Истерзанное сердце - Анджела Уэллс

- Только не для меня, - спокойно возразил он. - Я человек слова, поклявшийся быть твоим мужем в горе и в радости, до самой смерти, не так ли?

- Все меняется... - Она отвернулась, не в силах вынести боль незаслуженной обиды. Тэйн поклялся также любить ее и заботиться о ней, но это вовсе не значило, что он может спать с ее сестрой и сделать Ангелию Андроникос своей любовницей!..

- Нет, не все. - Он смотрел на нее холодным и твердым взглядом. - Ты не раздумала поселиться где-нибудь поблизости, когда найдут что-нибудь подходящее, чтобы ты могла регулярно встречаться с детьми? - Она кивнула, и Тэйн не замедлил продолжить: - У тебя нет намерения вернуться в Англию и полностью отказаться от своих прав видеться с детьми?

- Нет... - Она представила себе оживленные детские мордашки, их нежные ручки и радостно-возбужденные голоса, их бескорыстную любовь и чуть не задохнулась, почувствовав внезапный спазм в горле. - Мне незачем ехать в Англию. - Особенно теперь, когда ты посеял ненависть между мною и моей единственной сестрой, могла бы добавить она, но промолчала.

- Ты можешь навещать детей так часто, как только пожелаешь, - небрежно заверил ее Тэйн. - Я вовсе не собирался запрещать тебе видеться с детьми - но я принял бы любые меры, чтобы помешать тебе отнять их у меня!

- Как странно, - губы Сапфиры тронула легкая улыбка, - мы оба были уверены в нерушимости своих прав, а вышло так, что судебные чиновники обвели нас вокруг пальца.

- Ха, эти жалкие комедианты! Они выбрали для меня неподходящую роль! - В его низком голосе звучали гневные нотки, не сулившие ничего доброго тем, кто стремился лишить его права опеки над собственной дочерью. Будь он божественным обитателем Олимпа, он, без сомнения, обрушил бы небесный гром на головы этих безумцев, чтобы заставить их изменить решение, говорил он всем своим видом в эту минуту яростного гнева.

- Ладно, теперь-то ты, надеюсь, расстанешься с красным носом и рыжим париком? - с горечью пошутила Сапфира. - В конце концов, ты получил все, что хотел.

- Не все, но пока вполне достаточно, - нахмурившись, отрезал он. Кажется, ты ждешь от меня благодарности?

- За что? - Сапфира устало отвернулась от окна. - Мое решение отказаться от своих прав не имеет к тебе никакого отношения. Оно касается лишь благополучия детей.

- В таком случае тебе следует подняться и сказать им об этом, - показал он жестом наверх. - Они в детской. Я пытался объяснить им, что сегодня ты заберешь Викторию назад в Кефину, хотя, должен признать, без особого успеха. - Насмешливо-добродушная ирония смягчила леденящую ясность его светлых глаз. - Они умудряются не видеть и не признавать того, чего им не хочется видеть и признавать, наши не по возрасту развитые didimee.

Услышав, что он употребил греческое слово didimee, означающее "близнецы". Сапфира невольно улыбнулась, обрадовавшись тому, что Тэйн тоже признал существующую между детьми тесную психологическую зависимость и не отмел с ходу ее наблюдения, приписав их игре воображения.

- Тогда пойду и успокою их, - сказала Сапфира с беззаботным видом, стараясь подавить в себе чувство обиды оттого, что ее дочь не хочет остаться с ней. Если у нее и были какие-то сомнения в правильности своего решения принести себя в жертву ради детей, то реакция дочери развеяла их.

- Разочарую, ты хотела сказать. - Тэйн забежал вперед, чтобы открыть перед нею дверь. - Последний раз я слышал, что они оба собирались уехать вместе с тобой. - (Она в изумлении уставилась на него, пытаясь понять по его невозмутимому лицу, смеется он или говорит серьезно. Но нет. На его классически правильном лице не было и тени насмешки. К тому же Тэйн всегда проявлял великодушие к побежденным.)

Не решаясь сразу войти в детскую. Сапфира задержалась у двери и услышала детский смех и низкий гортанный голос Спиридоулы, что-то говорившей детям по-гречески. Возможно, устало подумала она, если бы мой греческий был немного лучше, когда Тэйн впервые привел в дом эту юную деревенскую девушку, или Спиридоула хоть немного говорила по-английски, между нами возникло бы большее взаимопонимание. А вышло так, что немногословность Спиридоулы воспринималась ею как проявление враждебности, а молчание как тупое высокомерие. Только по настоянию Тэйна, утверждавшего, что она, несмотря на молодость, знающая и преданная своим подопечным няня, ей была обеспечена постоянная работа. Теперь, спустя три с лишним года. Сапфире оставалось признать, что время подтвердило его правоту. И, конечно же, Сапфира не решилась бы уйти из семьи девять месяцев назад и поселиться у Лорны, если бы не была уверена, что в случае необходимости ее детям будет обеспечен надлежащий присмотр и ее еженощное отсутствие никак не отразится на их благополучии. Хотя вообще-то она навещала их регулярно, разумеется за исключением тех дней, когда знала, что Тэйн дома...

- Госпожа Ставролакес... - Спиридоула отметила ее приход коротким кивком черной как смоль головы.

- Здравствуй, Спиридоула, - приветливо улыбнулась Сапфира, радуясь тому, что за последние месяцы ее упорство в овладении греческим языком начинает приносить плоды.

- Мамочка, Стефанос тоже едет с нами! - Виктория, более живая и болтливая из двойняшек, бросилась к Сапфире, радостно щебеча на смеси греческого с английским, явно поощряемым Тэйном, несмотря на уход жены.

- Можно мы возьмем с собой какие-нибудь игрушки? Папочка сказал, что я должна забрать все свои платья. Можно, Стефанос тоже возьмет свою одежду? Папочка купил мне новое платье специально для сегодняшнего дня, я сама выбрала его. Посмотри, какое оно белое! - Она с радостным восторгом расправила на себе хлопчатобумажную, украшенную английской вышивкой юбку. - Как у настоящей невесты. Я выйду замуж за Костаса. Только папочка говорит, что сначала я должна научиться готовить муссаку, потому что женщина должна хорошо кормить своего мужа.

- Да, уж папочка знает, что говорит, - пробормотала Сапфира, совершенно не удивленная этим столь характерным для Тэйна проявлением мужского шовинизма, и обняла свою маленькую девочку. Затем, повернувшись к сыну, она протянула ему навстречу свои руки.

Более спокойный и скрытный, чем сестра, Стефанос внешне очень походил на отца. Явленный на свет с помощью кесарева сечения, он родился первым. Сапфира не раз спрашивала себя, не было ли это появление мальчика на свет первым сознательным решением принимающих роды врачей. Несмотря на вступление Греции в Европейское сообщество, исторические корни ее патриархального уклада все еще давали о себе знать, и в этом ей пришлось, к своему несчастью, убедиться еще раз...

- Папочка сказал, что будет очень скучать по мне, - заявил Стефанос, гладя на нее своими серьезными глазами. - Он сказал, что нельзя все время делать только то, что нам хочется... и что мы поедем с ним к морю, но я хочу быть с тобой и Вики... Пожалуйста, попроси его разрешить мне поехать с вами.

- Вообще-то папа тут ни при чем, мой дорогой. - Она быстро прижала к себе его податливое тельце. - В любом случае, - весело добавила она, видя, как омрачилось его милое личико, - наши планы изменились. Вы оба останетесь дома, с папой и Спиридоулой, а я буду очень часто навещать вас. Мы будем выезжать на прогулки, как и раньше, и нам будет очень весело, вот увидите.

- Ты больше не приходишь и не укладываешь нас спать. Вчера Вики было плохо, и она всю ночь плакала и звала тебя! - обиженно надулся Стефанос.

Что же это. Господи! Сапфира почувствовала, как все оборвалось у нее внутри. Было ясно, что пока с ребенком все в порядке, а потом? Что, если она серьезно заболеет, заразившись какойнибудь детской болезнью? Как она будет жить без нее, без них обоих? Даже если будет уверена, что Тэйн и Спиридоула сделают все от них зависящее. Что с того? Все равно она не будет спокойна...

Она изо всех сил пыталась справиться с внезапно накатившей на нее головокружительной слабостью, угрожавшей потерей сознания, но беззаботное щебетание дочери привело ее в чувство.

- Доула говорит, что я выпила слишком много шипучки. Разве ты не можешь оставаться с нами на ночь? Папочка ведь остается. Правда, вчера ночью его не было. Он не хотел уходить, потому что я болела, а потом пришла Анджела. Она сказала, что останется на ночь, чтобы папочка смог уйти по своим делам, что это очень важные дела, а еще Доула сказала, что все будет хорошо!

- А у Костаса мама куда-то уходит каждый вечер, - вдруг вставил Стефанос. - Она работает в таверне и зарабатывает много денег, потому что его папа не может покупать им вещи, которые они хотят. Ты тоже работаешь по ночам?

Что им сказать? Несмотря на их довольно раннее развитие, трудно судить, как они поймут. Интересно, что им обо всем этом успел рассказать Тэйн? Да и рассказал ли он что-нибудь вообще? Ваша мать и я больше не можем жить вместе. Мы не любим друг друга. Мы не хотим жить в одном доме и делить одну постель. Не хотим, чтобы нас видели вместе, поэтому я встречаюсь с Ангелией Андроникос. Видите ли, Ангелия - умудренная опытом женщина, вдова, которая понимает, что у мужчин есть свои потребности...