Улыбка для милой - Хэдер Макалистер

— Потому что он такой. — Джина говорила медленным, размеренным голосом, как врач с больным. — Он в этом дока. Он как профессиональный жулик. Ты же изучала их и знаешь, как такие типы умеют внушать доверие и манипулировать людьми.

Меган кивнула, не отрывая глаз от имени «Барри Саттон» на экране.

— А тебе известно, что у него есть разные улыбки?

— У всех нас…

— Но не так, как у Барри, — печально сказала Меган. — Я знаю, он отрепетировал их и разложил по полочкам. Я видела, как он вначале наблюдает за другими людьми, затем приклеивает на лицо улыбку и только тогда подходит. Он решает, какой будет улыбка: с ямочками или без, насколько будут видны зубы, приподнят один уголок рта или оба. Его улыбка никогда не бывает спонтанной. И если ты откликаешься на эту улыбку, то именно ее и будешь всегда удостаиваться. Знаешь, какая моя? — Меган вздохнула. — Я удостаиваюсь улыбки с одной ямочкой и слегка опущенной бровью. Псевдоинтимная улыбка, будто бы намекающая на то, что между нами есть нечто такое, о чем никто больше не знает. Затем, после того как я послушно выбалтываю все, что ему нужно, он чуть-чуть опускает уголок рта и демонстрирует вторую ямочку. А потом подмигивает. Я ненавижу подмигивание. Ненавижу! Но ему больше не интересна моя реакция, он к тому времени уже отворачивается. Один раз я попросила его не подмигивать мне, но он только улыбнулся мне улыбкой с двумя ямочками и заявил, будто знает, что мне это нравится.

Джина воззрилась на нее.

— Ты в последнее время занималась аутотренингом «анти-Барри»? Сейчас самое время.

Меган выдвинула ящик стола и достала стопку каталожных карточек. На каждой был написан один из проступков Барри.

— Прочти одну вслух, — проинструктировала Джина.

Меган втянула воздух.

— «Он улыбается мне, даже если знает, что это заставляет меня краснеть».

— А почему ты краснеешь из-за его улыбки?

— Люди подумают, что между нами что-то есть, — защищалась Меган.

— Ой, что за ерунда! Перебори себя и отдай мне эту карточку. — Джина взяла ее и порвала. — Есть много других, более серьезных его проступков, и тебе это известно. — Она указала на стопку карточек. — Напиши еще одну. Напиши, что его просьбы нарушают твой душевный покой и мешают работать.

— Они не мешают мне работать!

— А разве мы только что не потратили целых десять минут на Барри, которым ты одержима?

— Я не одержима.

— Тогда удали послание.

Меган сглотнула.

— Я… должна сначала прочитать его.

Джина вперила в Меган суровый полицейский взгляд.

— Дыши глубже. Прочти еще одну карточку.

Меган вдохнула и выдохнула: «Барри позвонил мне среди ночи…»

— На твой незарегистрированный домашний номер!

Меган надеялась, что Джина не спросит, где Барри его взял.

— «Он знал, что я сплю, — продолжила она, — и воспользовался тем, что я со сна плохо соображала, чтобы обманом выудить у меня расписание встреч мэра, где была запланирована встреча с кандидатами из других штатов на должность заместителя начальника полиции». — Отголосок гнева, который она испытывал тогда, успокоил бешено колотящееся сердце.

— Он разбудил тебя в полвторого ночи! Намеренно!

— Но его поджимали сроки.

— Ты не должна защищать его.

— Ладно. Ты права. Спасибо, Джина. Теперь я могу сама справиться.

— Ты удалишь послание?

— Я сначала напишу отказ. А потом открою и прочту его. — Меган выпрямилась. — Я не могу удалять почту не прочтенной. Если я буду так делать, тогда это действительно будет мешать моей работе. Мне все равно придется иметь с ним дело, когда я снова стану пресс-секретарем управления. Это хорошая практика.

Взглянув на нее с оттенком жалости, Джина направилась к своему столу.

Меган положила пальцы на клавиатуру, мысленно сочиняя вежливый, но твердый, очень твердый отказ, когда пришло еще одно сообщение от Барри, озаглавленное словами «Срочно нужна помощь!».

Стиснув зубы. Меган попыталась напечатать едкий ответ на еще не прочтенное послание, но руки ее, не слушались, и вышла какая-то абракадабра. Что ж, прекрасно. Вздохнув, она открыла почту и обнаружила, что он просит ее проверить для него чей-то автомобильный номер. Его интересует имя владельца и нет ли его в полицейских файлах.

Проникновение в полицейскую информационную сеть за пределами выполнения официального задания является нарушением устава, а Меган сейчас не в том положении, чтобы нарушать устав. Она напечатала единственное слово «нет» и отослала, хваля себя за твердость.

Ее самодовольство продлилось пару секунд, прежде чем до нее дошло, что она совершила тактическую ошибку.

— О, нет!

— Что такое? — спросила Джина.

— Я не должна была отвечать ему.

— А ты ему ответила?

— Я сказала «нет». — Послание Меган уже ушло. — Но теперь он знает, что я здесь.

— А чего он хотел?

— Проверить номер машины.

Покачав головой, Джина выразительно посмотрела на свой монитор.

— Я этого не слышала.

— Ничего, что ты слышала. Я не собираюсь это делать. Не собираюсь! — Меган почти кричала.

Вообще у нее нет времени обращать внимание на Барри и его непрекращающиеся послания. Теперь они приходили с интервалом в одну минуту. Ну и нахал! А потом целых три минуты ничего не было, и Меган не удержалась и взглянула на их заглавие: «Мне очень жаль. Пожалуйста!»

Меган ссутулилась. Это проверка, и если сейчас она уступит, то никогда не сможет противостоять ему. Вдруг одна мысль пришла ей в голову, она схватила телефон и заблокировала быструю голосовую почту. Он ведь может позвонить в любую минуту! Долго держать голосовую почту в таком состоянии нельзя, но Барри поймет намек и оставит ее в покое.

Она немного подождала, а затем огонек голосовой почты снова замигал. Заглавная строчка гласила: «Ты не отвечаешь на телефон».

— Ты могла бы блокировать его послания, — предложила Джина.

Электронная почта Меган зажужжала.

— Я думала, ты ее выключила. Ох, Меган!

— Пойду пройдусь! — решила та, обрадовавшись, что хоть на несколько минут не будет видеть экрана компьютера. По пути в комнату отдыха она постаралась выбросить Барри Саттона и его послания из головы. В управлении полно офицеров и детективов. Почему он выбрал именно ее?

Потому что я мягкотелая, подумала Меган, отвечая на свой вопрос. А мне нельзя быть мягкотелой. Я офицер полиции. Я собрана, компетентна и прекрасно владею собой.

Меган сунула монетки в автомат, торгующий содовой, и, открыв банку, сделала успокаивающий глоток. Ладно, приходилось признать, что она не может перестать думать о Барри. Значит, надо послать ему ответ, доходчиво объяснив, каковы будут последствия, если он не прекратит. И пусть только попробует прислать еще хоть один e-mail! Она так его отошьет, что мало не покажется. Она сильная. Твердая. Компетентная.