Останься со мной! - Пэтти Стэндард

– Да. Позвони Свенсонам и попроси Либби отвезти меня в больницу в Датч-Крик.

Якоб покачал головой.

– Они в Чейеннах, ты что, забыл? На собрании скотоводов.

– Так, ну позвони тогда Ридам. Посмотри, может, Робби сможет...

– Они в Чейеннах тоже. На...

– Да, правильно, на собрании скотоводов. – Плечи Мака застыли от напряжения.

– Я могу отвезти тебя, папа, – предложил мальчик.

– Не пойдет.

– Ну пап, – умоляющим голосом протянул Якоб. – Мне четырнадцать лет. Положение безвыходное. Ну пожалуйста. Я буду вести медленно. Я справлюсь, папа.

– Якоб, у тебя же нет прав. Ты можешь ездить вокруг ранчо сколько угодно, но только не по шоссе. И я думаю, что сейчас не время спорить. Попробуй дозвониться до Джоя.

– А как там мой грузовик, готов? – вмешалась Сара.

Все трое повернулись и с удивлением уставились на нее, как будто совсем забыли, что она все еще здесь.

– Он на ходу, – ответил Мак.

– Тогда, джентльмены, давайте поможем вашему отцу подняться и посмотрим, как его посадить в машину.

Это было самое меньшее, что она могла сделать, считая себя одну виноватой во всем. Она должна была поменять эти шланги еще в Денвере. А грузовик ей надо было привести в порядок до того, как уехать от Лауры. В полный порядок. Сара смерила мальчиков взглядом: ростом они оба были выше ее, да и сложены покрепче.

– Возьмите его под руки с обеих сторон, – скомандовала Сара, – чтобы Мак перенес всю тяжесть на ваши плечи и освободил свою больную ногу.

Мак сразу же запротестовал:

– Нет-нет, мы сами справимся. Я только дозвонюсь до одного из своих соседей, и тогда...

– Похоже, что все они на собрании скотоводов, и, кроме того, я все равно направляюсь в Датч-Крик, – улыбнулась она. – Я просто высажу тебя на стоянке перед больницей, даже не сбавляя скорости.

В ответ Мак слабо улыбнулся.

– Ну, если так, спасибо.

– Будешь благодарить, когда мы тебя поднимем. Не думаю, что это будет так просто. Готовы, ребята?

Сыновья боялись причинить отцу боль, но тем не менее решительно присели возле него. Мак положил руки им на плечи, и мальчишки медленно встали. Сара услышала, как пострадавший заскрежетал зубами, когда нечаянно двинул поврежденной ногой в тяжелом ботинке. Он побледнел, и его подбородок задрожал.

– Ты в порядке?

Мак глубоко вздохнул.

– Пошли, – процедил он сквозь стиснутые зубы.

Где волоча ногу, где подпрыгивая, Мак, опираясь на ребят, добрался до грузовика, и Сара открыла им дверцу. Мак поставил здоровую ногу на подножку автомобиля и боком повалился на сиденье.

Майкл едва не заплакал при виде отца, который медленно, спиной продвигался в кабину, с трудом подтаскивая поврежденную ногу.

– Майкл, – обратилась Сара к мальчику в надежде отвлечь его, – поищи что-нибудь мягкое, чтобы подложить под больную ногу. Если ее положить повыше, она не так распухнет.

– Могу принести подушки с тех стульев у стойки, – сказал Майкл, приходя в себя.

– То, что надо. А насчет отека... может, нам попробовать разрезать ботинок?

– Не трогайте! – невольно вырвалось у Мака. Сара посмотрела на тяжелый ботинок, сделанный из добротной кожи, хотя и очень поношенный.

– Никому не позволю разрезать мой ботинок! – сказал Мак, сильно встревожившись. – Брось подушки на пол, Майкл, и мне так будет легче. – Мак продвинулся назад почти до самого руля, развернув ноги к двери. Майкл набросал ему под ноги холщовых подушек, и Мак медленно положил на них свою больную ногу, выпрямляя ее настолько, насколько позволяла тесная кабина грузовика. Правую же он согнул в колене и подтянул к себе, чтобы Сара смогла захлопнуть дверцу. – Майкл, последи за станцией, – крикнул он в окно, – а ты, Якоб, убери стойло Джастина, а потом прими душ.

– Можно мы поедем с тобой? – с тревогой спросил Майкл. – Мы поместимся в вашем фургоне.

– Нет никакого смысла торчать в больнице. Тем более что дальше приемной вас все равно не пустят. Я постараюсь позвонить вам, как только доеду и найду кого-нибудь, кто смог бы подбросить меня обратно домой.

– Но...

Мак продолжал, словно не слыша:

– Меня не будет всего пару часов. Мне наложат гипс, сунут в руки костыли, и я успею вернуться домой и приготовить ужин на скорую руку. Так что не волнуйтесь. По дороге назад я прихвачу парочку пицц. Договорились?

– Ты позвонишь? – спросил Майкл, встав на подножку грузовика и прильнув к окну кабины.

– Конечно. – Мак протянул руку из окна и взъерошил сыну волосы. – А ты позвони в больницу и сообщи о нас, чтобы они нашли доктора. Ты готова, Сара?

Она быстро села за руль, но, чтобы захлопнуть дверцу, ей пришлось всем телом прижаться к Маку.

– Тебе хватает места? – Он постарался чуть-чуть подвинуться, но по тому, как он охнул, она поняла, насколько тяжело ему это дается.

– Сиди спокойно, я только пристегну ремни. – Сара неловко стала шарить за его сиденьем, пока ей не удалось вставить металлический конец ремня в замок, который упирался в бедро Мака. При этом она задела рукой его джинсы. От смущения ее пальцы одеревенели и к щекам прилила краска.

Заводя мотор, она протянула руку, чтобы поправить зеркало заднего обзора, но остановилась на полпути. Сейчас нет времени для этого. Надо торопиться. Условностями можно пренебречь. Сара резко повернула ключ зажигания и, дав задний ход, выехала из гаража.

Мак помахал рукой мальчикам, которые с понурым видом стояли у ворот, пока Сара выводила грузовик на шоссе, стараясь объезжать все рытвины, чтобы машину не трясло. Как только они скрылись из виду, она почувствовала, как Мак тяжело навалился на нее. Он весь скрючился от боли.

– Черт, – выдохнула она, вдруг осознав, что он бодрился только ради детей. – Далеко до Датч-Крика?

– Сорок миль.

– Я поеду быстрее.

Некоторое время они ехали молча. Единственным звуком был рев мотора, так как она увеличила скорость до предела. Ручка дверцы упиралась Саре в бок, и ей пришлось немного отодвинуться. От этого незаметного движения она оказалась вплотную прижата к Маку.

– Извини, – сказала Сара.

– Все нормально. – Он явно старался держать себя в руках. – Послушай, нам придется ехать так минимум сорок пять минут. Давай попробуем сесть поудобнее. – Он положил руку на спинку сиденья позади нее, чтобы она могла расправить плечи. – Теперь обопрись на меня, а я на тебя, и так будем поддерживать друг друга.

Сара пыталась расслабиться, но его прикосновения подействовали на нее совсем по-другому: она вся напряглась. Ощущение его руки, так близко лежащей у ее шеи, его пальцев, почти касающихся ее плеч, – все говорило о том, как ей уютно и хорошо возле него.