Ледяная корона - Андрэ Нортон

Кто это? Охотники, ищущие убежища? Она рванулась назад, извлекая из комбинезона маскировочный покров, и устремилась обратно наверх — единственным местом, где можно было спрятаться, могло послужить высокое изголовье кровати. Медленно, на ощупь (фонарь пришлось выключить сразу) пробиралась она наверх. Как только она втиснулась между изголовьем кровати и холодной стеной, внизу послышались шаги и голоса. Роун ничего не видела, в деревянном изголовье не было ни одной трещины, зато слышала каждое слово.

Вновь пришедшие, конечно же, не говорили на Бейсике — основном языке. Но благодаря инструктажу она имела кое-какое представление о языке Ревении. Роун прислушалась: они поднимались вверх, сколько их — определить было сложно, как бы она ни старалась различать голоса и подсчитать количество шагов. Время от времени слышался звон металла, как будто что-то ударялось о стенку, и восклицания, похожие на ругательства.

Вот они вошли в комнату и теперь все их слова были отчётливо слышны.

— Приехать сюда? Ты что, совсем спятил?

— Нет, — второй голос почти шептал. — Поверь мне, это самое надёжное место. Мы можем спокойно оставить её здесь, так же как в Кевельдсо. Брось её на кровать, надень ошейник и привяжи, а мы сможем спокойно подождать, пока кончится дождь. Ты что, хочешь сказать, что она превратится в ящерицу и сможет убежать через одно из этих окон? А если ей и вздумается спуститься по лестнице, то мы будем сидеть внизу и уж никак её не пропустим. А этот поводок ей не снять. Он будет держать её надёжно — как-никак из этой стали делают сабли, а ошейник предназначен для охотничих собак его Величества.

Послышалось лязганье железа.

— Никуда она не денется. Ключ у меня за поясом. Скоро мы выберемся из этой конуры?

— Ему не понравится…

— Ему бы больше понравилось, если бы нас раздавило в лепёшку каким-нибудь бревном. Ты же видел, что случилось с Ларкиным? Что, жуткое зрелище? Надеюсь, в его планы не входит, чтобы эта птичка была раздавлена. По крайней мере сейчас. Он же приказал следить за каждым её вздохом.

— Да.

Роун показалось, что его собеседник согласился очень нехотя. Опять она услышала лязг железа, смех, и первый продолжал:

— Никто не сможет это сломать. С таким же успехом мы могли бы её здесь замуровать. Оставь её и пойдём. Как она сопротивлялась, пока Ларкин ей не врезал.

Послышались удаляющиеся шаги. Роун перевела дыхание. Сколько ей ещё придётся здесь прятаться? И можно ли вообще оставаться здесь?

Это тошнотворное зловонье было невыносимо. Теперь она жалела, что съела рацион Е.

В комнате стояла тишина, только за окном завывал ветер.

Похоже, стихия затихла на время, чтобы разыграться заново.

Из разговора Роун поняла, что пленник или пленница пребывала без сознания. «Нет, необходим хотя бы один глоток свежего воздуха», — подумала она. Нужно было добраться до окна, чтобы немного отдышаться. Она двигалась осторожно, останавливаясь и прислушиваясь. Окончательно выбравшись, она замерла. Комната была погружена во мрак, лишь снизу лился слабый свет.

Она шагнула вперёд и, услышав металлический звон, обернулась. Из груды тряпья на кровати поднялась тёмная фигура, раздался приглушённый кашель. Неожиданно комнату осветила вспышка молнии: на кровати сидела девушка, она закрывала руками рот и нос, плечи её содрогались.

Заметив Роун, девушка замерла в испуге.

Глава 3

Роун действовала инстинктивно. Мгновенье, и она была уже у кровати, пытаясь подавить сопротивление девушки и одной рукой зажимая ей рот. Вдруг боль пронзила руку: девушка её укусила. Но главного, чего боялась Роун, не случилось: девушка не закричала от страха, а тихо сказала:

— Почему ты пытаешься задушить меня, ты, болван?

Роун отпрянула назад, потирая руку. Нащупав свой фонарь, она включила его на малую мощность и, закрываясь рукой, направила его на девушку. В неярком свете показалось бледное чумазое лицо, обрамлённое тёмными волосами. На шею девушки был надет ошейник на железной цепи.

Девушка ухватилась за ошейник и повертела его, при этом продолжая смотреть прямо на свет, видимо пытаясь разглядеть за ним Роун.

— Если ты не из тех подонков внизу, — прошептала она, — то кто же ты?

— Я скрываюсь здесь от бури, — уклончиво ответила Роун ещё более тихим шёпотом. — Я услышала, как они принесли Вас, и спряталась.

— Где? — спросила девушка с такой живостью, будто ответ Роун мог что-то изменить.

Роун перевела луч фонаря на изголовье кровати:

— Сзади. Там достаточно места.

— Но то, где ты пряталась, не проливает свет на то, кто ты, — резко оборвала её девушка. — Я — Принцесса Людорика!

В её голосе было что-то такое, что заставило Роун ей поверить, несмотря на грязные полосы на лице, зловонье кровати и сковывающий ошейник. Роун перевела взгляд на него и почувствовала, как в её душе зреет гнев. По всем правилам и инструкциям девушку необходимо оставить. Можно воспользоваться лестницей наверх. Основная заповедь исследователей — не вступать в контакт. И Роун поклялась следовать ей. Проблемы Ревении не должны касаться инопланетян. Распространялся старый закон невмешательства.

И всё же этот ошейник!

— Я не из Ревении, — прошептала Роун, опять уходя от ответа.

— Значит, ты хочешь сказать, что это не твоё дело? — резко бросила Принцесса. — Кто же ты тогда, может из Вордейна? Или контрабандист из-за границы? Тот, кто не открывает лица своего и не говорит имени своего, да не удивится, если примут его как зло.

Принцесса произнесла последние слова, как будто она кого-то цитировала.

— Я могу предложить тебе деньги. Много денег.

Роун восхищалась самообладанием Принцессы. Как будто бы она сидела не в этом смрадном ящике, прикованная цепью, а на троне, у себя во дворце.

Только теперь Роун заметила, что то, что она раньше приняла за полосу грязи, на самом деле было огромным синяком на подбородке Принцессы. Время от времени ей даже было трудно говорить.

— Кто эти люди внизу? — спросила Роун.

То, что они осмелились так обращаться с наследницей трона Ревении, значило, что это не простые преступники. Чем больше она узнает об этом деле, тем лучше она сможет спланировать, что ей делать дальше.

— Мне пришлось изобразить глубокий обморок, для того, чтобы усыпить их бдительность. И я не разглядела их как следует. Судя по одежде, они — лесники. А как я попала к ним в руки… — Принцесса пожала плечами. — Этого я не знаю. Я спокойно заснула в своей постели в Хитерхау. Когда я проснулась, я уже лежала в тележке, ехавшей по лесной дороге, и сверху — лишь потоки воды. Потом началась настоящая буря. Упало огромное дерево. Основной удар пришёлся на передок тележки. Я поняла, что тому, кто вёл её, мирские заботы были уже не интересны. Потом они вытащили меня и принесли сюда. Не думаю, что ты из Вордейна, — сказала Принцесса, резко меняя тему. — Если ты занимаешься контрабандой, то ты получишь полное прощение и щедрое вознаграждение, если освободишь меня, — она опять потянула за ошейник, — и отвезёшь в Яттон. — Инопланетянка молчала. Тогда, сжав губы, Принцесса добавила: