Такова торпедная жизнь - Рудольф Гусев

Пропустив «шайбу» в свои ворота, американцы, конечно, решили отыграться. Случай им вскоре представился. Как-то в обстановке ужасной секретности в период инспекции Тихоокеанского флота была произведена постановка новых мин РМ–2Г. После отъезда инспекторов о постановке мин то ли подзабыли, то ли по погодным условиям не было возможности выбрать мины, то ли все необходимые плавсредства сразу же, как водится, вышли из строя. Скорее всего, с выборкой мин задержались по совокупности причин. Когда решили все-таки мины выбрать, установили, что мин там, где они должны быть, уже нет. А американцы тем временем неявно и тактично оповестили, что мины у них. Счет стал ничейным. Обе «команды» перешли к жесткой обороне своих ворот.

Не знаю последствий осмотра наших мин американскими специалистами. Знаю о последствиях осмотра американской торпеды нашими. Кое-что взяли на вооружение. Можно было бы быстрее и больше. Но эта история выходит за рамки повествования. «Обмен» торпедами был и на Балтике, а НАТОвская «Марьята» прописалась в водах Баренцева моря: «Смотри в карты соседа, в свои всегда успеешь». Не рыбку же они там ловят. Так сверяют часы. Соревнование продолжается. События последних лет помогли отряхнуть лишнее и ненужное. Когда нет войны, это полезно. Может быть, и стоящее улетело. Но стоящее вернется лучшим. Обязательно…

Итак, с торпедами все ясно. Попробуем теперь разобраться с отцами-прародителями торпед и непосредственными участниками их создания. Это будет не просто. Во-первых, в конце 20-х — начале 30-х годов понятия «Главный конструктор» не существовало. Проектное бюро было коллективным главным конструктором. Во-вторых, революция, хотя была и Великой, и Октябрьской, научно-технический генофонд нации особенно не оберегала. Ничего не поделаешь, «локомотивы истории» не только везут, но и давят. В круговерти «белых» и «красных» уцелело совсем немного торпедистов, да и то, в основном, для того, чтобы потом попасть в списки репрессированных. И, наконец, в третьих, еще совсем недавно сведения о репрессиях и фамилии Главных конструкторов считались секретной информацией. И когда авторы книг о торпедах хотели познакомить читателей с нашими конструкторами и учеными, которые внесли наиболее значительный вклад в совершенствование отечественного оружия, назывались фамилии Александровского И. Ф., Назарова И. И., Дацкова Н. А., Азарова Н. Н., Гончарова Л. Г., Трофимова А. В., Добротворского Ю. А., Шамарина Н. Н., Скобова Д. П., Верещагина А. К. Большинство в этом списке представляют дореволюционную торпедную мысль. Либо назывались фамилии руководителей предприятий и организаций с включением одного-двух наиболее титулованных конструкторов, чьи фотографии оказались под рукой. Корпоративное чувство заставляет меня сделать хоть какие-то изыски. Тем более, что попытки собрать такую информацию в разное время для различных периодов истории и для различных организаций уже делали Скрынский Н. Г. (для периода 1874–1910 гг.), Рекшан О. П. (для периода 1874–1980 гг.), Пимченков С. Я. (1873–1990 гг. по заводу «Двигатель»), Строков А. А. (1932–1990 гг. по Минно-торпедному институту). По материалам этих работ, литературе по истории заводов, помощи специалистов музея ЦНИИ «Гидроприбор» и опросу «местных жителей» составлена таблица «Все торпеды России. Их отцы-прародители» (Приложение 1) и список специалистов, активно участвовавших в разработке торпед, названный «Клубом создателей торпед» (Приложение 2). Что следует из этих сообщений?

1. За век с четвертью на вооружении российских кораблей и авиации состояло около 65 образцов торпед. Может быть чуть больше. Опущены образцы, которых было изготовлено менее 100 штук и те, отличие которых от основных, незначительно. В разработке торпед принимали участие различные коллективы специалистов под руководством более чем тридцати Главных конструкторов, начиная от Александровского И. Ф. до Сергеева А. В.

2. На конструкцию торпед отечественного производства серьезное влияние оказали работы иностранных специалистов, начиная от Уайтхеда. Среди первой двадцатки образцов торпед отечественных разработок практически нет. Отметим, что XIX и начало XX века в торпедостроении были периодом интуиции талантливых одиночек, многочисленных кропотливых опытов и капризной удачи. Благодаря Скрынскому Н. Г. из архивных дел к нам шагнули: Александровский, Азаров, Аршаулов, Боресков, Бубнов, Гаврилов, Гузевич, Данильченко, Добошинский, Елисеев, Залевский, Ковальский, Лиходзевский, Масленников, Муравьев, Назаров, Немира, Орловский, Остелецкий, Пастухов, Пилкин, Пшенецкий, Пылеев, Сильверсван, Славочинский, Стаховский, Шпаковский и многие другие торпедисты.

3. Следующая группа торпед разработана непосредственно после Второй мировой войны вплоть до 1960 г. Их принято считать торпедами первого поколения. Обмен военной техникой, произошедший во время войны и сразу после ее окончания между воюющими сторонами в торпедной области, лет на 10 уравнял их стартовые позиции. Так что первое поколение торпед во всех странах имело приблизительно одинаковые технические характеристики. Здесь проявили себя наши самые титулованные Главные конструкторы: Шамарин Н. Н. и Кокряков Д. А. Свои первые Сталинские премии они получили еще в годы войны. За отличный послевоенный старт Шамарин Н. Н. (торпеда САЭТ–50), Поликарпов В. А. (торпеда СЭТ–53) были удостоены Государственных премий, а Кокряков Д. А. (перекисно-водородные торпеды) — Ленинской. Типичными образцами торпед первого поколения являются: СЭТ–53, САЭТ–50М, 53–57.

4. В период 60–80-х годов шло постепенное формирование облика торпед второго поколения, которое завершилось созданием в 80-х годах первых торпед третьего поколения: УМГТ–1, УСЭТ–80 и ДСТ. К сожалению, торпеда ДСТ не была принята на вооружение. Ее пришлось Заменить на перекисно-водородную торпеду 65–76А, которая уже не вписывалась в новый оружейный ансамбль. Создание лучших торпед второго поколения отмечалось присвоением Государственных премий ряду Главных конструкторов: Поликарпову В. А., Каплунову Г. А., Матвееву П. В., Голубкову В. А., Гинзбургу Д. С. и многим другим. Созданные ими торпеды СЭТ–65, САЭТ–60М, 53–65К являются типичными торпедами второго поколения. Существовавший в стране метод награждения по случаю дат и юбилеев не всегда позволяет однозначно связать конкретную работу и отмечаемые заслуги, а после времени повсеместного и интеллектуального равенства во главе с мудрым руководством просто необходимо выделить если не самых-самых, то наиболее везучих конструкторов. Пусть за них голосуют не награды и звания, а торпеды, созданные ими. Первую строку отдадим И. Ф. Александровскому. Он ее заслужил, хотя особо везучим и не был. Итак, вот они, первые среди равных.

1. Александровский Иван Федорович. Он был самым первым российским Главным конструктором торпеды.

2. Шамарин Николай Николаевич. Создал первую электрическую и первую самонаводящуюся торпеды (ЭТ–80, САЭТ–50).

3. Кокряков Дмитрий Андреевич. Участвовал в создании лучшей парогазовой торпеды и создал первые перекисно-водородные торпеды (53–39, 53–57, 53–65).

4. Матвеев Петр Валерьянович. Создал лучшие электрические торпеды (ЭТ–46, САЭТ–60, АТ–1).

5. Поликарпов Виктор Алексеевич. Создал первую противолодочную торпеду (СЭТ–53).

6. Сендерихин Владимир Ильич. Создал первые малогабаритные торпеды (СЭТ–40, СЭТ–40У, СЭТ–72).

7. Голубков Владимир Александрович. Создал первые противолодочные торпеды с активной системой самонаведения и телеуправления (СЭТ–65, ТЭСТ–71).

8. Левин Виктор Абрамович. Создал торпеду УМГТ–1, боевую часть ракетных противолодочных комплексов.

9. Сергеев Александр Вадимович. Создал первую универсальную торпеду калибра 53 см (УСЭТ–80).

10. Гинзбург Даниил Самуилович. Создал лучшую противокорабельную торпеду (53–65К).

Отметим, что в разработке военной техники всегда участвуют военные специалисты. Выдающуюся роль в создании торпед сыграли:

1. Трофимов Александр Владимирович — инженер, контр-адмирал, доктор технических наук, профессор. Организатор подготовки высококвалифицированных специалистов ВМФ по торпедному оружию в предвоенный период.

2. Пшенецкий Борис Леонидович — капитан 1-го ранга, профессор Военно-Морской академии. Автор монографии «Проектирование самонаводящихся мин» (1923 г.). Опытнейший торпедист с дореволюционным стажем.

3. Гончаров Леонид Георгиевич — вице-адмирал, доктор военно-морских наук, профессор. Выдающийся специалист в области применения минно-торпедного оружия.

4. Брыкин Александр Евстатьевич — вице-адмирал, доктор технических наук. Организатор минно-торпедной стрельбы в предвоенный период.

5. Костыгов Борис Дмитриевич — вице-адмирал. Организатор разработки торпедного оружия в период 1938–1983 гг.

6. Скрынский Николай Георгиевич — капитан 1-го ранга, доктор технических наук, профессор. Организатор разработки тепловых торпед в период 1955–1970 гг.