Жизнь замечательных времен. 1970-1974 гг. Время, события, люди - Фёдор Раззаков

В тот день, когда освободили Бориса Сичкина — 27 декабря, — другого человека, наоборот, арестовали. Речь идет о видном диссиденте Сергее Ковалеве, который являлся одним из самых активных создателей и распространителей крамольной "Хроники текущих событий". Стоит отметить, что еще за несколько дней до ареста Ковалев уже знал о своей участи. 23 декабря в его доме чекисты произвели обыск, а три дня спустя его коллега по диссидентской деятельности Юлий Даниэль назвал конкретную дату ареста — 27 декабря. Единственное, что было неизвестно, — в какое именно время произойдет арест. Оказалось, что утром. Накануне перед этим Ковалев был в гостях у Андрея Сахарова, где провел несколько часов. Как будет вспоминать сам Сахаров, Ковалев пришел к ним поздно и попросил хозяйку — Елену Боннэр — налить ему щей. При этом сказал: "Дай напоследок щец похлебать". Около трех часов утра он ушел. Дома его и взяли.

В те дни новым начальником Первого Главного управления КГБ СССР (внешняя разведка) был назначен Владимир Крючков. С новым назначенцем должен был лично побеседовать Брежнев. На календаре был понедельник, 30 декабря. Далее послушаем рассказ самого В. Крючкова:

"Брежнев принял меня в своем рабочем кабинете в Кремле. Там же был и Андропов. Перед беседой Юрий Владимирович предупредил меня, чтобы я не очень удивлялся, если генсек покажется мне не в форме, главное, мол, говорить погромче и не переспрашивать, если что трудно будет разобрать в его словах. Так что в Кремль я прибыл уже подготовленным. Но то, что я увидел, превзошло все мои ожидания. За столом сидел совершенно больной человек, который с большим трудом поднялся, чтобы поздороваться со мной, и долго не мог отдышаться, когда после этого буквально рухнул обратно в кресло. Андропов громким голосом представил меня. Брежнев в ответ только и сказал: "Что ж, будем решать". Я произнес несколько слов в порядке заверений, и на этом официальная часть процедуры была закончена. Прощаясь, Леонид Ильич снова кое-как встал, обнял меня, пожелал всего доброго и даже почему-то прослезился…"

Спустя примерно час, когда Крючков и Андропов вернулись в КГБ, последнему в кабинет позвонил секретарь ЦК Устинов. Он хотел поговорить с шефом КГБ о здоровье Брежнева: мол, тот настолько плох, что это становится все труднее скрывать от общественности. Андропов согласился с Устиновым: "Да, ты прав. Надо попробовать как-то мягко навести Брежнева на мысль о том, что ему полезней будет уйти на покой". Однако из этой затеи тогда так ничего и не выйдет: Брежнев сумеет взять себя в руки и с помощью кудесников из 4-го Управления Минздрава вновь обретет силы, пусть и не былые, но вполне достаточные для того, чтобы удержаться в кресле генсека еще на несколько лет.

30 декабря в Театре на Таганке должна была состояться читка пьесы "Мастер и Маргарита" Михаила Булгакова. На нее явилась чуть ли не вся труппа — 49 человек. Однако главреж Юрий Любимов читку внезапно отменил: мол, плохо себя чувствую. Тогда было решено устроить прощание со старым годом. Актеры вкупе с присоединившимися к ним рабочими в количестве 20 человек расставили столы и выставили на них разную снедь: шампанское, фрукты, пирожные плюс чай. По ходу дела пиршество внезапно перешло в творческое собрание, на котором каждый норовил высказать наболевшее. К примеру, Любимов долго говорил о внутренней дисциплине в театре, сетовал на то, что не все актеры до конца понимают стоящие перед ними задачи. Актеры слушали своего вожака не перебивая, но едва он закончил, как начался форменный крик и ор. Леонид Филатов обвинял директора театра Николая Дупака в плохом администрировании, а Готлиб Ронинсон бросил упрек самому Любимову: дескать, вы сами, Юрий Петрович, в последнее время задаете тон грубости и неуважения. Зинаида Славина попыталась призвать своих коллег быть справедливыми, но ее тут же одернули другие актрисы — мол, молчи, Зинка, у тебя роли, тебе легко и т. д. Короче, повеселились на славу.

В тот же день в Театральном училище имени Щукина студенты 4-го курса играли премьеру — свой дипломный спектакль "Ромео и Джульетта". В главных ролях были заняты Владимир Вихров и Елена Коренева. Остальные роли достались Екатерине Граббе (Кормилица), Юрию Афанасьеву (Меркуццио), Вадиму Борисову (Бенволио), Юрию Беляеву (Капулетти), Андрею Градову (Парис) и др. Как напишет позднее Е. Коренева, "спектакль "Ромео и Джульетта" стал событием как для курса, так и для училища. О нем даже появились заметки в газетах, думаю заслуженно. Однако наш курс был отмечен странным роком — самое большое количество ранних смертей выделяло его из всех других наборов. Умер Юра Афанасьев — мой Меркуццио, умерла Катя Граббе — моя Кормилица… Трагически оборвалась жизнь хорошенькой и веселой Тани Красусской, Юры Черногорова, Сережи Абрамкина… В тридцать три года умерла моя подруга Света Переладова…"

Однако в том декабре 74-го все перечисленные люди еще живы, молоды, счастливы, полны самых смелых надежд и планов.

Во вторник, 31 декабря, Евгений Петросян в последний раз вышел на эстрадную площадку в роли конферансье, после чего его карьера в этом жанре завершилась (длилась она 12 лет). С Нового года он окончательно и бесповоротно ушел в речевой жанр, хотя были люди, которые настоятельно советовали ему не делать этого: дескать, нельзя бросать надежно освоенное дело. "Пропадешь в другом качестве, это рискованный шаг". К примеру, замдиректора ГЦКЗ "Россия" Л. Фельдман не скрывал своего траура: "Ты же ведешь все лучшие концерты в нашем зале! Неужели тебе этого мало?!" И все же у Петросяна хватило смелости не прислушаться к этим советам. В итоге, наша эстрада приобрела еще одного талантливого юмориста, коих в те годы, кстати, в нашей стране было не так уж и много.

Кстати, выступив с последним конферансом, Петросян отправился в одно из столичных увеселительных заведений, где в кругу своих коллег и справил наступление Нового года. Поднимая с боем курантов бокал с шампанским, Петросян загадал, чтобы наступающий год непременно принес ему успех в новом для него деле.

Другая наша звезда — Аркадий Райкин — встречал Новый год в доме своего московского друга Кассиля. Как пишет дочь великого сатирика Екатерина Райкина, "было, как всегда, весело, вкусно, уютно, с лотереей, с интересными людьми, с интересными забавами, смешными рассказами, с надеждами, как всегда, устремленными в новый год…"

Вместе с Райкиным там же была и его супруга Рома, которая так же, как и все, поднимала бокалы за счастье в наступающем году. Увы, эти надежды не оправдаются: спустя несколько дней ее сразит тяжелейший инсульт.

Не знает своего будущего и звезда советского кинематографа Любовь Орлова, которая волею судьбы встречает свой последний Новый год в жизни. Врачи обнаружили у нее рак, и в сентябре Орлова легла в больницу. Однако совершить чудо врачам не удалось — болезнь прогрессировала. Понимая, что дни Орловой сочтены, врачи "кремлевки" разрешили ей последний в жизни Новый год встретить дома, а 1 января она должна была вернуться. Как пишет Д. Щеглов, "она многим звонила в тот последний вечер уходящего года. Поздравляла, говорила, что чувствует себя сносно, что, скорее всего, в январе поживет пару недель во Внуково — только ненадолго заедет в больницу.

Никто за все время болезни Орловой не мог вспомнить, чтобы она хоть раз пожаловалась на боль. Словно боли не было вовсе, или это сама болезнь действовала с деликатной разрушительностью, присущей смерти.

Без одной минуты до Нового года Орлова и Александров вышли из дома (они жили на улице Горького, в доме, под окнами которого нынче расположен "Макдоналдс". — Ф. Р.). Все как обычно, кроме одного. Это был первый Новый год, который они встречали не во Внуково…

В ту ночь в Москве валил густой снег, было нехолодно. Дойдя до "Метрополя", Орлова и Александров вернулись по другой стороне улицы Горького и до двух часов ночи гуляли по Тверскому бульвару. Это была очень тихая и очень медленная прогулка. Им было что вспомнить в ту снежную ночь и что сказать друг другу…"

Во второй половине декабря в столичных кинотеатрах состоялось несколько премьер: с 16-го начал демонстрироваться детский фильм Эдуарда Гаврилова "Кыш и Два портфеля" с участием Андрея Кондратьева, Леонида Куравлева и др.; 23-го — "Соленый пес" Николая Кошелева, в ролях Владимир Меньшов, Татьяна Шестакова и др.; 30-го — "Последняя встреча" Бориса Бунеева, где снялись Геннадий Сайфулин, Владимир Меньшов и др.

Кино по ТВ: "Северный вариант" (премьера т/ф), "Барьер неизвестности" (17-го), "Мы — русский народ" (18-19-го), "Странные взрослые" (премьера т/ф), "Нагая пастушка" (ЧССР) (21-го), "Веселые ребята", "Самолет уходит в 9", "Мама вышла замуж" (22-го), "Большая перемена" (24-27-го), "Морские ворота" (премьера т/ф 25-го), "Карнавальная ночь" (27-го), "Волшебная лампа Аладдина" (28-го), "В лазоревой степи", "Общая стена", "Здравствуй, сосед!" (премьера к/м), "Похищенный" (ГДР, 29-го), "Горя бояться — счастья не видать" (премьера т/ф 30-31-го), "Ура! У нас каникулы!" (впервые по ТВ), "Лев Гурыч Синичкин" (премьера т/ф 31-го) и др.