Ставка Гитлера «Вервольф» в пространстве и времени - Иван Загородний

Знаменитый приказ, который Тухачевский выдал в августе 1920 года под руководством Ленина и по указанию Троцкого для Западного фронта не был мерой освобождения западных областей Украины и Белоруссии от врага, а приказом о развертывании мировой революции. Он заканчивался словами: «Во имя мировой революции — вперед на Варшаву, Прагу и Берлин». И если бы Красная Армия захватила Варшаву, то дальше был бы поход на Берлин и Прагу. Но авантюра не удалась, в результате чего к Польше отошли западные области Украины и Белоруссии. Впоследствии потерпели поражение революции в Германии, Венгрии и Болгарии.

Российские большевики столкнулись с выбором. Надо было либо способствовать революции в Германии и в других странах, что в случае неудачи могло привести к потере власти в России, либо требовалось сначала удержать власть в России, но тогда необходимо было маневрировать между странами Антанты. После определенных внутрипартийных дискуссий В.И. Ленин сделал выбор в пользу второго варианта и пришел к выводу, что мировая социалистическая революция «будет… продолжаться многие годы и потребует много труда».

На IV конгрессе Коминтерна в 1923 году он характеризует уже мировую революцию «как историческую перспективу» и опять указывает, что начинать ее нужно через Германию. По его мнению, если в этой стране состоится революция, то вся Европа окажется в лагере социализма. Поэтому он советовал продолжать поддерживать с Германией крепкие связи. Эта идея реализовывалась, прежде всего, в военной сфере.

Концепция двухстороннего военного сотрудничества была определена серией секретных переговоров в Москве и Берлине в 1920–1923 годах. В начале 1921 г. образовывается совместный советско-немецкий трест, куда вошли главные предприятия по производству тяжелой артиллерии (Мотовилиха, Царицын); самолетов (Рыбинск, Ярославль); пороха, снарядов и т. п. Тесное сотрудничество отмечается между немецкими заводами «Юнкерс» и самолетостроительным заводом в Филях, химзаводом «Штольценберг» с химзаводом «Берсоль» по производству отравляющих веществ вблизи Самары, заводами «Крупп» с предприятиями в Туле, Златоусте и Петрограде, где изготовлялись боеприпасы для артиллерии. Пустили корни в Советской России такие крупные немецкие заводы, как: «БМВ» (танковые и авиационные двигатели), «Карл Вальтер» (стрелковое оружие), «Рейнметалл», «Симекс» и другие. На 24 сентября 1921 года был составлен список первого немецкого заказа. Это — 1000 самолетов, 600 пушек, 400 зенитных и армейских пулеметов, 200 бронеавтомобилей и по 3000 штук снарядов к каждой пушке.

16 апреля 1922 г. в пригороде Генуи Рапалло министры иностранных дел Советской России и Германии подписали договор о сотрудничестве во всех сферах деятельности, особенно в военной. Большевики стали первым государством, которое после окончания Первой мировой войны признало побежденную Германию как равноправного партнера, чем грубо нарушились требования Версальского договора.

В развитие дружеских отношений на территории СССР в 1924–1928 годах были образованы военные центры рейхсвера: летная школа под Липецком, танковая школа под Казанью и аэрохимическая исследовательская станция под Саратовом.

Советские руководители, считая немецкую армию одной из наилучших в мире, хотели перенять ее опыт. С этой целью посылали в немецкую академию генерального штаба своих командиров на стажировку. В частности, «искусству военных действий» в немецкой академии обучались Якир, Уборевич, Примаков, Корк и другие красные командиры. В военных учебных заведениях СССР учились будущие немецкие военачальники, которые потом придут с войной на нашу землю: фельдмаршалы Модель (дальняя родственная связь Ленина), Браухич, Кейтель, Манштейн; генералы Горн, Крузе, Файте, Кречмер и многие другие. В это же время десятки красных командиров принимали участие в маневрах рейхсвера. То же делали и представители немецкого командования, посещая СССР.

Одновременно дружеские отношения обоих государств нашли свое отражение и в политической сфере. Особенно это проявилось после того, когда стала прогрессировать деятельность Гитлера и его партии. Сталин рассматривал будущего фюрера как своего единомышленника. Сейчас достоверно известно, что по распоряжению Сталина Советский Союз финансировал приход Гитлера к власти. В 1929 году Сталин через Коминтерн и непосредственно коммунистическую партию Германии (материалы государственного архива России) советует немецким коммунистам симпатизировать национал-социалистической партии и резко критиковать социал-демократов. При таких условиях многие члены компартии порвали с ней связь и вступили в нацистскую партию. В конечном счёте нацисты «на половину», а то и на три четверти были большевиками (материалы Бундесархива Германии). А те, кто не порвал с коммунистами арестовывались. Так, в 1936 году было арестовано 11687 коммунистов, в 1937 году — 8068.

Казалось бы, такое взаимное доверие и атмосфера наибольшего содействия могут перерасти разве что в еще большую дружбу между могучими государствами. Но как при этом быть с ленинской идеей мировой революции и гегемонии? И Сталин остается верным учению своего наставника.

26 января 1924 г. на первом заседании II Всесоюзного съезда Советов, посвященном памяти Ленина, прозвучала знаменитая клятва Сталина, в которой соединились идеи «мировой революции» и «социализма в одной стране». «Уходя от нас, товарищ Ленин завещал нам укреплять и расширять Союз республик. Клянемся тебе, товарищ Ленин, что мы выполним с честью и эту твою заповедь!» — заявил генеральный секретарь ЦК ВКП(б). Союз ССР «имеет глубокое сочувствие и нерушимую поддержку в сердцах рабочих и крестьян всего мира», так как дает им «опору своих надежд на избавление от гнета и эксплуатации, как верный маяк, указывающий им путь освобождения. Но Ленин никогда не смотрел на Республику Советов как на самоцель. Он всегда рассматривал ее как необходимое звено для усиления революционного движения в странах Запада и Востока, как необходимое звено для облегчения победы трудящихся всего мира над капиталом. Ленин знал, что такое понимание является правильным не только с точки зрения международной, но и с точки зрения сохранения самой Республики Советов. Ленин знал, что только таким путем можно воспламенить сердца трудящихся всего мира к решительной борьбе за освобождение… Уходя от нас, товарищ Ленин завещал нам верность принципам Коммунистического Интернационала. Клянемся тебе, товарищ Ленин, что мы не пощадим своей жизни для того, чтобы укреплять и расширять союз трудящихся всего мира — Коммунистический Интернационал!».

А 19 января 1925 г., выступая на пленуме ЦК ВКП(б), Сталин сделал вывод о неизбежности в будущем новой войны, которая «не может обострить кризиса внутреннего, революционного», и заявил, что «в связи с этим не может не встать перед нами вопрос о нашем вмешательстве в эти дела». Однако, хотя революционное движение на Западе сильно и может привести к революции в некоторых странах, «но удержаться им без нашей помощи едва ли удастся». В случае же начала войны и нарастания революционного движения «наше вмешательство, не скажу обязательно активное, не скажу обязательно непосредственное, оно может оказаться абсолютно необходимым. В этом именно надежда на то, чтобы победа могла быть для нас одержанной в данной обстановке. Это не значит, что мы должны обязательно идти на активное выступление против кого-нибудь». Однако, «если война начнется, мы, конечно, выступим последними, самыми последними, для того, чтобы бросить гирю на чашку весов, гирю, которая смогла бы перевесить».

Вскоре его территориальные амбиции проявились на практике. Первым шагом к этому была Испания, где в 1936 году с помощью советских войск планировалось создать просоветское правительство. С этой целью в Испанию были переправлены целые воинские подразделения, множество военной техники и боеприпасов (это в то время, когда советские люди недоедали и жили в тяжелых материальных условиях).

Как свидетельствуют архивные материалы, за тридцать два месяца войны (1936–1937 гг.) Советский Союз в республиканскую Испанию поставил 806 самолётов, 347 танков, более 600 бронеавтомобилей, 1186 артиллерийских пушек, 20486 пулемётов, 500 000 винтовок, 4 млн. снарядов, большое количество других боеприпасов и военного снаряжения. Кроме оружия СССР поставлял в Испанию нефть и нефтепродукты, хлопок, лесоматериалы и т. п. В 1936. году экспорт советских товаров составлял 194,6 тыс. тон на сумму 24 млн. рублей, в 1937 году — 520,1 тысяч тон на сумму 81 млн. рублей, в 1938 году — 700 тысяч тон на сумму 110 млн. рублей. И это не полный перечень всего того что отправлялось Советским Союзом в Испанию. Ради справедливости следует отметить, что часть поставок оплачивалась за счёт испанского золотого запаса, вывезенного в СССР в октябре — ноябре 1936 года.