Без ума от графа - Кристина Брук

Гриффин посадил ее на низкую каменную ограду, так что голова оказалась на одном уровне с его головой. Затем опять сладострастно прижался к ее губам, раздвигая их и проникая языком еще глубже. Вздох застрял в груди, так как ее охватило столь же сильное ответное желание. Он так плотно прижался к ее губам, что она едва могла дышать.

Горячая спираль вдруг распрямилась внутри у нее и через несколько секунд снова свернулась в плотный горячий комок. Невольно в ней вспыхнуло непреодолимое желание ответить на его поцелуй столь же горячо и страстно, но, поколебавшись несколько секунд, она благоразумно отказалась от подобной мысли.

Тем не менее Розамунда не могла понять, что с ней происходит. Неужели в ней так мало гордости, что подобное оскорбление, конечно, его действия никак нельзя было назвать вежливым знаком внимания, пробудило в ней страсть?

Однако ее зажег не столько огонь его поцелуя, сколько скрытая под ним боль. Впрочем, что ж тут удивительного? Она на миг представила, каково было ему жить под деспотической властью деда – чудовища, а не человека. Понятно, почему он не мог поверить в честность ее намерений выйти замуж.

Она на самом деле искренне хотела этого.

Волна жалости всколыхнула ее сердце. С тихим стоном она ответила на его поцелуй, безыскусно, но с жаром. Руками она обняла его лицо, пальцами лаская волосы. Одновременно, в виде пробы, она просунула навстречу свой язык.

Гриффин застыл на месте, наконец с тяжелым вздохом он оторвался от ее губ.

Розамунда шепотом произнесла его имя, но он, похоже, ничего слышал. Наклонив голову, Гриффин несколько раз глубоко и тяжело вздохнул, так что теплый воздух ласково коснулся ее шеи.

После долгой паузы он поднял голову. Стараясь не смотреть на нее, он молча поднял ее со стены и бережно поставил на землю.

Розамунда коснулась пальцами своих губ, на которых еще сохранился вкус его поцелуя.

– Гриффин?

Их взгляды встретились. Скрытая на дне его серо-холодных глаз мука взволновала Розамунду. Она протянула к нему руки, желая обнять и утешить его. Он взглянул на нее так, будто в ее руках была ядовитая змея.

Собрав все свое мужество, она подошла к нему, очень осторожно, словно к дикому, крайне злому и недоверчивому жеребцу, и легко провела пальцами по обнаженной руке. Твердые как камень мускулы задрожали от ее слабого прикосновения.

– У нас нет больше причин не идти к вашему деду? – спросила Розамунда ласковым, нежным тоном.

Он глубоко вздохнул, его ноздри затрепетали, а шрам на виске вдруг побелел. Гриффин покачал головой.

– Это безумие, – пробормотал он.

Не дожидаясь ответа, он повернулся и быстрыми шагами пошел прочь.

Глава 3

Лондон, 1815 год, зима

Три года спустя

Стук молотка председателя призвал собравшихся к порядку. Герцог Монфор оторвался от бумаги с перечнем вопросов, которые необходимо было решить, и окинул взглядом всех, кто сидел за столом.

Началась очередная зимняя сессия «брачного министерства».

Невольно Монфор вздохнул про себя. С годами, как ему казалось, эти собрания проходили все чаще и чаще.

Как всегда, в глазах леди Арден мерцал блеск, который лично ему не сулил ничего, кроме неприятностей. Лорд Оливер Девер выглядел так, как будто с трудом сдерживал раздражение и гнев. Впрочем, выглядел ли он когда-нибудь по-другому?

Девер бросил настороженный взгляд на Монфора, затем отвернулся, поглаживая лицо, иссеченное глубокими морщинами. Громадный, со свирепым и мрачным видом Девер как две капли воды походил на своих предков. Его лицо было покрыто густой щетиной, и, чтобы не выглядеть словно разбойник с большой дороги, ему приходилось бриться по крайней мере дважды в день, но, не желая утруждать себя, он брился всего раз.

Прежде чем заговорить, председатель откашлялся.

– Сегодня нам нужно многое обсудить. – Он взглянул на лист с повесткой. – Пункт первый. Помолвка леди Розамунды Уэструдер и Гриффина Девера, графа Трегарта.

Престарелый лорд Понсонби очнулся от обычного для него оцепенения и сказал:

– О-о? Я не ослышался? Никто не говорил мне, что старый граф умер. – Немного помолчав, добавил: – Нет никаких сомнений в том, что он сейчас горит в аду.

Слегка смутившись, Монфор окинул взглядом присутствующих. В глазах леди Арден светилась скрытая радость.

Вздохнув, Монфор ответил:

– Уважаемый лорд Понсонби, четвертый граф Трегарт скончался более года назад. Что же касается местопребывания его души, то об этом можно только догадываться.

– Ваша светлость, – встрепенулась леди Арден, – неужели вы хотите сказать, что помолвка между Гриффином, лордом Трегартом и леди Розамундой Уэструдер по-прежнему в силе? Леди Розамунда за эти два года буквально расцвела, и мы вправе были рассчитывать увидеть ее уже замужем. Если лорд Трегарт никак не может решиться, тогда я предлагаю…

– Черт побери, он решится! – перебил ее лорд Девер, и глаза его яростно заблестели.

Ни предостерегающий стук молотка председателя, ни испуганные вскрики дам – ничто не волновало Девера. Надменно выставив вперед подбородок, он заявил:

– Дата свадьбы уже утверждена.

С размаху стукнув кулаком по столу, он добавил:

– Следующий пункт.

Как ни в чем не бывало, словно выходка Девера ее не касалась, леди Арден вопросительно посмотрела на председателя:

– Это правда, ваша светлость?

Монфор и Девер обменялись многозначительными взглядами. Темные глаза Девера блестели от охватившей его ярости, и он хотел, чтобы этот союз был заключен, поэтому вмешательство леди Арден и «брачного министерства» было ему безразлично, – главное, чтобы не помешали.

– Все верно, – подтвердил Монфор. Его немного смущало, что Девер не назвал точной даты, но он надеялся, что никто не обратит внимания на эту мелочь.

Мысль о том, что им с Девером надо как можно быстрее договориться о точных сроках, теперь волновала его больше, чем разбираемые дальше дела.

Поглощенный этой мыслью, Монфор слабо следил за тем, что происходило вокруг, до тех пор пока разговор опять не коснулся, правда, весьма в незначительной степени, Розамунды.

Речь шла о браке сестры Гриффина – леди Жаклин.

Графиня Уоррингтон опять принялась мутить воду.

– Уверяю вас, что дело почти улажено. Леди Жаклин жила в Бате вместе с нами, и между ней и моим сыном завязались весьма определенные отношения. Я жду не дождусь, когда наконец они объявят о своих намерениях.

Услышав признание леди Уоррингтон, Монфор нахмурился. Браки между кузинами и кузенами случались довольно часто, но ничего, кроме неудовольствия, у него не вызывали. Достаточно было лишь взглянуть на уродливые черты самой леди Уоррингтон, это было лучшим предостережением против браков между родственниками.

Кроме того, если его не подводила память, леди Жаклин с детства была помолвлена с лордом Мэлби. «Брачное министерство» не собиралось вносить какие-либо изменения в сложившуюся традицию.

– Можно ли из уверений леди Уоррингтон сделать вывод, что помолвка между леди Жаклин и лордом Мэлби разорвана? – Свой вопрос Монфор адресовал непосредственно Деверу.

– О-хо-хо! – притворно вздохнула леди Уоррингтон. – Эта отвратительная помолвка была заключена по требованию старого графа. Можете быть уверены, мой племянник не станет потакать желаниям своего деда.

– Не забывайте, что опекун девушки не Гриффин, а я, – проворчал Оливер, лорд Девер. – Мне решать, за кого она выйдет замуж. Во всяком случае, не за вашего женоподобного сына, мадам.

Лицо леди Уоррингтон вытянулось – то ли от удивления, то ли от негодования, – но тут вмешался Монфор:

– Лучше всего отложить обсуждение этого вопроса до тех пор, пока намерения обеих сторон не приобретут большую определенность и ясность.

Монфор бросил взгляд на председателя, и тот закивал, после чего заседание благополучно подошло к своему концу. После его завершения Монфор догнал Девера на улице возле поджидавших их карет.

– Интересно, мой дорогой Девер, каким образом вы заставите Трегарта жениться на моей подопечной? – поинтересовался Монфор, натягивая перчатку. – Тем более что сейчас, после кончины старого графа, ваш протеже явно трусит.

Девер ударом руки примял шляпу на голове.

– Не струсит! Соглашение есть соглашение. Ему чертовски повезло, что он женится на такой девушке как леди Розамунда.

Глаза Девера подернулись дымкой: видимо, он вспомнил о красоте Розамунды, – и Монфору вдруг стало не по себе: неужели Девер начнет сейчас превозносить красоту его подопечной?

Его опасения оправдались.

– Никогда не видел более красивой девушки, – мечтательно произнес Девер. – Будь я свободен…

Не желая слушать подобный бред, Монфор поднял руку.

– Давайте оставим бесспорные достоинства леди Розамунды в стороне и вернемся к нашим делам. Скажите мне, Девер, сможете ли вы переубедить молодого Гриффина? Я понимаю, что его мучает, но всему есть предел. Если вы не представите его к следующему нашему собранию в качестве жениха, то придется уступить настойчивости леди Арден и опять выставить леди Розамунду в роли свободной невесты.