Эхо заснувших болот - Ксения Комал

единственной футболки – уж лучше бы в мокром сидела. Темнота становилась ощутимо опасной, пора было бежать, но рациональные импульсы мозга организмом предательски игнорировались.

– Да, почему?

– Ты женат!

– Сказал же, разведусь.

– Как у тебя всё просто!

– Зато у тебя – проблема на проблеме.

– Мои проблемы – не твоё дело!

– Это ты ко мне пришла.

Поскольку крыть было нечем, Алиса насупилась и с полминуты подбирала слова, а потом вдруг вспомнила:

– Я пришла рассказать о сундуке!

– Рассказала? Отлично, можешь идти.

Девушка гневно вспыхнула, радуясь, что он этого не видит, и действительно собиралась удалиться, но Герман резко сел и схватил её за руку.

– А можешь не идти.

Она замерла, чувствуя пульсацию под его пальцами и не решаясь их стряхнуть. Дар речи моментально куда-то делся, дыхание сбилось, в голове образовалась чарующая пустота, которая ужасно нервировала, но в то же время затягивала и гипнотизировала.

– Останься, – совсем другим тоном попросил он, и было ясно, что для него это и правда важно. – Останься и всё.

– Ты женат, – обречённо пробормотала Алиса, начиная подозревать, что скоро не сможет говорить о чём-то ещё.

– Не навсегда. И я не изменяю. – Герман лёг обратно и осторожно потянул её за собой, переживая, что она передумает. Опасения были напрасными, поскольку от любых здравых мыслей девушка была очень далека, а сопротивляться и вовсе была не способна.

– Как это не изменяешь? – всё же уточнила она, хотя ответ никого не интересовал.

– Вот так. – Он пристроил её голову на своей груди, мягко обнял и поцеловал в макушку. – Спи.

* * *

Когда Алиса открыла глаза, он уж не спал, лежал, по-прежнему прижимая её к себе, и смотрел на лицо – спокойно, задумчиво и нежно. От этого взгляда было не по себе, но и отворачиваться девушка не собиралась. Время перестало иметь хоть какое-то значение, а всё остальное казалось далёким и несущественным, будто из другой реальности. Через тонкую ткань футболки Алиса чувствовала его тепло и с лёгкой горечью понимала, что настолько уютно ей не будет уже никогда и ни с кем. Нет, пожалуй, даже не уютно, а правильно, естественно, так, как должно быть.

– Вы вставать собираетесь? – безрадостно донеслось с улицы. Заглядывать в палатку Нинка явно стеснялась, но, не дождавшись ответа, просунула внутрь руку и бросила на пол Алисину одежду. До конца высохнуть она не успела и всё ещё отдавала гнилостным душком, однако девушка попросила Германа отвернуться и, облачившись в привычные вещи, отложила его футболку. Встречаться с ним взглядом было немного страшно, достойная тема для светской беседы никак не находилась, и, смущённо повздыхав, она первой выбралась на улицу.

Сумрачная физиономия Игоря за ночь приобрела явственный пропечённый оттенок (почему-то после пожара это было не так заметно) и слишком сильно контрастировала с чудесным солнечным утром и жизнерадостным пением птиц. Поначалу Алиса несколько усовестилась, но затем взяла себя в руки и преспокойно уселась к догоравшему костру, надеясь, что так одежда высохнет быстрее. Какое-то время молодой человек с мученическим видом терпел её присутствие, потом отошёл и занялся в отдалении чем-то невероятно важным, зато на его место тут же опустилась Нинка.

– Ты сбрендила? – коротко полюбопытствовала она, почему-то отводя глаза. Поскольку именно от подруги Алиса рассчитывала получить хоть какую-то поддержку, вопрос показался оскорбительным, но вместо того чтобы ответить в том же духе, она принялась оправдываться.

– Ничего не было.

– Да, я заметила.

– Мы просто спали.

– И это заметила тоже.

– Слушай, какого чёрта? – не выдержала Алиса. – Можно подумать, что это твой муж, а не чужой.

– А ты, видимо, считаешь, что теперь твой?

– Он планирует развестись, – буркнула девушка, прекрасно понимая, насколько глупо это звучит.

– Свежо предание, – покачала головой Нинка. – Но ничего, не переживай. Ты чуть не погибла и поэтому ищешь какую-то защиту, сильное плечо…

– Нет, – твёрдо сказала Алиса, и когда произнесла это вслух, действительно поверила.

– Что – нет?

– Мне нужно не просто сильное плечо, а именно его плечо. И не только плечо, всё остальное тоже.

– Зачем? – простонала подруга. – Ну вот зачем ещё больше усложнять жизнь себе и всем нам?

– Вы-то при чём?

– Да при том… Кто будет тебя успокаивать, когда вернётся эта Марина? Кто будет оттаскивать её от тебя, когда она попытается повыдёргивать тебе космы? Кто будет оттаскивать тебя от Германа, когда ты попытаешься повыдёргивать космы ему…

– Нет у него никаких косм, – огрызнулась Алиса. – И вообще, не твоё дело!

– Конечно, не моё. Пока не выйду замуж и не познакомлю тебя со своим благоверным.

– Дура, – не сдержалась девушка. – Ты думаешь, я в восторге, что ли? Прям плясать готова оттого, что он женат?

– Думаю, что тебе всё равно, – с глубокой горечью ответила Нинка. – А когда перестанет быть всё равно, будет уже поздно.

– Для чего?! Для чего поздно?

– Не знаю. – Завидев Германа, подруга резко поднялась и направилась к тосковавшему в сторонке Игорю. Алиса была огорчена и не понимала причину такой бурной реакции; на щеках проступили красные пятна, которые обычно появлялись во время сильного волнения, хотя сейчас она его почти не испытывала – лишь растерянно гадала, когда и где успела перейти Нинке дорогу.

– Воспитывает тебя? – Герман мягко провёл пальцами по её спине, и девушка подумала, что за этот невинный жест вполне могла бы навсегда оставить невезучую Марину в чёртовом лесу. Наваждение мгновенно прошло, но неприятный осадок прочно угнездился где-то в груди, и Алиса вдруг сообразила, что ему сейчас ещё хуже. Намного хуже.

– Слегка.

– Меня тоже пыталась.

– Не пошло?

– Ну, если даже у моих родителей не задалось… – Мужчина с минуту молчал, глядя на тёмную речную воду, по которой то и дело прыгали невесть откуда взявшиеся солнечные зайчики, и всё так же, не поворачиваясь к Алисе, произнёс: – Мы с ней вместе только пару лет. И честно говоря, с самого начала всё как-то не так. Живём нормально, но по сути – чужие люди, нет у нас настоящей близости.

– А со мной есть? – тихо спросила она, хотя ответ прекрасно знала.

– Я бы не стал на ней жениться, если бы мог предположить… Предположить, что…

– Что однажды встретишь кого-то вроде меня? – Девушка артистично взмахнула ресницами и приняла кокетливую позу, надеясь настроить его на менее серьёзный лад, но Герман не поддался.

– Что однажды что-то почувствую. Думал, вообще на это не способен, да и не нуждаюсь особо.

– А теперь нуждаешься?

Он легко улыбнулся и наконец на неё посмотрел.

– Теперь мне придётся найти хорошего психотерапевта и до конца дней пить успокоительное, потому что волноваться