Дорога ярости - Дэвид Хофмейр

А за Леви – Полковник.

Гровер опирается подбородком на ручку швабры и провожает парней взглядом. На нем поношенная, давно не стиранная одежда, а фартук забрызган грязью. Он странно таращится на них, щербато скалясь. После смерти отца Гровер тронулся умом.

Адам оглядывается на Кейна. Замечает, что тот смотрит на Гровера, бесстрашный, как волк.

Когда они доезжают до заброшенной бензоколонки, поднимается сильный горячий ветер. Адам смотрит в небо и видит, что над городом, как он и думал, нависли темные тучи. В воздухе гудит электричество. На приборной панели его байка мигает оранжевая лампочка: штормовое предупреждение. Адам косится на мотоцикл Кейна. Тот же сигнал.

– Ничего страшного, – говорит Кейн.

Адам кивает. Он и сам знает, что оранжевый сигнал не опасен. Чаще всего в таких случаях можно даже не надевать воздушную маску: пусть себе болтается на шее. Ну, обожжет он чуть-чуть себе легкие или вымокнет под дождем – в зависимости от того, что за непогода надвигается. Вот красный сигнал – да, это опасно.

Ветер несет рекламную листовку. Она прилипает к байку Адама. Он снимает ее с рамы, разворачивает. С картинки на него смотрит Полковник.

Лысый как колено. Кожа туго обтягивает кости. В серебристых зеркальных очках и новенькой черной форме военного образца. Глубокие серые шрамы испещряют лоб и щеки. Полковник указывает на него пальцем. Над картинкой трафаретная надпись – призыв принять вызов:

УЧАСТВУЙ В ГОНКЕ БЛЭКУОТЕРА

И ВЫИГРАЙ БИЛЕТ НА НЕБЕСНУЮ БАЗУ

Под изображением Полковника еще одна:

ХВАТИТ ЛИ У ТЕБЯ СИЛ ЗАВОЕВАТЬ СВОБОДУ?

На листовку падает блестящая капля. Адам поднимает глаза.

Ливень.

На них обрушивается поток воды. Буря налетает внезапно. Струи дождя хлещут с неба, разлетаются брызгами, как масло на раскаленной сковородке. Вспыхивает голубая молния, и мир погружается во мрак.

Адам отпускает листовку на ветер и срывается с места. Он тормозит возле бесформенного под дождем серого строения и прислоняет заляпанный грязью мотоцикл к стене. Кейн повторяет его действия, и они, перепрыгивая через три ступеньки, взбегают на крыльцо.

Парни стоят бок о бок под скрипящей вывеской мотомастерской. Мокрая одежда липнет к телу, со лба течет вода. Кейн и Адам смотрят, как косой дождь заливает город, как ветер подбирает разбросанные листовки, бросает, кружит в небе.

Ливень прекращается так же внезапно, как начался. Так всегда и бывает. Парни промокли до нитки. Адам вспоминает, что ему сказал старик Дэгг, и в который раз удивляется, как тот догадался, что будет дождь.

– Опять ты.

Голос у них за спиной принадлежит лучшему мастеру по мотоциклам во всем Блэкуотере. Девушке. На ее голове повязана красная бандана. Лицо в полосах черной смазки. Девушка стройная, высокая и держится прямо, как динамитная шашка.

Сэди Блад.

Та еще штучка. При взгляде на нее Адама бросает одновременно в жар и в холод. Иногда он так волнуется, что вообще ничего не соображает. Адам кивает и проводит ладонью по голове. Чувствует, как зудит кожа.

– Как дела? – Адам показывает на выцветшую афишу на стене. Что угодно, лишь бы не смотреть на Сэди. Хочет спросить еще что-то, но слова не идут с языка.

– Участие стоит пятнадцать долларов, – сообщает Сэди, вытирая руки перепачканной тряпкой. – Как обычно. – Она переводит взгляд с Адама на Кейна. Рассматривает шрам на его щеке. Потом снова поворачивается к Адаму. – Деньги принес?

– Принес, – отвечает Адам, чувствуя, что краснеет. Сэди холеная, как пантера. Черные, как смоль, короткие волосы. Миндалевидные карие глаза. Во взгляде – упорство и уверенность.

Эти глаза прожигают Адама насквозь.

– Два дня осталось, – продолжает Сэди. – Смотри, дотянешь до последнего.

Адам опускает взгляд на половицы крыльца.

– Это же Гонка. Что тут думать? – недоумевает Сэди.

Адам переминается с ноги на ногу и смотрит на Кейна.

Тот разглядывает Сэди. Пристально, в упор, как будто пытается понять, кто же она такая. Изучает ее словечки и ужимки. Рассматривает ее маленький рот. Изгиб ее губ. Как она стоит, держа одну ногу прямо, а другую отставив в сторону. Как жестикулирует при разговоре.

Адаму все это известно. Он знает наизусть мельчайшие движения ее тела.

Так же, как свой «лонгторн».

Кейн отворачивается и наклоняется, чтобы прочитать афишу.

ГОНКА БЛЭКУОТЕРА

Воскресенье, 3-е число. Начало в 7 часов утра. Окончание: когда последний ездок пересечет финишную черту. Протяженность дистанции 2500 км. Взнос за участие пятнадцать долларов с мотоцикла. Разрешено пользоваться рогатками. Ножи и огнестрельное оружие запрещены. Полковник не несет ответственности за телесные повреждения или смерть участников. Три первых финалиста получают приз – по тысяче долларов каждый, двести очков и автоматический допуск к любой гонке. Победитель получает билет в одну сторону на Небесную базу.

Оплатить участие можно в мотомастерской Блэкуотера. Последний день подключения – суббота, 2-е число, в мэрии.

Удачи! И пусть вам повезет попасть на небо.

– Две с половиной тысячи километров самой трудной трассы, которая только может быть, – замечает Кейн.

У Адама сводит живот от страха, смешанного с предвкушением. Гонка Блэкуотера – событие огромной важности. На нее съедутся все байкеры. Будет черт знает что. Неделя кромешного ада. Минимум неделя.

Кейн смотрит на него.

– Думаешь, ты победишь?

Адам пожимает плечами, чтобы скрыть волнение и страх.

– Если не думал бы, не стал бы ввязываться.

Телесные повреждения или смерть. Почему эти слова на афише так бросаются в глаза?

– Два года назад погибло сорок процентов участников, – сообщает Сэди. – Сто человек. Шестьдесят процентов осталось.

Кейн улыбается.

– Неплохие шансы.

Адам чувствует, как сжимается его тело. Два года назад. Самая долгая гонка за всю историю Блэкуотера. Из-за непогоды длилась пятнадцать дней. Адам пытается вспомнить, кто же выиграл в тот год. Победитель гонки становится притчей во языцех. Адам может назвать имя каждого за последние двадцать лет. А то и за тридцать. А вот как звали чемпиона двухлетней давности, отчего-то забыл.

Но тут он вспоминает.

В то лето выиграл чужак, Финн Анкар. А Фрэнк потерял ногу.

Сэди смотрит на Кейна и произносит, указывая тонким пальцем на трубку, торчащую у него за левым ухом:

– Ты гонщик.

– Точно.

Сэди оглядывает его с головы до ног.

– Участвовал в состязаниях Большой Четверки?

– В Прыжке Цукерберга. Прошлым летом.

– Какое место занял?

– Третьим пришел.

– Значит, деньги у тебя есть.

Кейн качает головой.

– Потратил на новый байк.

– Ну что ж. Все равно третье место дает тебе право участвовать в любой гонке. – Сэди вытирает лоб тыльной стороной ладони. – Но Блэкуотер потруднее Цукерберга, Южной пропасти и Силвермайн.

Кейн молчит.

Сэди косится на его «дрифтер».

– Хороший байк.

– Шустрый.

Сэди стоит в дверях, отставив бедро.

– Я любой могу довести до ума, чтобы ездил так же быстро.

– Не сомневаюсь.

Сэди бросает на Кейна взгляд. Такой, от которого Адам принялся бы рыться в карманах или уставился бы в пол. Кейн же не отводит глаз.

– Где-то я тебя видела, – замечает Сэди.

Кейн качает головой.

– Исключено.

Она смотрит на него. И Адам чувствует, как между ними проскакивает искра.

– Они все равно узнают, – настаивает Сэди. – Тебе не удастся скрыть, кто ты такой. Как только они тебя подключат, тут же все о тебе и выяснят.

Кейн трогает металлическую трубку за ухом.

Адам косится на него.

– Больно? – интересуется он. – Когда подключают?

Он и сам догадывается, что больно. Он хочет, чтобы так было. Жаль, что он не может подобрать слов, чтобы причинить Кейну такую же боль прямо здесь, при Сэди, обнажить его недостаток, его слабость.

Кейн бросает взгляд на Адама.

– Сам узнаешь, – с кривой ухмылкой отвечает он.

Сэди поворачивается к Адаму.

– Ну, если ты не хочешь платить, так я пойду. Нечего стоять без дела.

Развернувшись на каблуках, Сэди уходит в мастерскую. Адам молча глядит ей вслед.

Боже. Как она двигается.

Он ее хочет. Жаждет коснуться ее ключиц. Почувствовать прикосновение ее обнаженной кожи. Но понимает, что такое может случиться только во сне. Наяву этому не бывать. Он не пара Сэди Блад. Он ей не подходит. Разве что какой-нибудь чужак.