Когда открыты двери Рая… - Дмитрий Дзыговбродский

"Первый раз, что ли, в Москве? — немного раздражённо подумала Ева, решительно направляясь в ту сторону, — вот несмышлёныш…"

— Здравствуйте, мальчики! — вежливо поздоровалась Ева и обворожительно улыбнулась.

"Мальчики", все как один, развернулись в её сторону.

"Ого, да тут не один литр…"

— Разрешите забрать сестричку? — по-прежнему вежливо осведомилась Ева и кивнула девочке. Та, слава Богу, сразу всё поняла и, воспользовавшись секундным замешательством, мигом высвободилась, шмыгнув Еве за спину.

— Э-э-э… — попытался возразить парень, который отличался от других блейзером и более осмысленным взглядом, — куда, тёлки…

— Домой. К маме с папой. — Ева развернулась было, но парень в блейзере изловчился и дёрнул её за рукав блузки:

— Стоять!..

И тогда Ева, одним движением, молниеносно выхватила из кармашка сумки что-то блестящее и вонзила в деревянную поверхность стола, пропоров загаженную скатерть. Парень замер, уставившись на вогнанные в дерево, прямо между большим и указательным пальцем его пятёрни, простые маникюрные ножнички. Но с очень, очень острыми кончиками.

— Что за…

Этот трюк всегда удавался. Поразительно, какое влияние оказывают на мужчин маленькие маникюрные ножнички в такой ситуации. Прямо гипнотическое.

Ева, более не мешкая, взяла за локоть перепуганную насмерть "сестричку", и неторопливо направилась к выходу.

Лишь оказавшись на улице, шепнула девчонке в самое ухо:

— Бежим!

И они припустили по улице вниз, подальше от "Небес".

Через два квартала они успокоились и отдышались.

— Су-умка, — жалобно протянула девочка. — Я оставила в том ужасном месте сумку…

"Вот растяпа! — мысленно обругала Ева девчонку. — Взялась на мою голову…"

— Как тебя зовут? — спросила она тем не менее.

Девочка взглянула на Еву голубыми глазищами, и, помедлив, произнесла:

— Лена…

— Лена, ты что одна на вокзале делала, а?! Да и в кафе это зачем зашла?

— Не знаю… но мне вдруг стало так страшно… — девочка запнулась, — я должна встретиться… с одним человеком… Другом.

Эх, ну надо же! Придётся помочь, провести, а то на эту дурочку ещё что-нибудь свалится. Хорошо, что влияние андрогина Ева ещё чувствовала. Она где-то рядом… Возможно, девочка Наташа уже на вокзале… Надо спешить.

— Пошли, — кивнула она девчонке, — я проведу тебя.

— Спасибо, — глаза той просияли. — Большущее вам спасибо…

И тут пропищал телефон. Пришла, наконец-то, MMS…

— Подожди, — бросила она через плечо девчонке Лене, — у меня важное сообщение…

Ну, надо же! Ева резко обернулась и встретилась с настороженным взглядом больших голубых глаз девчонки. Точно такой же взгляд, как и на фотографии, присланной из "НАТЕ"… Перед ней стояла девочка Наташа, собственной персоной. Ева нашла свою подопечную.

Девчонке хватило нескольких секунд, чтобы оценить ситуацию. Хватило одного взгляда на фотографию, высветившуюся на экране мобильного, чтобы внезапно резко развернуться и припустить обратно по той же самой улице, ведущей к вокзалу.

— Постой! — запоздало крикнула Ева, но девочка даже не обернулась, лишь быстрее замелькали её каблучки.

И Ева рванулась вслед за ней.

Дыхания уже не хватало.

Но Адам бежал… На одной только злости, упрямстве.

Воздух врывался в лёгкие раскалённым потоком. Полдень в Москве — явно не время для занятий спортом. Но выбора особого нет. Адам должен был участвовать сам в поимке. Личное… Так он и сказал Драгунову.

Должны ещё помочь ребята из Госбезопасности. Вот бы только локализовать… Но Дмитрий продолжал петлять по московским закоулкам, ни разу так и не выйдя ни на один из проспектов. Общее направление Адам уловил, и только лишь поэтому не отставал. Дмитрий чувствовал свою половинку… близко… почти рядом. И это придавало ему сил.

Адам же, наоборот, боялся встречи.

Нет, он выдержит. Он обязательно выдержит. Но как же это больно знать, что… Вспомнилась строчка из песни — "Есть небо на земле…" Есть, кто же спорит. Но и пекло есть тоже. Адам это знал лучше, чем кто-либо другой.

Выскочил из небольшой улочки на простор и даже не сразу понял, где он находится.

Красная Площадь?

Так вот, куда бежал Дима…

Звонок Драгунову: пара минут и здесь всё перекроют. А пока надо поработать самому.

Адам окинул взглядом площадь и почти сразу приметил Дмитрия. Тот бежал по направлению к храму.

— Так всегда, — процедил Адам.

Что так, он и сам точно не знал. Постоянное преследование андрогинов? То, что они отставали на шаг, на два, и никак не могли предсказать, вступить в игру не в самом финале, но хотя бы в начале второго акта? Сдерживание этого… Феномена? Проклятия? Благословения?

Адам уже и не помнил, когда всё началось. Год назад? Два? Но абсолютно незнакомые люди начали стремиться друг к другу. Иногда через многие тысячи километров. И как только они касались друг друга, рождалось чудо. Ангел. Андрогин. Но при этом умирали сами люди. Мотыльки? Новый вид Homo Sapiens?

И как это назвать. Любовью? Чумой? Возвращением в небо? Капризом эволюции?

Адам не знал, да и старался не задумываться. Особенно после того случая, разделившего жизнь на две части, поселившего в сердце вечную фантомную боль.

Если это замысел Божий, и люди искупили свой давний нечаянный грех… то вправе ли Адам мешать, оставляя их на Земле… Когда небо так близко…

Лучше бороться не раздумывая. Бежать, преследовать, перехватывать.

Ради "HATE"? Ради человечества? Ради себя?

Вот уже показался Дмитрий. Всего лишь несколько десятков шагов.

— Дмитрий, стой! — крикнул Адам, особо не надеясь, что это поможет. Но вдруг получится задержать на секунду, две, три…

Адам уже чувствовал, как нарастает напряжение в сердце. Тёплые волны истинного света касались легко и нежно, зовя за собой. Где-то рядом была Наташа. И если Адам не успеет…

Навстречу Диме бросилась худенькая девочка.

И Адам обречённо понял, что всё…

Кинулся к ним, в отчаянном усилии выигрывая метры, секунды.

Ладошка Наташи коснулась руки Дмитрия. И Адам рухнул на брусчатку, блокируя все чувства — не слышать, не видеть, забыть.

Во взгляде бушевал далёкий алый рассвет. И сердце частило, захлёбываясь избранным навеки одиночеством.

Он не успел.

Ещё издали, увидев подбегающего к Наташе Дмитрия, Ева поняла, что не успеет. Ну и пусть! Ева вдруг поняла, что не хочет им мешать. Когда-то им с Адамом вот так же помешали: успели, разлучили, спасли. И что теперь? Ничего. Одиночество. Вечное одиночество. Пусть этим двоим повезёт. Ведь это их выбор! Пусть на миг — но они будут вместе. Может, ради этого стоит и умереть?