Под маской улыбки (ЛП) - Лак Оливия

— Так неловко, — жалуюсь я. — Если хочешь поговорить с Дэвидом, подойди к нему.

— Нет! Мужчинам нравится охотиться. Им не нужно, чтобы ты ходила за ними хвостиком как ребёнок. Ты что, вообще ничего про отношения не знаешь, — ворчит Дора.

— И про дружбу, потому что думала, что лучшие подруги не должны наезжать друг на друга, — отвечаю я, неожиданно разозлившись. Клубы и миллиарды — не моя тема. Я повернулась в кресле и схватила клатч. — Слушай, Дора, мы тут уже давно и…

— Подожди. — Она хватает меня за запястье, строя щенячьи глазки своими небесно-голубыми глазами. — Ты права, я веду себя как стерва. Прости. Пожалуйста, задержись ещё ненадолго. На полчасика. Потом преследование Дэвида Моргана закончится. Обещаю.

Вздохнув, я кладу сумочку и прислоняюсь к грубому материалу дивана. Мне сложно отказывать людям. Синдром хронического угодника преследует меня повсюду.

— Ладно. Уйду через полчаса.

— Идёт. Спасибо.

Дора приглаживает кудрявые волосы, ещё сильнее вьющиеся в ночном воздухе. Она бесстыдно оглядывает свою грудь, поправляя декольте.

Шерсть, нет, лён или может какая-то смесь этих тканей касается моей обнажённой руки, и я вздрагиваю.

Тот ангел.

Жемчужно-белые ровные зубы и золотистые волосы Дэвида Моргана напоминают мне картину эпохи Возрождения, на которой святые спускаются с небес. Он выглядит таким добрым, особенно по сравнению с дьявольски прекрасным Алеком. Интересно, пришёл ли он.

— Посмотрите кто здесь. — Дэвид подсаживается ко мне, его зелёно-голубые глаза сосредоточены на моём лице. — Рад встрече с тобой, Каролина.

О нет. Он флиртует со мной? Доре это не понравится. Нужно переключить его внимание на неё как можно скорее.

— Привет, Дэвид. Тоже рада тебя видеть. Мы как раз говорили о тебе. — Бросив взгляд через плечо, я чуть ли не вздыхаю от облегчения. Дора двигается ко второму Моргану, имя которого я уже забыла. Быстро она.

— Надеюсь, только хорошее, — бормочет он. Несмотря на хаос вокруг, Дэвид сосредотачивает своё острое как бритва внимание прямо на мне.

— Ну, э, да, конечно. — Я забыла всё, чему учили на уроках английского. Я едва могу говорить в присутствии этого мужчины.

— Очень приятно слышать. Я не мог отвести от тебя взгляда, как только заметил у бассейна, Каролина. — Дэвид берёт меня за руку, его большой палец находит мой пульс. Я борюсь с желанием выгнуться от тока, что пронзает мою руку.

— Спасибо, — глупо бормочу я, потому что, серьёзно, что ещё я могу сказать?

— Шоты! Давайте выпьем. Сколько? — прерывает нас Дора, выглядя весьма довольной, заполучив второго Моргана. — Один Каролине, мне…

— О нет. Нет, спасибо. Мне уже хватит. — Я показываю на свой полупустой стакан.

Дора осуждающе хмурится.

— Да брось, Лина. Взбодрись. — Она уже наливает чистую жидкость в стакан, оставленный официантом. Когда я снова отказываюсь, она пожимает плечами и выпивает, чокнувшись со вторым Морганом.

— Нет ничего менее привлекательного, чем женщина с заплетающимся языком, — мягко шепчет Дэвид мне на ухо, его губы касаются мочки. На этот раз я не могу сдержать дрожь. Как по его приказу, подвигаюсь к Доре, чтобы он мог сесть со мной. Его бедро прижимается к моей ноге, он кладёт руку позади меня, кончики его пальцев касаются моего плеча. Аромат его одеколона щекочет ноздри. Запах элегантный и сильный, но не приторный. — Кстати, твои шортики. Очень сексуальные.

— Я сама сшила, — признаюсь я.

Он скользит пальцами под материал, дразнит, проводя пальцем по моему бедру, затем быстро убирает руку. Наш шаловливый секрет.

— Красива, талантлива и очаровательна. Где же ты пряталась, Каролина?

На моих щеках расцветает румянец, и я застенчиво опускаю взгляд. Ещё ни один мужчина не уделял мне такого внимания. Мальчики звали меня на свидания, но всё заканчивалось несерьёзными отношениями. В клубе полном образованных и модных женщин проницательный Дэвид заинтересовался мной. Я удивлена, что он подсел ко мне, когда мог выбрать любую женщину не только в этом клубе, но и во всём городе. Не то чтобы я считала, что недостойна Дэвида. Окружённая богатыми и влиятельными людьми, я склонна забывать, что хорошо образована и ничем не отличаюсь от других. До того как я смогла сама шить для себя одежду, думала только о том, что покупаю одежду в секонд-хенде. Неуверенность борется с моим желанием насладиться компанией Дэвида.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

Я понятия не имею, что делать. К счастью, Дэвид тем же не страдает. Он поднимает руку, проводит подушечкой указательного пальца по линии моей челюсти и заставляет поднять голову, чтобы встретиться с его проницательным взглядом. Между нами проскакивает искра.

— Сколько тебе лет? — выпаливаю я.

По его лицу медленно расплывается ухмылка.

— Тридцать. А тебе?

Чуть не поморщившись из-за разницы в возрасте, я бормочу:

— Двадцать один. — Чего такой известный мужчина, как Дэвид, может хотеть от такой девушки, как я?

— Каролина — красивое имя. — Очевидно, разница не влияет на его решение остаться здесь, рядом со мной; его палец всё ещё под моим подбородком, чтобы сохранять зрительный контакт.

— В честь бабушки.

Дэвид одобрительно кивает.

— Родословная важна.

Не моя.

— Каролина Неизвестная-фамилия, я бы хотел пригласить тебя завтра на ужин. — Это не вопрос, а скорее утверждение и вызов отказать.

— Адамчик. Моя фамилия Адамчик, — произношу я.

— И? — Он приподнимает одну бровь в ожидании.

— Да. Я поужинаю завтра с тобой.

Глава 3

Наши дни

Всё тело дрожит. Рука в перчатке зажимает рот, заставляя втягивать воздух носом. Потрескавшаяся кожа сдавливает губы, и меня подташнивает от запаха. Комната всё ещё погружена в темноту. Сейчас я осознаю, что перерезанные линии электропередач на этой стороне Корал Гейблс не были случайностью. Богатые и влиятельные жители хотят защитить свои активы с помощью обширных мер предосторожности. Все дома оснащены камерами слежения. Это чудовище, проникшее в дом, сразу попало бы на плёнку.

От осознания кровь стынет в жилах. Это было спланировано. Кому-то нужно что-то от Дэвида. Или от меня. Или от нас обоих. Или от семьи. Семья Морганов имеет значительное влияние на юге Флориды. Поэтому Дэвид настаивал на профессиональной системе безопасности, однако сигнализация была отключена, когда мы сегодня вернулись. Кто знает, сколько этот человек пробыл в нашем доме, выжидая время для нападения.

Сейчас всё это не важно. Кто бы ни влез в дом, это не игра. Растущая тревога берёт верх. Мои колени дрожат, по спине бегут мурашки. Голова начинает кружиться, и земля уходит из-под ног в тёмной комнате. Мелькает мысль о том, смогу ли я пережить эту ночь. Дрожь усиливается, пронизывая всё тело, мешая стоять. Если бы хоть один луч света освещал комнату, я смогла бы сориентироваться. И тогда возможно…

Несмотря на то, что велел мне не шевелиться, мой похититель заставляет меня встать на колени, а затем давит на плечи, пока я не утыкаюсь носом в ковёр. Плечи пронзает адская боль, когда он заламывает сначала одну, а затем вторую руку мне за спину. Раздается треск пластика, и замок защёлкивается на моих запястьях.

Тьма грозит поглотить меня целиком. Единственное, что я ощущаю, — колючий ворс ковра. Я стараюсь успокоить дыхание, но не могу.

Вдох-выдох, вдох-выдох.

Я задохнусь, если не смогу успокоиться.

— Что вам нужно? — Дрожь в теле просачивается в голос.

— Тихой будь, — огрызается мужчина.

— Скажите, что вы ищете. У нас есть деньги. Влияние. Я дам вам всё, что попросите. — Я жалкая. Умоляю. Что угодно лишь бы защитить себя.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

— Закрой. Рот. — Его согнутое колено впивается в мой позвоночник, сильнее прижимая меня к полу. Он грубо дёргает меня за волосы, и я больно прикусываю язык.

— Ай!

Мужик хрюкает, но в этот раз не кричит.

Статический хруст, пластиковый клик. Затем раздаётся приглушенный голос, но я не разбираю слов.