Запретное - Табита Сузума

— Ну, может быть, ты мог бы научиться готовить. Тогда бы мы трое готовили по очереди.

Кит бросает на меня высокомерный взгляд и шагает вперед меня на кухню.

— Уйди, Тиффин. Я сказал, уйди с мячом из комнаты.

В одной руке у Лочена кипящая кастрюля, а другой он пытается вытолкать Тиффина за дверь.

— Гол! — кричит Тиффин, забивая мяч под стол. Я ловлю его, бросаю в коридор и хватаю Тиффина, когда тот пытается проскользнуть мимо меня.

— Помогите, помогите, она душит меня! — вопит он, имитируя удушье.

Я усаживаю его на стул.

— Сядь!

При виде еды он подчиняется, хватая нож и вилку и выбивая барабанную дробь по столу. Уилла смеется и поднимает свои столовые приборы, чтобы повторить за ним.

— Не вздумай… — предупреждаю я ее.

Ее улыбка исчезает, и на мгновение мне кажется, что она сейчас заплачет. Я ощущаю чувство вины. Уилла нежная и послушная, в то время как Тиффин всегда плещет энергией и озорством. В результате она все время видит, что ее брату все сходит с рук. Быстро двигаясь по кухне, я расставляю тарелки, наливаю воду и убираю продукты на свои места.

— Отлично, налетайте!

Лочен подал еду. Четыре тарелки и одна розовая чаша с Барби. Паста с сыром, паста с сыром и соусом, паста с соусом, но без сыра, по краям ловко спрятана брокколи, к которой ни Кит, ни Тиффин не притронутся.

— Привет, — я хватаю за рукав Лочена, до того, как он вернется обратно к плите, и улыбаюсь. — Ты в порядке?

— Меня не было дома два часа, а они уже успели сойти с ума. — Он смотрит на меня с преувеличенным отчаянием, и я смеюсь.

— Мама уже ушла?

Он кивает.

— Ты помнишь про молоко?

— Да, но нам нужно сходить в магазин.

— Я схожу, завтра после школы, — Лочен вовремя оборачивается, чтобы поймать Тиффина, прыгающего к двери. — Эй!

— Я все, я все! Я больше не хочу есть!

— Тиффин, ты не мог бы просто сесть за стол, как нормальный человек и поесть? — Повышает голос Лочен.

— Но Бену и Джейми разрешили погулять всего лишь полчаса! — кричит Тиффин в знак протеста, под копной выгоревших волос его лицо становится ярко-красным.

— Уже полседьмого! Ты больше не пойдешь на улицу сегодня!

Тиффин в ярости плюхается обратно на свой стул, скрестив руки на груди и подтянув к ней колени.

Лочен мудро игнорирует выходки Тиффина и место этого обращает все свое внимание к Уилле, которая перестала пытаться есть вилкой и теперь пальцами хватает спагетти, откидывая назад голову и всасывая каждую макаронину с конца.

— Смотри, — показывает ей Лочен. — Накручивай вот так…

— Но они сползают!

— Просто попробуй сразу.

— У меня не получается, — ноет она. — Лочи, порежь для меня.

— Уилла, тебе надо учиться.

— Но пальцами легче!

Место Кита остается пустым, так как он обходит всю кухню, открывая и захлопывая дверцы шкафчиков.

— Позволь мне сэкономить твое время: единственная еда, которая осталась, находится на столе, — говорит Лочен, беря вилку. — И я туда не клал мышьяк, поэтому вряд ли она тебя убьет.

— Отлично, значит, она снова забыла оставить нам денег на “Асду”[1]? Ну, конечно, у нее-то все хорошо — любовничек ведет ее в “Ритц”.

— Его зовут Дэйв, — замечает Лочен с вилкой, полной еды. — Если ты будешь так называть его, это не сделает тебя крутым.

Проглотив полный рот спагетти, я ловлю взгляд Лочена и едва заметно киваю головой. Я чувствую, что Кит готов начать ссору, а Лочен, которому обычно так хорошо удается избегать конфликтов, выглядит уставшим и на грани и, кажется, сегодня вечером близок к столкновению лоб в лоб.

Кит хлопает последней дверцей с такой силой, что все подпрыгивают.

— А с чего ты взял, что я стараюсь быть крутым? Я как некоторые не кручусь тут в переднике, пока его мать слишком занята, раздвигая ноги…

В мгновение ока Лочен вскакивает со стула. Я кидаюсь за ним, чтобы остановить его, но промахиваюсь. Он бросается к Киту и хватает его за воротник, ударяя о холодильник.

— Ты снова так выражаешься перед детьми, и я…

— Что ты?

Кита держит рукой за горло его старший брат, и, несмотря на дерзкую ухмылку, я вижу мерцание страха в его глазах. Лочен никогда раньше не угрожал ему физически, но за последние месяцы их отношения испортились. Кит все сильнее и сильнее стал обижаться на Лочена по причинам, которые я с трудом понимаю. Но все же, несмотря на его первоначальное потрясение, с насмешливым выражением лица и высокомерным взглядом ему удается одержать верх над братом почти на пять лет старше его.

Внезапно Лочен, кажется, понимает, что он делает. Он отпускает Кита и отскакивает назад, потрясенный своей вспышкой ярости.

Кит выпрямляется, на его губах медленно расползается насмешка.

— Ага, я так и думал. Тряпка. Такой же, как и в школе.

Он зашел слишком далеко. Тиффин молчит, медленно жуя, его глаза насторожены. Уилла в тревоге смотрит на Лочена, нервно теребя ухо, забыв о своей еде. Лочен смотрит на теперь пустой дверной проем, через который вышел Кит. Он вытирает руки о джинсы и глубоко вздыхает, чтобы успокоиться, прежде чем повернуться лицом к Тиффину и Уилле.

— Эй, давайте, ребята, заканчиваем, — его голос дрожит от поддельной радости.

Тиффин неуверенно смотрит на него.

— Ты побьешь его?

— Нет! — Лочен глубоко потрясен. — Нет, конечно, нет, Тифф. Я никогда не причиню боль Киту. И никому из вас. Боже!

Все еще не убежденный Тиффин возвращается к своей еде. Уилла ничего не говорит, торжественно облизывая каждый палец, ее глаза излучают молчаливое негодование.

Лочен не возвращается на свое место. Вместо этого он недоуменно кусает губы, его лицо напряжено. Я откидываюсь на стуле и тянусь к его руке.

— Он просто как обычно пытался завести тебя…

Он не отвечает. Вместо этого, он еще раз глубоко вздыхает, а потом смотрит на меня и говорит:

— Закончишь тут с ними?

— Конечно.

— Спасибо.

Он с трудом выдавливает успокаивающую улыбку и выходит из кухни. Через минуту я слышу, как закрывается дверь в его спальню.

Мне удается уговорить Тиффина и Уиллу доесть ужин, а потом я убираю в холодильник тарелку Лочена, к которой тот едва притронулся. Кит же может взять со стола и черствый хлеб, мне до этого нет дела. Я мою в ванной Уиллу и заставляю сопротивляющегося Тиффина принять душ. Пропылесосив гостиную, я решаю, что им не помешает лечь пораньше, и усердно игнорирую яростные возражения Тиффина о медленно садящемся солнце. Когда я укладываю обоих в постели и целую на ночь, Уилла обхватывает меня руками за шею и на некоторое время ближе придвигает к себе.