Прыжок барса - Майя Малиновская

- Ну, теперь это вряд ли, - ответил он. - Почему ты не хотела брать меня с собой?

Он пропустил следующий удар и еще один.

- Потому что ты был неопытным мальчишкой.

- Ты знала меня с детства? - уточнил он.

- Точно. Странник спас ему жизнь. Получив часть его силы, Гай бредил странствиями. Побочный эффект общения со странником.

- Ты хочешь сказать, что моя к тебе привязанность - результат тех событий, и мы знали друг о друге черти когда?

- У меня сомнения, что тот странник связан со мной. А вот ты был на себя в юности сильно похож. Такой же раздолбай.

Эл наградила его хлестким ударом, рассекла ему кожу на лопатке. Но на сей раз, он и звука не издал от боли. В ответ он стал лупить, что было сил. У него сбивалось дыхание, поэтому он перестал говорить. Эл дала ему возможность перевести дух, но он не воспользовался. Эл мягко уходила от ударов.

- Дерись! - фыркнул он. - Не нужно меня щадить.

- Мне неловко.

Край шеста просвистел рядом с ее лицом.

- Эй! Не увлекайся, а то получишь! - пригрозила она.

- Неужели? Хотела мальчика для битья? Не будет этого. Кто кого там побил?

- Я тебя, - с азартом заявила она.

- Видимо не так просто, - усомнился он.

- В нокаут. Да как пирожок у тебя отобрать, - намекнула она на давнюю детскую историю.

Он угрожающе свел брови. Эл сдержалась, чтобы не расхохотаться, ее ухмылка разогревала его злость.

- Я тебя и в лучшие времена колотила, ну, разве что, после миров было не так. Только когда это было?

Ей нравилось то, что сейчас происходило. Он разозлился. Вряд ли это правильный рычаг, чтобы вывести его из состояния апатии, но сейчас - и так сойдет.

Он не унимался. Потасовка стала походить на настоящую. Дмитрий принял условия игры слишком серьезно. Эл была в восторге. Он ударил ее по ногам, она оказалась на земле.

Он хмыкнул и усмехнулся.

- Поднимайся. Или руку даме подать?

Эл встала на ноги.

- Там я не была дамой.

- А кем?

- Пола не было.

- Это как?

- Зависело от того, с кем контактирую. По ситуации.

- А я?

- Ты был парнем. И тебя собирались... - Она вовремя сообразила, что замечание про женитьбу ранит его. - Сделать чиновником. Юридический пост.

- К черту! - бурно возразил он. - Придумала!

- Ей богу не вру, - парировала Эл, переведя дыхание. - Ты противился. Хотел уйти со мной. Ты вызвал меня на поединок с намерением выиграть право уйти со странником. Но ты проиграл.

- Почему у меня был пол, а у тебя - нет? - упрямо твердил он.

- Ярко выраженное мужское начало! - рыкнула она и ударила его так, что он рухнул на спину, из раны на груди потекла кровь.

- Ой-ой! Я переусердствовала, - сказала она. - Всё. Прекращаем.

- Нет, - он поднялся, прокашлялся и поднял шест снова. - Закончим.

- Ди-и-им, - протянула она.

- Бей! - заорал он.

- Сляжешь ведь, - предупредила она.

- Это еще бабушка надвое сказал.

- Дим, я не хочу тебя обидеть. Ну, не справится тебе со мной.

- Докажи!

- Уравняем шансы. - Эл бросила шест и двинулась на него.

- Это не честно, Эл!

- Я его подберу, в процессе. Там так было.

Он поднял шест и швырнул ей.

- Там так же было?

- Нет.

- Тогда делай, как было.

Эл пришлось отступать. Это была натуральная Димкина ярость. "Давай! Давай! Дерись!" - вопила она про себя.

В следующие пять минут поединок приобрел нужный накал, какой бывал в прежние, лучшие времена. Умение и ловкость не умерли в нем, подсознательно вырвались наружу. Не все с нем умерло! Не это! Эл ликовала. Потом в нем включилось то, чему простой человек научиться не способен. Эл поблагодарила сама себя за находку, а остров за помощь.

Она измотала его так, что он пошатывался. Эл ослабила напор, ждала, что он вот-вот отступиться. Прежний уровень выносливости ему сейчас был не по силам, но Дмитрий не унимался. В его характере - либо слечь полумертвым, либо доказать себе что-то, что ему в голову взбрело.

Произошло это во время одного из падений. Он кубарем перекатился и, чтобы она не перестала атаковать, встал на ноги быстро, как смог, отмахнувшись наугад от возможного удара.

Он успел перевести дыхание. Эл умеет бить, поэтому едва ли дойдет до серьезных травм, поэтому он не боялся пропускать удары по корпусу. Боль приносила ему облегчение и бодрила. Но потом он, вроде бы, все-таки получил по затылку. Из глаз брызнули искры. Пространство качнулось и наполнилось гулом, он пульсировал в ушах. Он зажмурился, чтобы вспышка в глазах погасла. Но он продолжал видеть свечение. Оно приобрело четкий контур. От удара зрение трансформировалось. Силуэт двигался в его воображении не зависимо, оттого открыты его глаза, закрыты, и не зависимо даже от его собственного положения в пространстве, словно он посторонний. Ощущения были сродни тому, как он обычно ее чувствовал, но приобрели ненормальную остроту и вид. По качеству ее "силы" он мог определить, что она чувствует и даже ее намерения. Дмитрий в силуэте уловил не Эл, ее облик в его восприятии трансформировался в человека в сером, на ней частично было доспех. Это могло быть то, чем Эл была в видении. Он не смог вспомнить, как его звали. Это была схватка не с Эл, а с тем, из видения. Несколько секунд он подумал, что такое соперничество ему не выдержать, а потом упрямство взяло верх.

Намерения у этого соперника были совершенно очевидными - проверить его возможности. Он бы уже давно слег на траву, но было стыдно сдаться, он же не мальчик из видения, которого победил странник. А еще он понял, чего Эл добивается. Реакций. То, что Тиамит выразил словами: "Слишком глуп, слишком упрям". Неужели он стал настолько неудобен и слаб.

"Давай! Давай!" - услышал он.

Он стал ориентироваться не на силуэт, который мутным светящимся маревом скользил мимо, а на тот сгусток энергии, который почувствовал. Силуэт был обманом, а сила была настоящей. Про себя он обозвал его странником. Появилась возможность опережать ее, он будто бы предвидел следующее действие. Он уходил от ударов, не отвечая на них, пока сил совсем не осталось.

- Эл! Прекрати! - заорал он и кинулся туда, где концентрация силы была самой мощной.

Еще один тумак, а иначе и не назовешь, когда она ладонью хлестко ударила его наотмашь сбоку по голове, и зрение вернулось.

Вот теперь и гул в ушах, и искры из глаз были самыми обычными, как полагается по-человечески.

Он очнулся на земле, его руки сжимали шест, он изо всех сил стискивал его и прижимали к земле плечи Эл, чуть выше - он начнет ее душить. Он всем телом навалился на нее, она сдерживала его натиск одной рукой, другой замахнулась для повторного удара, а в ее глазах читался вопрос и восторг. Через мгновение он сообразил, что не отдает себе отчета в том, что делает. Он лишь хотел ее остановить. Он отпрянул и повалился на траву рядом с ней, сил шевелиться не осталось.