Рыкарь - Никита Гримм

гарантии невмешательства в производство и развитие компании, ну и обеспечение защиты компании от посягательств других высоких родов.

— А нам это что принесет? — Скрестил руки Император.

— Долю в двадцать два с половиной процента в компании. — Ответил Михаил Васильевич.

— Контрольный пакет?

— Нет. — Покачал головой Михаил Васильевич, — Равная доля. Десять процентов акций разделены пополам и отданы родам Кобылиных и Волковых.

— Лихо. — Ухмыльнулся Александр Васильевич, выбивая дробь пальцами по подлокотнику кресла, — и ты, разумеется, постарался на него «наехать» в своей манере? То ли ротного старшины на молодого, то ли бандита из братвы?

— Попробовал, но он не повелся. Не огрызался, не угрожал, не просил, давил аргументами и вышибал мой бычий напор, как профессиональный тореодор. — Улыбнулся Великий Князь.

— Вижу, он тебе понравился. Иначе бы ты так не вписывался за него. Какой это уже раз? Третий? — Император взялся за свою чашку.

— Так ты помнишь его! — Щелкнул пальцами Великий Князь.

— Помню, помню, все-таки сын подруги детства императрицы. — Усмехнулся Император, — Один раз ты его отметил после дуэли в роли секунданта, второй раз он сам был одним из дуэлянтов, при этом провинциальный дворянин выбил все д*рьмо из княжича Юсупова. И сейчас уже третий раз. Это уже входит в привычку.

— Если он несет пользу для Империи, буду за него просить и дальше. — Ответил Великий Князь.

— Все ради Империи? — Напомнил старую клятву Император.

— Все ради Империи. — Кивнул Великий Князь.

— Хорошо, тогда давай впрягаться в эту упряжку. Только сам документы подписанные не передавай. Пока слишком много чести для молодежи нашей будет, пусть и очень талантливой. Отдай документы Кобылину, пусть он молодежь обрадует. И давай накинем им в бюджет от родовой казны. Бонус за выдержку и самообладание, так сказать. Сколько они вначале вносили известно? — Император взял в руки ручку с рабочего стола и начал подписывать документы из папки.

— Точно цифры нет, но по оценке «на глаз» нашим инженером, которого я брал с собой, тысяч двести со стороны, но он не видел оборудования передатчиков. — Ответил Михаил Васильевич.

— Тогда давай перестрахуемся и закинем три сотни. Мы не обнищаем, а статус рода поддержим. Работать с нами должно быть приятно с самого начала. — Подмигнул Император брату.

— Хорошо, так и сделаю. Распоряжение о переводе отдам сегодня же. — Кивнул Михаил Васильевич, наблюдая, как Император подписывает каждый документ в папке из коричневой кожи.

Братья помнили клятву, которую дали только друг другу на восточной границе почти двадцать лет назад. И пусть в Империи их одними из лучших представителей правящей династии еще при жизни, за границей их боялись до дрожи. Двое молодых мужчин в прошлом смогли заставить бежать весь атакующий восточный корпус. И это за границей все прекрасно помнили…

* * * * *

РИ, Санкт — Петербург, улица Декабристов, дом 21/2, 23-ое ноября

Я еле встал этим субботним утром. После вчерашней смены просыпаться просто не хотелось. Как и бодрствовать вообще. Это ночка выдалась безумной. Добротная такая авария на подстанции обернулась хорошим количеством ожогов для бригады электриков, которых, по итогу, привезли именно к нам…

Так что дома я был не к полуночи, а к четырем часам утра. Но проснуться пришлось в десять, выполнить утренний комплекс тренировки, принять душ и, так до конца и не проснуться. Была последняя надежда в виде благородного утреннего напитка. Так что сейчас я в «ватном» состоянии старался сварить себе утренний кофе…

Получалось откровенно паршиво. Вдобавок, меня от этого священного утреннего обряда отвлек противный тройной писк. И это писк уже трижды повторился… Господи, кого мне нужно превратить в жабу, чтоб этот отвратительный треск закончился?! А! Стоп! Так это же мой звонок входной!

Пришлось идти и открывать входную дверь. Пока я шел, звонок выдал тройной перезвон еще дважды. Когда я открыл входную дверь, за ней стоял нервно переминающийся с ноги на ногу Саша Кобылин.

— Танцуй! — Выдал Кобылин — младший, как только меня увидел.

— Чего? — Не понял я.

— Танцуй! — Повторил Кобылин — младший, крутя в руке папку из коричневой кожи.

— Саша, я тебя ни фига не понимаю. — Покачал головой я, — проходи, холодно на улице. Кофе будешь?

— Мне, может быть, и кажется, но твой кофе уже сбежал. — Ответил Саша, вдыхая аромат, идущий из квартиры.

— Блин! — Вот тут этот чудесный аромат добрался и до меня.

Тут все ватное состояние моментально испарилось, и я на «Шаге Тени» моментально оказался рядом с плитой. Увы и ах! Даже это не спасло мое утреннее таинство! Кофе в запасе больше не было, новый я купить забыл, так что на сегодня я остался без кофе!

— Кобылин! — Прорычал я, оборачиваясь, — благодаря тебе от меня смог сбежать самый благородный напиток этого мира, и запас зерен в этом храме, — я указал рукой на верхнюю полку кухни, — закончился. Так что я очень надеюсь, что у тебя о-о-о-о-очень веская причина, иначе я тебя прямо здесь до смерти залечу…

— Э-э-э-э-эй-эй-эй-эй-эй, волчара, выдыхай! У нас тут праздник намечается! Ладно, ладно! Отдам без танцулек! — Кобылин положил кожаную папку на стол и отошел на три шага от стола, — и верни, пожалуйста, нормальные глаза и цвет кожи, а то хуже мертвеца смотришься со стороны.

Я выдохнул, возвращаясь в нормальную форму, и взял в руки папку, которую привез Саша. Открыв в папку, я начал читать вслух золотые строчки, отпечатанные на очень дорогой бумаге:

— Компания «БВК» решением комиссии Золотого Гранта «Императорской Руки» получает право на использование из бюджета Империи одного миллиона рублей в течение пяти лет с момента получения данного сертификата за вклад в развитии науки и технологий. Император Всероссийский Александр Четвертый. Подпись.

С каждой новой строчкой глаза мои расширялись все больше, а сердце стучало все чаще…

— Он подписал? — Я поднял глаза на Сашу, потом опять перевел взгляд обратно на документ, — САША, ОН ПОДПИСАЛ! ОН ПОДПИСА-А-А-АЛ!!!

Я начал прыгать на месте, как пятилетний ребенок, который на Новый Год получил железную дорогу. А Кобылин стоял и выражением лица был похож на кота, обожравшегося сметаны, и после этого ему положили прямо к носу кусочек кошачьей мяты, от которой он просто лениво «тащился»…

— Кто передал документы? — Спросил я, успокаиваясь.

— Дед. Да ты и остальные документы просмотри. Там ой как интересно. — Саша указал на коричневую папку.

Я начал перебирать остальные документы, тут были и экземпляры документов по передаче семи с половиной процентов от каждого из нас троих, при этом на каждом из экземпляров уже стояла подпись самого Императора. А в конце лежала прекрасная бумага — вексель