Обречена быть счастливой - Кира Фелис

от нас гипотетических врагов. На последней мысли улыбнулась и наконец-то смогла провалиться в темное ничто.

Утро встретило ярким солнцем и громким гомоном птиц. Я проснулась последней, что и не удивительно, заснула то на много позже остальных. Агриппина Федоровна готовила завтрак, Кузьма складывал наши вещи.

Вышла из кареты, от души потянулась и пошла к реке умыться.

При ярком утреннем свете ничего не напоминало о вчерашнем происшествии, а место, где располагались граф с семьей, пустовало. Кузьма сказал, что они уехали затемно.

Быстро позавтракав, мы отправились в путь.

Глава 5

Старенькая карета плавно катилась по пыльной дороге, я задумчиво смотрела в окно.

Вокруг раскинулся весенний лес, полный зелени и жизни. Солнечные лучи пробивались сквозь густую листву, создавая на земле причудливые узоры из света и тени.

Пользуясь тем, что мы в карете одни, попросила поведать Агриппину Фёдоровну ещё что-нибудь про мою жизнь.

Она рассказала, что наше имение, прежде процветающее, сейчас находится в сильном упадке. Когда-то там кипела жизнь, а сейчас всё замерло. Смерть жены и большие расходы на лечение дочери, а также плохие управленческие навыки моего батюшки стали этому причиной. Однако, несмотря на все возникшие трудности, барон продолжает бороться и искать способы справиться с ситуацией.

Ещё Агриппина Фёдоровна рассказала, что у меня есть «почти» жених — мой троюродный брат Фёдор. Ксения Потаповна, его мать, давно овдовела. За несколько лет она умудрилась растратить всё состояние, которое оставил ей покойный муж, и теперь хотела поправить свое финансовое положение благодаря свадьбе своего сына на душевнобольной родственнице.

Мой отец всегда недолюбливал сестру своей жены, но и он начал потихоньку поддаваться на уговоры. Главным аргументом, в пользу свадьбы стало обстоятельство, что при моих проблемах со здоровьем мне потребуются постоянный уход и забота. И только они, как ближайшая родня, смогут его обеспечить.

Никакого договора пока не подписано, но если ничего не изменить, то совсем скоро я стану женой Фёдора.

Я же замуж совсем не собираюсь. Ещё очень свежи воспоминания о предательстве моего мужа из другого мира. Ситуация с «почти» подписанным договором, вызывала серьёзное беспокойство. Если я когда-либо и захочу создать семью, то мой выбор будет основан на моих собственных предпочтениях.

Спросила экономку и про денежную систему этого мира. Хотелось узнать какими средствами я стала располагать. Оказалось, всё просто и очень похоже на нашу. В одной золотой монетке есть сто серебряных монеток, в одной серебряной монетке — сто медных монеток. Это будет легко запомнить. На одну золотую монету можно купить две коровы, а за пятьдесят монет приобрести добротный небольшой дом.

Лес постепенно начал редеть, и вдалеке показались очертания города. Карета выехала на широкую дорогу.

Когда до города осталось совсем чуть-чуть, на обочине дороги, мы заметили двух сильно избитых мальчишек в возрасте примерно по одиннадцать-двенадцать лет.

— Останови! — крикнула я Кузьме.

И не дожидаясь полной остановки, открыла дверцу и выпрыгнула на дорогу. За мной вышла и встала рядом Агриппина Фёдоровна.

Один ребёнок лежал у дороги, а второй кое-как поднялся и приблизился к нам.

— Барышня, прошу помогите! Моему брату очень нужна помощь. Он может умереть. Я отслужу! Буду делать, что скажете, только помогите! — прошептал мальчишка, размазывая слёзы.

Подойдя к ребятам, оценила их состояние. Тот, что лежал, был без сознания, но и состояние второго вызывало опасение.

— Быстро и внятно расскажи, что с вами произошло!

Парней зовут Богдан и Матвей и они братья. Богдан старше на год и ему двенадцать лет. Оказалось, что их выкинул на улицу их же отец, после наказания. В семье, кроме ребят, ещё четверо детей. Еды не хватает, и мальчишки должны ее добывать, не только для себя, но и для семьи. Братья сильно хотели есть и попытались стащить булочку у пекаря, одну на двоих. Пекарь их поймал и притащил домой, где их ждало наказание. Наказывал отец собственными руками и не за то, что попытались стащить, а за то, что попались.

После наказания, он выкинул их на улицу, со словами чтоб больше не появлялись на пороге. Мать стояла рядом, вытирала слёзы, но ничего не сказала.

Пока Богдан рассказывал, я осматривала ребят. Из одежды на них только штаны, поэтому это было сделать просто. Помимо того, что явно наблюдался недобор веса, у обоих спины — это одна сплошная рана. Тонкие и глубокие следы говорили о том, что наказывали, скорее всего, розгами. Обоих слегка потряхивало, думаю, из-за того, что раны воспалились и поднялась температура. У младшего, состояние было чуть лучше, но то, что он был без сознания, пугало. Кровь уже не текла.

— Сколько прошло времени?

— Отец вчера нас выгнал из дома. Мы хотели дойти до реки, чтобы вымыться и попробовать поймать рыбу, но Матвей упал и больше не встаёт.

Плохо дело.

Надо срочно искать лекаря, потому что я оказать первую медицинскую помощь сейчас не смогу. При отсутствии лекарств все мои знания бесполезны.

При помощи Кузьмы аккуратно положили младшего в карету. Богдан, стараясь ничего не задевать спиной, смог сесть сам. Он стойко держался, стараясь не показывать, насколько ему больно. Только испарина, появившаяся на лбу, указывала на тяжесть его состояния.

До города доедем вместе, а потом наши пути разойдутся. Кузьма должен найти лекаря и показать ему мальчишек. А мы с Агриппиной Фёдоровной отправимся к ним домой. Я хотела забрать ребят, и мне нужны были гарантии, что родители через какое-то время не попытаются вернуть их обратно. Забирать, так окончательно.

Кузьма и Агриппина Фёдоровна с моим решением согласились безоговорочно.

Экономка отдала Кузьме серебряную монетку, которая у неё была для того, чтобы заплатить лекарю за мой осмотр. Но, во-первых, мне лечение больше не требовалось, а, во-вторых, за лечение ребят надо было чем-то расплатиться. Если бы понадобилось, я отдала бы и золотую монету из тех, которые у меня были.

— Денег хватит оплатить приём? — спросила я экономку.

— Точно, должно хватить. Твой батюшка давал с запасом, на всякий непредвиденный случай, — ответила она.

— Заплати столько, сколько потребуется. Если надо, найдём ещё, — отдала я распоряжение Кузьме.

За время нашего пути Матвей так и не пришёл в себя, а Богдану на глазах становилось хуже. Видно, сказывались не только истощенное состояние, но и переживания за брата. Я обняла его, стараясь не задевать спину, и прижала к себе.

— Теперь всё будет хорошо! Обещаю! — он доверчиво прильнул ко мне и через какое-то время тихонечко засопел.

Город был довольно большой, окружён высокими стенами, которые защищают