Останься со мной! - Пэтти Стэндард

Мак оторвал взгляд от дороги и посмотрел на нее более внимательно, удивляясь, с чего бы это женщине захотелось жить одной в Йеллоустоне. Тем более такой, которая употребляет слово «очаровательный». Он изучал ее профиль, пока она смотрела на мелькавшую за окном траву. Ему было сорок пять лет, а она выглядела моложе года на два. Отсутствие всякой косметики и светло-каштановые волосы, стянутые в конский хвостик, делали ее совсем девочкой, если бы не едва заметные морщинки под глазами.

Тонкие черты лица, точеный носик и высокие скулы навевали мысли о дневных чаепитиях и хрупком фарфоре. Аристократическая внешность Сары никак не вязалась с ее джинсами и теннисными туфлями, и Мак заметил, что загар на ее левой руке темнее, чем на правой, что характерно для водителей, которые держат руку на открытом окне машины. Противоречия всегда интриговали Мака.

– Вы родом из этих мест? – поинтересовался он.

– Нет, я родилась... – Сара замешкалась, чем вызвала еще больший интерес к себе.

– Значит, ваш дом совсем недалеко отсюда? – спросил он.

– Не очень далеко.

Такой загадочный ответ заставил Мака снова взглянуть на нее, и его глубоко тронула печаль, тенью промелькнувшая в ее серых глазах.

– Итак, вы едете дальше Йеллоустона?

– Я думаю, что, скорее всего, подамся в Канаду. Хочу взглянуть на Банф, хотя сейчас там царит сплошной коммерческий дух. Потом, возможно, поеду в Калгари. – Она пожала плечами. – Я пока еще толком не знаю.

– Вы не знаете, куда держите путь? – Он нахмурил брови. – Хотите сказать, что вы просто... путешествуете?

– Просто путешествую... А вот и моя машина.

Мак остановился позади четырехколесного грузовика с фургоном последнего выпуска. Сара выпрыгнула из кабины и, вытащив из кармана связку ключей, быстро открыла дверцу фургончика, опустив при этом на землю алюминиевую лестницу.

– Сейчас принесу воды. – Она встала на первую перекладину.

Мак заглянул в домик через раскрытую дверь. Компактный фургончик вмещал в себя стол, мягкую скамейку по одну сторону окна и крошечную кухоньку, хотя раковину размером с тарелку, холодильник, больше похожий на коробку из-под обуви, и двухконфорочную плиту вряд ли можно было назвать кухней. Матрас, обтянутый набивным ситцем, находился над кабиной, а шкафчик и полочки для хранения продуктов были искусно размещены повсюду, где имелось свободное местечко. Это напоминало кукольный домик, в котором все чисто и аккуратно, как в больнице, от покрывала без единой складки до ролика с бумажным полотенцем с идеально оторванным краем, висевшего над миниатюрной разделочной доской.

– Ну и порядок у вас, – сказал Мак, пока Сара вытаскивала 20-литровую канистру для воды из шкафчика под плитой. Он взял у нее канистру и помог спуститься по лестнице.

– Здесь есть все, что мне необходимо.

– Хотя домик немного тесноват, ведь так?

– Я считаю его уютным.

– Уютным, как дом у черепахи.

Сара засмеялась, и звук ее голоса заставил его остановиться. Мак посмотрел на нее, опять оказавшись в плену ее ласковых, с огоньками смеха серых глаз.

– Похоже на то, – сказала она. – Я никогда не рассматривала свой фургончик с этой стороны. Просто вожу его с собой повсюду, куда бы ни поехала, – ну совсем как черепаха.

– Конечно, я вряд ли назвал бы его домом. Скорее, он похож на номер в гостинице, но для путешествий, наверное, очень удобно.

Мак с удивлением отметил, что улыбка исчезла с ее лица. Он подошел к грузовику и поставил перед ним канистру с водой.

– Сейчас возьму свой ящик с инструментами, и начнем ремонтировать.

«Нельзя назвать домом»! Сара похлопала по голубому металлическому крылу своего грузовика, словно защищая его. Для нее этот дом был идеальным. В тысячу раз лучше, чем тот аккуратный кирпичный дом возле университета, в котором она двадцать лет прожила со своим мужем. Стены из кирпичей были такими высокими, что закрывали все солнце, поглощали весь воздух, и она боялась, что они в любой момент могут рухнуть и она останется погребенной под их обломками. А этот теплый и гладкий металл под ее рукой, ее грузовик и фургон стали для нее символом свободы, и ни о каком другом доме она не хотела и думать.

Сара наблюдала, как Мак ловко освободил зажимы, вытащил лопнувший шланг и заменил его новым. Он заполнил радиатор антифризом и водой и плотно затянул колпачок.

– Все сделано. Давайте, Сара, заводите мотор – проверим, как сейчас работает новый шланг.

Сара повернула ключ зажигания, и мотор тут же взревел. Она довольно улыбнулась.

– О-го-го! – Радость Сары тут же испарилась, когда сквозь рычание мотора она услышала, как Мак о чем-то предостерегает ее. – В чем дело?

Она подошла, встала рядом с Маком и заглянула под крышку капота, причем их головы почти соприкасались. Когда она рассматривала мотор, волосы упали ей на плечо, а тяжелый сладковатый запах антифриза заставил ее поморщиться. Сара проследила взглядом за рукой Мака и увидела маленькую каплю воды, появившуюся у основания шланга слева от радиатора. Капля росла, потом вытянулась и упала на землю. За ней последовала другая, потом еще одна.

– Может быть, вы пролили воду, когда заполняли радиатор, и теперь она просто стекает по шлангу? – спросила Сара с надеждой в голосе.

Но Мак покачал головой.

– Это другая протечка. Возможно, она появилась давно, а вы даже не знали об этом. Вам лучше доехать до автозаправочной станции, а там я вам заменю и этот шланг. Вообще-то если вы действительно собрались ехать в Канаду, то хорошо бы поменять все ваши шланги.

– Вы правы, – со вздохом кивнула Сара. Она почувствовала, как начинает нервно прикусывать щеку, и усилием воли заставила себя прекратить делать это. Час или два уже не играли роли. Она все равно доберется до Джэксона вовремя и успеет занять место на стоянке, хотя на таком расстоянии от города в пятницу вечером в середине июня это будет сделать трудновато.

Что ж, она побеспокоится об этом, когда доберется до места. За два года, проведенные в дороге, Сара приобрела свое особое представление о времени: грань между уходящим и наступающим днем постепенно стиралась.

– Ну что ж, тогда увидимся на автозаправочной станции, – бодро произнесла она, опуская крышку капота.

– Я поеду за вами. – Мак направился к своему грузовику, и она, глядя ему вслед, позволила себе на секунду полюбоваться, как он идет широкими шагами, уверенный и целеустремленный, и как пикантно джинсы обтягивают его бедра.

«Ох, Боже правый, что это со мной, – пожурила она себя. – Смотреть на мужчину почти влюбленным взглядом, как перезрелая, изголодавшаяся по любви женщина...» При этой мысли Сара покачала головой, вскарабкалась на сиденье и напомнила себе, что у хозяина такого ранчо, с двумя – а может быть, и больше – сыновьями наверняка должна быть и жена в полосатом льняном фартуке, которая присматривает за этим большим белым домом.