Дневники Химеры - Макс Ридли Кроу

– Я не знаю, – честно призналась Ника, чувствуя усталость и не понимая, что от нее хотят. – Может, у них тут сообщники.

– Это уже ближе, – довольно улыбнулась Ирэна. – Но все же «холодно». Не сообщники. Заказчики.

– Заказчики?

– Именно. И так называемые «террористы» – всего лишь наемники, выполняющие заказы тех, кто заплатит больше.

– Но… как-то это не клеится, – возразила Ника. – Ведь показывают их главарей, которые берут на себя ответственность и так далее…

– Это все – часть шоу. Представление, какой бы характер оно не носило, служит одной цели – привлечь внимание публики или, – Ирэна сделала паузу и многозначительно продолжила, – или отвлечь от другой проблемы, внимание к которой нежелательно.

– «Шоу»?! Там же люди погибли!

– Мы говорим о тех, кому чужды человеческие ценности, их богом является не Аллах, чье имя они постоянно выкрикивают на камеру, а деньги, и неважно, какой страны это валюта. Лишь бы было много. Одна удачно спланированная операция может пошатнуть политическую и финансовую стабильность в государстве. Или же ударить по мировой экономике.

Ника отпила еще чаю из чашки. Он настоялся и теперь был слишком крепким и терпким.

– Вы так говорите… неужели невозможно их поймать? Разместить фальшивый заказ и схватить всех?

Ирэна тяжело вздохнула:

– Думаете, мы не пытались? Это то, над чем моя организация бьется столетиями!

– Ого, – присвистнула Ника, отмечая про себя, что ее собеседница завралась.

– Их задача – сотворение иллюзии хаоса, в то время как на самом деле весь этот псевдо-хаос управляем и подчинен им же. Отыскать их непросто, они слишком умело прячутся.

Ника кивнула, произнеся невнятное: «угу», помолчала немного, делая вид, что задумалась, и осторожно задала вопрос, который интересовал ее с самого начала:

– А причем здесь я?

– Не торопитесь, сейчас я как раз подойду к этому вопросу, – улыбнулась Ирэна.

Она воспользовалась телефоном и, дождавшись ответа, спросила:

– Как результаты?.. Поняла.

Отключив телефон, она продолжила:

– Дело в том, что вам довольно труднообъяснимым способом удалось завладеть важной для них информацией.

– Для террористов? – изумилась Ника.

Вот уж удивили! Да какой же информацией она могла «завладеть»? Где дешевле купить материалы для лепки кукол? Или как проехать автостопом пол-Европы?

– Давайте не будем их так обобщенно называть, – предложила Ирэна. – Тем более что у них есть вполне конкретное название. Ассасины.

– Ассасины? – в голове Ники пронеслись фантастические образы из слащавых сказок, подаренных Голливудом. – Вы серьезно?

Ирэна не была похожа на шутницу, и все же то, что она говорила – странно, если не сказать больше. Какие, к черту, ассасины? А, может, возглавляет их принц Персии или Синдбад?

– Конечно, вы имеете право сомневаться и отрицать, но можете мне поверить: я досконально изучила этот вопрос.

Ника не слушала ее, она была занята воспоминаниями. По кусочку, понемногу в ее памяти стало всплывать все ранее прочитанное и увиденное. Ассасинами называли некую организацию, зародившуюся в средневековье. Ее возглавил какой-то религиозный фанатик. Ника произнесла это вслух и Ирэна подтвердила:

– И до сих пор их методы не изменились. Они по-прежнему запугивают людей, используют одурманенных самоубийц для выполнения самых грязных миссий. Не удивлюсь, если взрывчатку в клуб протащил кто-то из них.

Упоминание о клубе, где, вероятно, погибли ее друзья, подействовало на Нику отрезвляюще. Она больше не воспринимала слова Ирэны как какую-то неудачную шутку. Все серьезно, все слишком серьезно.

– Как вы себя чувствуете? Может, еще чаю?

Ника покачала головой. Она бы не отказалась от чего-то покрепче, но вряд ли ей разрешат.

– Покурить можно?

Ирэна протянула ей пачку сигарет, нажатием кнопки включила вытяжку. Пока Ника курила, делая долгие нервные затяжки, вернулся «водитель». Он сел за стол, положив перед собой бланки, и, кашлянув, немного неуверенно произнес:

– Мне нужно заполнить форму.

– Конечно, – кивнула Ирэна. – Приступай.

– Полное имя.

Ника не сразу поняла, что обращаются к ней, слишком глубоко задумалась.

– Вероника Бажан, – она еле удержалась от упоминания отчества.

– Полных лет.

– Двадцать шесть.

– Гражданство.

– Украина.

«Водитель» хмыкнул, выражая непрофессиональное удивление, и совсем как продавец на турецком базаре блеснул знаниями:

– Шевченко, а? Кличко…

– Чернобыль, – угрюмо ответила на это Ника.

«Водитель» сник и продолжил задавать вопросы, заполняя тривиальную анкету.

Когда он закончил, снова пришли люди в белых халатах, заставляющие думать о больнице.

– Ложитесь, пожалуйста, – сказала Ирэна, указывая на аппарат, стоящий в центре комнаты.

– Что, уже? – девушке трудно было объяснить, почему именно этого ей хочется меньше всего.

– К чему тянуть? Не волнуйтесь, пожалуйста, это безболезненная процедура, – говорила Ирэна, пока Ника располагалась в аппарате.

Доктора (так она их назвала для себя) облепили ее датчиками – на подушечки пальцев, на виски. Она ощутила легкий укол в основании шеи сзади, и перед ней тут же извинились. Ника почувствовала себя киборгом – столько проводов тянулось теперь от нее.

– Всё готово, – сообщил один из «докторов».

– Мы готовы. Вы на месте? – спросила Ирэна по телефону. Получив подтверждение, она кивнула главному «доктору». – Приступайте.

Повернувшись к Нике, которую вся эта ситуация изрядно встревожила, к тому же напрягал писк прибора, отслеживающего сердцебиение и давление, Ирэна повторила:

– Расслабьтесь. Теперь от вас мало что зависит. Аппарат все сделает сам.

– А что это за аппарат? – уточнила Ника. – Хоть не пыточная машина?

– Для кого как, – решила пошутить ее собеседница, и уже серьезней сказала. – Нет, это гениальное и сверхважное изобретение человечества, разработанное в лабораториях нашей организации. Это анимус.

«Доктор» передвинул рычаг, и над головой Ники вдруг зажегся яркий свет, ослепительно яркий. Она моментально зажмурилась, но и тогда ей казалось, что белое свечение прожигает веки. Она даже вскрикнула, хотела потребовать, чтобы свет выключили, но внезапно ощутила, что режущая боль пропала. И свет пропал. И кабинет.

В лицо подул свежий ветер.

«Что это?» Она чувствовала, что находится в сознании, но не может пошевелиться. Бывают такие тошнотворные сны. Но не похоже, что она спит.

«Все хорошо, все в порядке. Ника, вы слышите меня?» – зазвучал голос Ирэны.

«Что происходит?» «Не сопротивляйтесь. Это программа. Она синхронизирует вашу память» «Мою память? Я ничего не вижу!» «А сейчас?» Ника собиралась ответить, что ничего не изменилось, но поняла, что это не так. Ослепительный белый свет развеивался, сквозь туман стали проявляться четкие линии, цвета, даже запахи и звуки. Она вновь видела, но не то, что должна была по собственным ожиданиям.

Англия. Лондон. 1757 год

Третье платье с трудом поместилось в сундук. Служанка-мулатка чуть придавила его руками, чтобы захлопнуть крышку. Панье складывались отдельно, вместе с корсетами. Еще один сундук был отведен под головные уборы и украшения для причесок. Небольшой ящик для косметических средств.

Ее госпожа стояла у окна и безучастно смотрела на живущую своей мелочной жизнью улицу огромного города.

– London Bridge is falling down, falling down, falling down…

Доносились детские голоса. Проехавшая повозка забрызгала грязью прохожих, недовольные возгласы смешались со смехом ребятни.

Сырой воздух пропитал влагой одежду, занавески, дерево, все вокруг. И ее мысли. Она не любила этот город, не любила эту страну. Она бы хотела вернуться на юг Франции, где провела юность, где теплое нежное солнце золотило кожу, где пахло росой и свежей травой, а не плесенью и глиной.

– Пора.

Она обернулась. В дверях стоял человек, чьего появления она ждала, и в то же время, встречи с которым так не хотела. Он не стал обременять себя этикетом и возник на пороге ее комнаты без какого-либо предупреждения.

Алистер Харди. Человек прескверного характера, честолюбивый, хладнокровный, немного грубоватый со своими, с кем уже не нужно «держать лицо». Но была у него одна положительная черта: он был честен. Иногда – слишком. Его прямота порой вызывала замешательство или же повергала людей в шок, но лишь в первый раз. Потом им это служило неплохую службу.

– Даже если ты привяжешь себя к столбам в порту, я все равно сумею усадить тебя на корабль, – не то в шутку, не то всерьез напомнил он.

– Вместе со столбом?

– Вместе с пристанью. Не стоит заставлять капитана ждать.

Тут его взгляд скользнул мимо сундуков, и брови взметнулись на высоком сухом лбу:

– Я думал, вещи уже отправлены на борт!

– Отправлены, – подтвердила она, подходя к зеркалу и поправляя безукоризненную прическу. – Это так, мелочи, о которых я запамятовала.