Ведомые Духом - Катти Шегге

— Этот волк сам умер от старости. Вечером я с Недрасом закопаю тело. А сейчас мне пора в кузницу, — Дуглас обратился к Яссе.

— Нет, этот мальчонка совсем не слушает, что я ему говорю, — она уже который раз широко взмахнула руками. — Тамигор пришел поговорить с тобой, он ждет тебя дома, а ты собрался куда-то! А ну быстрей домой. Я вам тут покажу! Мать не смогла воспитать уважение к старшим тайям, так я вас научу.

— А вы мне не колите глаза моим воспитанием. Я ходила в школу, в отличие от тех, кто приехал в Тайраг лишь бы получит статус тайи, — прокричала Лисса в ответ. Дуглас понял, что женщины уже успели многое наговорить друг другу, а теперь сестра попрекала Яссу, что та много лет назад приехала из Минора, вышла тут замуж и стала тайей, отдав Тайре своего первого ребенка, лишь бы получить дом и обеспечить себе жизнь, не обремененную высокими налогами в пользу Алмаага, так и податями местным землевладельцам, ибо в Тайраге мирской и духовной жизнью управляли таги, служители Тайры. — Дуг, ты только послушай её, она называет нашу мать выскочкой, не знающей своего места, хотя сама из того же теста.

— Хватит, Лисса, пошли домой, нас там вероятно действительно ждут, — он решил оборвать громкий скандал.

Ясса, опустив ещё пару проклятий в сторону непослушной тайи, зашагала по берегу озера к своим ведрам, оставленным на тропе возле воды. Лисса не ответила на замечания соседки, что весьма удивило рудокопа. Сестра в молчании двинулась следом, хотя перед этим быстро подняла что-то с земли. Её длинная красная юбка мешала ей идти, путаясь в ногах. Он даже не заметил, когда девушка начала носить этот наряд тайи. Перед ним была стройная, красивая девушка с огненно-рыжими волнистыми локонами до плеч. Она была завидной невестой. На Лиссу заглядывались многие молодые люди в Сколаде. Но она не обращала на них внимание. Теперь и ей пора было признать, что со свадьбой тянуть уже было некуда. Настало время выбирать спутника на всю жизнь, а девушка пряталась в храме, так и не определившись с женихом. Вероятно, именно по этому поводу к ним пришел таг Тамигор, размышлял рудокоп.

Он шагнул за сестрой, но, кинув последний взгляд на труп волка, заметил блестящий металл возле его лап. Нагнувшись, парень поднял с земли узкий кинжал с длинной рукояткой, украшенной узорами. Рудокоп ловко засунул лезвие в сапог и пошел вдоль берега.

Дом Ризы и Тиора возвышался посреди других построек подобно одинокому исполину. Спереди хозяйка разбила небольшой огород, а на заднем дворе росли могучие деревья и раги. Вблизи дома пролегала утоптанная колесами повозок дорога с запада на восток, по которой Тиор с сыновьями ездил на пасеку, расположенную возле красных полей цветов Тайры. Далее вглубь страны они заполонили всю равнину и разрослись так густо, что кустарники вырубали топором. Названные Красными Равнинами, эти поля раг были непроходимы для животных и людей из-за сильного аромата цветов, который опьянял и убивал человека. Красные Равнины, или Тайранская Степь, тянулись на многие лиги, до рубежей Лемаха, соседнего морийского государства.

Дуглас переступил порог родного дома вслед за сестрой. В комнате за столом сидели мать с отцом и таг Сколада Тамигор. Риза угощала гостя медовым напитком, а Тиор вел с ним негромкую беседу:

— Таг Тамигор, как наступает середина лета, так у нас у всех трудности. Вот урожай в этом году очень богатый, а что я с ним буду делать?! Был на прошлой неделе в Тагре, а там ни одного рустанадского судна нет. Одни гарунские корабли стоят в порту. И так каждый год. Как приходит Свадьба Тайры, моряки боятся заходить в Тайраг, так как не хотят оказаться женатыми на тайе, а ведь никто из них не осмелится отказать Тайре или её дочери в преддверии Свадьбы. В другое время они легко могли бы смыться из страны, а сейчас их достанут в любом уголке Тайрага. Рустанадцы дома имеют жен и даже не одну. И тут случайно оказаться под каблуком у какой-то девчонки?! Нет, они боятся наших женщин. В итоге я должен продавать урожай одним лишь гарунам за медяки, а те потом перепродадут его в наши же морийские порты втридорога.

— Так вы попридержите пока товар, — ответил ему Тамигор, высокий пожилой мужчина, одетый в черное одеяние до пят. На голове у него была маленькая красная шапочка.

— А где мне его хранить? Притом мед — не зерно, которое будет на вес золота, если начнется война. Мои лекарственные настойки не могут долго храниться.

— О какой войне вы говорите, Тиор? Чтобы успокоить опять вспыхнувшие крестьянские волнения в Амане, потребуется не так уж много времени и войск. С гарунами же мы давно живем в мире. Да и никто не осмелится напасть на нашу державу, сильнейшую на суше и на море. А вот пшеницу выращивают во всех государствах, а ваш мед самый вкусный в Мории, так что вам незачем волноваться.

— Нет, нет, нет… — Тиор закачал головой. — Я говорил с торговцами. В каждой провинции недовольства. Дворяне уже не хотят мириться с высшей властью в Алмааге, русы и тоны грызутся между собой, землепашцы сетуют на высокую ренту за землю. Лишь те края ещё молчат, что платят подати только государю.

Постояв недолго на пороге, Лисса и Дуглас сели рядом с отцом за стол.

— А вот и наши дети появились, Риза, — усмехнулся Тиор. — День только начался, а они уже нашли себе дело, раз так долго мы их ждали. Дуг, ты не уж то побывал в кузнице и уже возвратился?! Быстрый же у меня сынок, не то, что два других лежебоки. Пока я их будил, к нам и гость пожаловал.

— Таг Тамигор, доброго дня во имя Тайры, — поприветствовали служителя Лисса и Дуглас, слегка склонив головы. Таг ответил им таким же поклоном.

— Дуглас, — Тиор обратился к сыну, — таг пришел поговорить с тобой. У него для тебя срочные приятные известия.

Дуг удивленно уставился на Тамигора. Он ожидал, что дела тага в первую очередь коснутся Лиссы. Но старик ласково обратился к парню:

— Дуглас, я принес тебе радостную весть. Молитвы твоей матери услышаны великодушной Тайрой, и она обратила свой взор в твою сторону. Ты сможешь исполнить предначертанное и стать достойным мужем. Та Плесса Ласси просит стать её опорой в радости и горе и принять её предложение о свадьбе в этом году в Тайграде.

Он не отрывал глаз от тага, не желая поверить услышанному. Ведь не иначе, как произнесенные слова были всего лишь шуткой. Однако жрецы Тайры редко смеялись, поэтому рудокоп лишь тихо вымолвил подобие отказа:

— Но, таг, я её совсем не знаю…

— Неужели ты не помнишь Ласси?! — отозвалась Риза. — Они жили возле школы и переехали десять лет назад в Тайград. Плесса дружила с Лиссой, и ты водил их с собой в лес. Трудно поверить, что Ласси, бабка Плессы, ещё жива, и женщины в семье носят до сих пор её имя?! Они хорошо устроились в столице, и это предложение большая для нас честь.