум, просыпается Стеша.

— Ты напугал ребенка.

— Я не обязан заботится о нагулянной мелюзге!

В секунду Олег оказывается близко со мной. Грубо хватает под ребра, пихает к тумбе. Я задыхаюсь от его жестоких рук, глохну от оскорблений. Бывший супруг только прибавляет силы, будто кости переломать мне хочет. Трепыхнувшись, верчусь по сторонам в надежде отыскать хоть что-то для обороны. Тянусь к стакану, который не допил Марк.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

— Остынь, — выплескиваю воду в лицо Олега.

Муж как рыба заглатывает губами кислород. Олег хоть и переполнен яростью, но никак не ожидал подобного действия от меня. Через секунду его первостепенный шок заканчивается и Золотов, словно бык начинает фырчать, внезапно хватает мой загривок и гневно сжимает пятерней.

— Как ты смеешь неблагодарная?!

Второй рукой он шлепает мне по запястью, пытаясь выбить стакан, но я держу. В Олега точно бес вселяется. Муж, не отводя от меня покрасневших глаз, берется за стекло, давит и своей мощью прямо в ладонях лопает хрупкие грани стакана.

Стенки не выдерживают и со звоном рассыпаются по полу. С ужасом опускаю глаза вниз и вижу, как стекло обагрилось кровью. Тут же смотрю себе на руку. Слава богу, не порезалась. Не моя кровь переливается в осколках — Олега. Но ему кажется все равно. Он даже не замечает ран.

— Сумасшедший.

— Это только начало. Не нужно было мне изменять… Настенька…

— Не узнаю тебя, Олег…

— Значит, пора знакомиться!

Рефлекторно зажмуриваюсь и втягиваю голову в плечи, когда супруг замахивается. Громко пыхтит, обдувая мое лицо горячими порывами. Я поднимаю руки и стараюсь прикрыться от неминуемого удара, наверное, будет больно.

И в какой-то мере Олег прав. До этого момента я и представить не могла, за какого монстра выходила замуж. Он невменяем совершенно, а еще хочет забрать себе Стефанию!

Сквозь замкнутые веки чувствую, как дрогнуло тело Золотова.

Уже морально смирившись с бойней, жду, однако калечить меня никто не спешит. Золотов недвижим и молчит, слышны только звуки дочери. От неизвестности открываю глаза, продолжая сохранять закрытую позу, вижу, что запястье Олега сковано. Мертвой, железной хваткой.

— Телефон забыл, — раздается командирский тон, — а у вас тут драма. Шекспир. Что ни на есть.

Господи. Вроде и радоваться должна, но мне от чего-то становится стыдно. Посторонний человек стал свидетелем семейной разборки, а так не хотелось выносить сор из избы. Я снова не успела запереть двери и на этот раз моя осечка спасла здоровье.

Я вижу Марка. Он отстраняет руку Олега, кажется, причиняет ему дискомфорт, потому что Золотов корчится, пытаясь вырваться. Марк отталкивает Олега к противоположной части кухни. Золотов выпрямляет осанку, шумно дышит, его рубашка через расстегнутый пиджак до предела натягивается. Впрочем, как и мои нервы…

— Ха…а…адвокат! — кричит муж. — С каких это пор юристы вмешиваются в личные дела супругов?

У меня ноги подкашиваются. Придерживаюсь за края кухонной тубы, боюсь свалиться от переживаний. Марк тут же замечает мой оголенный страх. Вальяжно, не торопясь, он делает шаг… второй… становится так, чтобы закрыть меня от Золотова.

— Жаль мне не проплатили дополнительный пакет. Только ведение судебной тяжбы Стефании, а так, конечно, подождал. Потом в отделении полиции снял побои с Анастасии Евгеньевны. Подал на вас другое заявление и компенсацию за моральный ущерб.

— Какое заявление?! — Морда Олега пышет жаром, заливается пунцом. — Она моя жена! Была, есть и будет.

— Бывшая.

— Мне плевать на штампы! Это вымышленные формальности, а Настасья моя собственность. Всегда.

— Именно поэтому вы развелись с ней накануне покупки нового особняка в Майями? Именно поэтому вы, — отступает от меня Лютольф, двигается ближе к Золотову, — намереваетесь отнять у Анастасии дочь? Ее дочь, не вашу.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

С Марком Олег не такой смелый как со мной. Да, Золотов в бешенстве, но далеко не идиот. Он не из тех людей кто будет действовать в состоянии аффекта. Олег бизнесмен и с сильными мужчинами привык поступать дипломатически.