Такова торпедная жизнь - Рудольф Гусев

Большинство послевоенных торпед разработано Ленинградским ЦНИИ «Гидроприбор». Начали они с того, что в 1949 г. модернизировали торпеду 53–39 под шифром 53–39ПМ, а в 1951 году поставили окончательную точку в парогазовых воздушных торпедах, создав торпеду 53–51 с неконтактным взрывателем и прибором маневрирования (ПМ), обеспечивающим многократное пересечение курса цели. В 1956 г. была разработана кислородная торпеда 53–56, а в 1958 — кислородная торпеда 53–58 под ядерный заряд. В 1946 г. на базе первой электрической торпеды ЭТ–80 и немецкой G–7E была создана торпеда ЭТ–46, а затем ЭТ–56. На базе трофейных немецких торпед Т–5 с электрической энергосиловой установкой в 1950 г. была разработана и принята на вооружение первая отечественная самонаводящаяся торпеда САЭТ–50, затем — САЭТ–50М и в 1960 году — САЭТ–60. Большой вклад в создание этих торпед внесли КБ заводов-изготовителей.

В 1948 г. в г. Ломоносове был создан специализированный центр по разработке дальноходных торпед на тепловой энергетике с применением высококонцентрированной перекиси водорода. К работам были привлечены немецкие специалисты. За четыре года была разработана серия торпед: 53–57, 53–61, 53–61МА, 53–65, 53–65М. Достигнутые технические характеристики этих торпед в то время были лучшими в мире, а скорость торпеды 53–65М не превышена до сих пор. За этот приоритет пришлось заплатить высокой сложностью и низкой надежностью торпеды. В погоне за скоростью азарт победил здравый смысл. Ни одна торпеда 53–65М не содержалась в боекомплекте кораблей. Все изготовленные торпеды использовались только в научно-исследовательских работах. Чтобы сохранить лицо, УПВ ВМФ пришлось заменить торпеды 53–65М новой торпедой 53–65К, которая после ряда модификаций некоторых узлов находится в эксплуатации с конца 60-х годов. Впрочем, прием замены неудачных торпед был вполне отработанным. Таким же способом вывели из эксплуатации кислородную торпеду 53–56, заменив ее парогазовой торпедой 53–56В, разработанной на экспорт. Лес рубят — щепки летят. Работы велись широким фронтом. Может быть, излишне широким. Всякий реализуемый проект получал требуемое финансирование. Потом были разочарования и укладка некоторых проектов на полку. Легли рядком изящные оптические системы самонаведения и взрыватели. Не будем забывать — все помнили войну, торопились, было не соревнование, была гонка.

Шедевром этого периода безусловно является противолодочная электрическая самонаводящаяся торпеда СЭТ–53, принятая на вооружение в 1958 г., и вскоре модернизированная — СЭТ–53М. Именно эта торпеда в условиях возрастающей угрозы атомных подводных лодок открыла новое направление в деятельности Минно-торпедного управления ВМФ, которое вскоре стало Управлением Противолодочного Вооружения ВМФ. Особенно удачной была торпеда СЭТ–53МЭ для поставки на экспорт. Торпеда имела боевой успех: во время индо-пакистанского конфликта ею была потоплена пакистанская подводная лодка. Бурное развитие этого направления позволило оградить «фирму» от хрущевских покушений на ликвидацию минно-торпедного оружия в период «ракетизации» флота. Танкисты поднимают на пьедесталы танки, летчики — самолеты, водители — автомобили. Нам, торпедистам, следовало бы разместить именно эту торпеду и памятную доску с именами создателей СЭТ–53, хотя бы на некоторых торпедно-технических базах и на территории завода «Двигатель», где рождалась эта торпеда, с указанием фамилий тех, кто открыл новое направление в развитии торпед. Теперь торпеды разделились на две основные группы: противолодочные и противокорабельные. Такое разделение просуществует всего 15 лет, и родится принципиально новая торпеда — универсальная по целям. Но об этом чуть ниже.

А сейчас подведем предварительный итог, ради чего написаны эти страницы. Если за 20 лет до Великой Отечественной войны (в 20–40-х годах) на вооружение ВМФ СССР поступило два образца корабельных торпед, то за 20 послевоенных лет (1945–1965 гг.) их оказалось более 15-ти, причем принципиально различных. И почти столько же — за очередные 20 лет. Если к этому добавить, что производственная база флотов росла медленно, а кадры, «которые решают все», были значительно сокращены, можно представить трудности торпедистов того периода. В 1960 году было расформировано Высшее Военно-Морское училище инженеров оружия, а ранее — Кронштадтское техническое Минно-артиллерийское училище. Требовались не только поистине героические усилия по освоению новых образцов на флоте, но и активное участие флотских специалистов в конструкторской работе по совершенствованию торпед. Теперь, спустя столько лет, на всё это можно посмотреть и с долей юмора. Военно-промышленный комплекс в любой области производства вооружения представляет собой самовозбуждающуюся систему по определению. Только заведи — не остановишь. Для управления ВПК нужны государственная мудрость, бескорыстие, интуиция и научное предвидение — качества, которыми природа не разбрасывается. Считалось предпочтительным не допустить ошибку, и потому росла номенклатура средств, поражающих противника в тысячу первый раз. Важно, что в этой круговерти решалась главная задача — борьба с атомными подводными лодками. И решалась успешно созданием противолодочных ракет типа «Вьюга», «Водопад», скоростных подводных ракет «Шквал». Противолодочной торпеде пришлось существенно сбросить вес. Создание специальных противолодочных ракет требовала необходимость уничтожения атомных подводных лодок в кратчайший срок по факту пуска ею первых баллистических ракет. Американцы усиленно сокращали временной интервал между пусками ракет.

А что торпеды? Продолжали совершенствоваться противолодочные (СЭТ–65, ТЭСТ–71), электрические и тепловые противокорабельные торпеды (САЭТ–60М, 53–65К), создавались малогабаритные и крупногабаритные торпеды. Но это уже время действия наших героев, поэтому избежим здесь подробностей ради исключения неминуемых повторов. На форзац вынесены схемы развития торпед СССР, России и США, любезно предоставленные Учебным Центром ЦНИИ «Гидроприбор». Отметим только, что в 1972 году на вооружение ВМС США была принята двухцелевая торпеда Мк-48 на унитарном топливе. О ходе ее разработки определенные сведения поступали. Но нам тогда хотелось покорить более высокую, чем супостат, скорость движения. Надежда на чудо оказалась сильнее здравого смысла. Не получилось. Свои двухцелевые торпеды мы стали называть универсальными. Наш ответ универсальной малогабаритной торпедой СЭТ–72 был неадекватным. Универсальная торпеда калибра 53 см УСЭТ–80 была принята только в 1980 году. А для повышения технических характеристик противокорабельных торпед мы вынуждены были еще ранее перейти на калибр 65 см для достижения большей дальности хода. Отставание по универсальным торпедам от американцев в полном объеме мы не ликвидировали до сих пор.

Огорчительно, конечно, когда в чем-то отстаешь в области вооружения. Но во всем быть первым затруднительно. Американцы до сих пор пытаются «заполучить» у нас «Шквал». Зачем? У них подводных скоростных ракет пока нет. Подводных лодок у нас сейчас мало, слежение за каждой из них вполне реально. Значит, подводная ракета сейчас им необходима как средство уничтожения лодки в кратчайший срок. А в принципе, не следует вырывать какой-либо образец из состава боекомплекта подводной лодки и произвольно сравнивать его с аналогичным зарубежным вне связи с остальными, как это зачастую делается, и во что мы сами впали. Нужно сравнивать боекомплекты вкупе со средствами целеуказания и выработки данных стрельбы, выучкой личного состава. Такие критерии есть. И не нужно их подменять другими. Все оружейники бдительно следят за успехами вероятного противника, перехватывая на лету идеи и охотно дезинформируя друг друга в открытой печати своими «достижениями», да и в закрытой тоже. За достоверной информацией идет настоящая охота. В этой связи показательна «схватка» разведок в середине 60-х годов. Кораблик специального назначения ВМФ бороздил Тихий океан, изредка заглядывая в районы боевой подготовки американского флота. Там послушает, там посмотрит, там сфотографирует. Янки всерьез его не принимали, потому и затеяли выполнение противолодочного боевого упражнения с применением противолодочных ракет «Асрок». То ли ракета уклонилась, то ли торпеда отделилась не вовремя, только видят мореплаватели рядом с бортом малогабаритную торпеду. Мгновение — и торпеда на борту! Янки, вероятно, догадались в чем дело, но кораблик уже улепетывал во все лопатки курсом на север.

Пропустив «шайбу» в свои ворота, американцы, конечно, решили отыграться. Случай им вскоре представился. Как-то в обстановке ужасной секретности в период инспекции Тихоокеанского флота была произведена постановка новых мин РМ–2Г. После отъезда инспекторов о постановке мин то ли подзабыли, то ли по погодным условиям не было возможности выбрать мины, то ли все необходимые плавсредства сразу же, как водится, вышли из строя. Скорее всего, с выборкой мин задержались по совокупности причин. Когда решили все-таки мины выбрать, установили, что мин там, где они должны быть, уже нет. А американцы тем временем неявно и тактично оповестили, что мины у них. Счет стал ничейным. Обе «команды» перешли к жесткой обороне своих ворот.