Магический треугольник - Леонид Резник

Я оглянулся. Рука потянулась к очкам ночного видения.

— Не надо, Матвей, — говоривший явно заподозрил, что я собираюсь взять оружие, — если бы я хотел напасть, то сделал бы это без предупреждения.

— Так выходи.

Сзади раздался шорох. Я обернулся и увидел перед собой мужчину среднего возраста, очень аккуратно одетого в некое подобие плаща из гладкого темно-зеленого материала. Слева на поясе висел длинный узкий меч.

— Не найдется ли у вашего костра место для одинокого странника? — осведомился незнакомец.

— Конечно, найдется, — ответил я, — особенно для столь многознающего.

— Это совсем просто. Скоро весь Таик будет знать о человеке, который выдает себя за духа.

— Ноя…

— Знаю. Ты просто похож. Особенно, если никогда не видеть настоящего духа.

Что-то в словах мужчины в зеленом плаще было необычно. То ли ирония, то ли намеки. Здесь, на Таике, привыкнув к унылым диалогам, я даже соскучился по такому уровню разговора. А о моем прилете в этом заповеднике нечистой силы знает, пожалуй, каждый ее представитель. По мимике Аро я уже догадался, что мы имеем дело с оборотнем.

— Как вам у нас нравится? — начал светскую беседу поздний визитер.

— Затрудняюсь сказать (честнейший из ответов). Никто не будет отрицать, что каждому больше нравится у себя дома. Хотя меня и убедили в последнее время, что о возвращении домой мечтать не стоит.

— Неужели у вас не найдется друзей, которые будут искать своего пропавшего товарища?

— Мне привычнее надеяться только на себя.

— И что же делать одинокому страннику в чуждом ему мире?

— Искать мудрых людей, которые умеют строить летающие дома. К тому же, я не одинок, — взгляд в сторону Аро.

Незнакомец презрительно скривил губы. Действительно, невзирая на свои солидные размеры, Аро больше всего напоминал испуганную собаку, жмущуюся к ногам хозяина.

— Вы уже догадались, с кем имеете дело? — очень нейтральным тоном осведомился оборотень.

— Конечно.

— И, без сомнения, вам все уши прожужжали россказнями о нашем злобном нраве и вероломстве?

— Я слышал что-то в этом роде.

— И вы верите всему этому?

— Я верю только фактам, а видел я еще очень мало. Один инцидент заставляет меня насторожиться. Кстати, как поживают ваши товарищи, которых я ранил?

— Они не мои товарищи. Подобно людям, мы различаемся, как по месту жительства, так и по образу жизни. Вы столкнулись с самыми отчаянными. А поживают они неплохо. Наши раны излечиваются лучше, чем у людей.

«Для людей такие раны смертельны», — подумал я, но промолчал.

— Я могу быть полезен? — вежливо осведомился оборотень.

— Не знаю. Сумеете вы найти людей, которые мне нужны?

— Таких людей нет. Но выход из вашего тупика возможен.

— Расскажите мне, как его найти.

— Не в такой же обстановке. Здесь вы гости, я — хозяин, а гостей я привык принимать как следует. Давайте пройдем в мой дом, только с одним условием.

— В чем дело?

— Я попрошу завязать глаза.

Аро вскочил.

— Матвей, не соглашайся! — закричал он. — Это ловушка! Убей его пока не поздно.

— Ваш друг так наивен. Если мы захотим, в любом лесу тысячи стрел могут вонзиться в вас, выпущенные со всех сторон.

На следующий день после расставания с разбойниками, я соорудил себе неплохой балахон с капюшоном, приблизительно соответствующий таикской сельской моде. Соорудил из карборона с помощью плазменного ножа, так что тысячи стрел меня не очень пугали. Но в логике нашему собеседнику было трудно отказать. Я завязал глаза себе и Аро, пообещав своему спутнику, что так просто не сдамся. Проблемы с запоминанием дороги не было: Надсистема без труда могла зафиксировать и повороты, и количество шагов.

Шли мы недолго, больше кружились на месте. Наощупь спустились через систему люков, где-то проползли. Ловкие пальцы сняли повязку. Рядом с нами стоял парень.

— А где тот… — я замялся, как определить своего недавнего собеседника.

— Это Лост, — ответил юноша, — он никуда не денется, вы еще встретитесь. Нас он попросил позаботиться, чтобы вы помылись.

Я с радостью согласился. До сих пор мой образ жизни на Таике был слишком плохо совместим с потребностью в области гигиены. Аро ничего другого не оставалось, как пойти со мной.

Подземные коридоры были облицованы чем-то светлым, наощупь напоминающим пластик. Некоторые квадраты на потолке светились, но не настолько сильно, чтобы говорить о хорошем освещении. Больше всего подходило определение: «Достаточно светло, чтобы не спотыкаться.»

Таикский душ представлял из себя струю тепловатой воды, льющуюся с потолка и с трудом поддающуюся регулировке. Помыться удалось, а получить удовольствие от этой процедуры — вряд ли. Вдобавок ко всему, по отношению к Аро мне пришлось исполнять обязанности банщика. Он, похоже, мылся первый раз в жизни.

Об Аро следует сказать особо. С ним за последний час произошла настоящая метаморфоза. Сильный и уверенный в себе парень, считавший себя довольно образованным по местным меркам человеком и гордившийся таким необычным товарищем, как я, был полностью парализован суеверным страхом перед оборотнями. Ощутив себя всецело в их власти и не чувствуя особой поддержки с моей стороны, Аро решил, что любое сопротивление лишено смысла. Я, наверное, много потерял в его глазах, но другого пути не было. Поиски тех, кто может построить космический корабль, были предлогом. Они выводили меня на обладателей самой передовой на Таике техники, владеющих радиопередатчиками. А у них, без сомнения, можно было узнать, кого и от чего надо спасать.

Более-менее чистые мы вышли в коридор. Там уже ждала девушка. В трехмерном лабиринте из тоннелей и лестниц она вывела нас к двери, с виду ничем не отличающейся от множества других. За ней уже сидел тот, кто называл себя хозяином лесов.

— Садитесь, — пригласил Лост, — я хочу вас угостить. У нас считают, что еда влияет на мысли человека. А если вспомнить, чем вы питались после прибытия на Таик, Матвей, то мне вас жалко.

Лост говорил складно, а я вспомнил огромное количество жареной птицы, прошедшее через мой желудок. Не исключено, что местные представления об обмене веществ в какой-то степени справедливы, и ногами я здесь шевелил куда больше, чем извилинами мозга.

У любого народа еда, как правило, связана с определенными ритуалами, правилами поведения. Аро воспитывался в лесной глуши. Я — на планете, опережающей Таик чуть ли не на тысячелетие. Но за столом мы выглядели одинаково. Оба не знали, какие блюда как следует есть, что за чем, что с чем и в каком количестве. Лост не пытался поправить нас или дать какие-нибудь советы. Он почти не ел сам, наблюдая за мной с оттенком исследовательского любопытства. Аро, похоже, его совершенно не интересовал.