Фантастика 2025-156 - Оксана Олеговна Заугольная

понял, что и он, и Эра сейчас для Легионера лёгкая добыча. И если тот захочет, то запросто прикончит обоих. От этой мысли воина прошиб холодный пот. Он боялся не за себя, разумеется. Его повергало в ужас то, что он не сможет защитить девушку.

— Сейчас мне некогда, — сказал некромаг. — Осталось дело, за которое обещаны хорошие деньги. Долг прежде всего. Когда я с ним покончу, уделю время твоей ведьме, уж так и быть, — рука Эла указала наёмнику на дверь. — Я знаю, где вас найти.

И снова в скрипучем голосе послышалась насмешка. Или нет?

Кезо поспешно выскользнул в коридор и не стал задерживаться — сразу направился в номер, где осталась Эра. Предстояло решить: ждать некромага в гостинице или искать новое убежище?

Воин предчувствовал, что ведьма будет очень недовольна тем, как обернулись обстоятельства. Но случившегося не воротишь, как говорится. Такова жизнь. Что бы ни думала на этот счёт девушка.

Глава 42

Значит, его попытались убить. Эл сел на кровать, уныло скрипнувшую под его весом. И сделал это человек, владеющий магией Чёрной крови. То есть, священник. Что ж, всё сходилось одно к одному. Собственно, обнаруженное по ту сторону этого пласта реальности и так ясно указывало на преступника, и трупы собак только подтверждали личность «еретика». Некромаг глядел, как мёртвые животные медленно таяли, исчезая из гостиничного номера. После них оставались тёмные влажные пятна. Но они должны были рано или поздно высохнуть. В этом поганом городе всё состояло из воды! Отравленной тем или иным жидкости. Всё, кроме того, кто заполнил свои жилы чужой кровью. Эл не представлял, как это повлияло на алхимика. Как изменило его сущность. В кого превратило. Быть может, ему предстояло столкнуться с ещё одним чудовищем. Вполне вероятно. Но в этом и заключалась его работа вот уже… Даже Легионер сбился со счёта прошедших лет!

Эл поднялся. Потянулся, хотя в этом не было необходимости. Но с давними привычками нелегко расстаться. Жаль, что он не смог принять ванну. Проклятая отравленная магией вода!

Оставалось добыть последнее доказательство, хотя, в принципе, оно было уже и лишним. Впрочем, убойный аргумент, в любом случае, некромаг припас на потом. Для публичной демонстрации, так сказать.

Выйдя из комнаты, он запер дверь и прислушался. В гостинице царила тишина, но у неё были уши. И все они были обращены к нему. Усмехнувшись, Легионер направился к лестнице. Он давно привык к возне вокруг своей персоны. Люди никак не могли привыкнуть к тому, что среди них существовал такой… в общем, как он.

Спустившись на улицу, Эл бросил равнодушный взгляд на хозяина гостиницы, сидевшего возле крыльца, надвинул амигасу и двинулся через город. Похоже, Дайн на этот раз пропустил его уход и не торопился следом. Может, задремал?

* * *

У подножия гор раскинулась деревня. Ну, как раскинулась… Приютилась.

Художник заметил торчавшие бледно-жёлтые стены примерно за полмили до поселения. Когда же он приблизился, то подумал, что постройки больше смахивают на руины. Это не удивило его: Пустошь полнилась покинутыми деревнями и городами любых размеров. Но, когда до крайнего здания оставалось совсем немного, Художник слегка замедлил шаг своего коня. В его душу закралось смутное подозрение. Он не знал, что именно смутило, но «руины» совсем не походили на руины. И всё же, деревня производила впечатление покинутой. Этот диссонанс настораживал, так что Художник въехал в поселение медленным, осторожным шагом, прислушиваясь и приглядываясь.

Его лошадь двигалась по главной улице, а фигура всадника напоминала сжавшуюся пружину. Он был готов в любой миг оказаться на земле и ринуться в укрытие. Но в то же время у Художника не возникало ощущения, будто за ним наблюдают. Нет, он не чувствовал засады. Так что же было не так с этой деревней?

Люди словно покинули её в спешке. Тут и там виднелись брошенные корзины, вязанки хвороста, латки, телеги. На земле валялись рассыпанные гнилые фрукты и овощи. На прилавках разлагалось облепленное насекомыми мясо. Смрад щекотал ноздри одинокого всадника.

Похоже, на поселение напали. Быть может, это были беззаконники? Иногда они сбивались в довольно большие отряды и грабили деревни, а то и небольшие города.

Но они всегда оставляли на улицах трупы. Разве что уцелевшие закопали павших, а затем покинули разорённое поселение. Но куда им было податься? Художник поднял голову, обратив взгляд на видневшиеся за крышами горы. Там находился город, который ему предстояло посетить. Последняя точка на его пути. Ну, почти последняя.

Приняли бы там беженцев из этой деревеньки?

Всадник проехал ещё немного и понял, что вонь усиливается. Он повернул голову и потянул носом воздух. Да, смрад звал его вправо. Подчиняясь этому зову, Художник поворотил коня и двинулся в сторону церкви, острый шпиль которой виднелся за двускатной крышей салуна.

Стоило свернуть за приземистый сарай, приткнувшийся к парикмахерской с покосившейся вывеской, как взору всадника предстала гора обнажённых тел. Мужчины, женщины, дети и старики — несколько сотен трупов занимали всю площадь, окружая сложенные в виде башни телеги. Кто-то аккуратно сложил мертвецов с геометрической правильностью, создав их них подобие пирамиды, в центре которой торчала конструкция из повозок. Каждое тело было вскрыто и выпотрошено и походило на огромную чудовищную устрицу на блюде площади. Внутренности же неизвестный развесил на башне из телег — они напоминали новогодние гирлянды. Головы же у мертвецов отсутствовали. Вернее, они имелись, но не на плечах. Некто отделил их и нанизал на оглобли, а кое-где — на жерди, выдернутые из плетней, таким образом, чтобы головы словно плыли в жарком мареве над грудой тел.

Воздух наполняли мухи и другие насекомые, их назойливое жужжание проникало в уши, а смрад застарелого гниения заползал в ноздри.

Художник остановился перед жуткой композицией, обводя её тревожным взглядом. Всё это напоминало его собственное творчество. Нет, конечно, поработал кто-то совершенно другой. И цель у него была иная. Художник собирал расползающийся мир, чинил его, стягивал, не давая швам окончательно разойтись, а тот, кто устроил это… О, местный скульптор исповедовал хаос! Его манило разрушение. Всадник сразу понял это. И ему не понравилось увиденное. Вот именно из-за таких больных ублюдков он и предпринял своё длительное путешествие.

Пальцы тронули поводья, конь переступил с ноги на ногу, но в этот миг внимание Художника привлёк какой-то предмет, блеснувший между телами у самого основания деревянной башни, и всадник заставил животное остановиться. Приглядевшись, он спешился и медленно направился к разлагающейся груде мертвецов.

Глава 43