Клуб 'Новолуние' - Николай Покуш

class="p1"> Он высунулся из укрытия и увидел, как по лестнице кто-то быстро спускается. Со своей позиции Фокс не мог видеть кто именно бежит, но свои это быть не могли, они все на улице, а потому он не колеблясь вскинув винтовку и пустил по ним очередь.

***

Они сбегали по ступеням на первый этаж, к Максу. Граймс бежал первым, а за ним Каста, и девушка увидела, как на последней ступени парня впереди поразила чья-то меткая очередь. Три или четыре пули прошли сквозь грудь и Граймс как подкошенный упал лицом вперед, а Каста, которая была бы на ступень ниже тоже попала бы под пули, перемахнула через перила и села на корточки, скрываясь под лестницей от стрелка.

Граймс лежал всего в полуметре от нее, он хрипел и булькал, а под ним расползалась темная лужа крови. Но самым ужасным было то, что он продолжал смотреть на нее. Тело содрогалось в предсмертных конвульсиях, а глаза взирали на Касту с мольбой. Уже второй раз за последние несколько дней она видела чью-то смерть так близко, что могла разглядеть во всех подробностях, как именно жизнь оставляет человеческое тело. Это и в первый то раз было ужасно. Но в отличие от Дуэйна, погибшего быстро, Граймс еще пытался цепляться за жизнь, которую уже никак не мог удержать, и полные ужаса, от осознания предстоящего конца глаза уставились на нее. Каста отвернулась, не вынесла этого взгляда.

- Я не могу помочь тебе, – прошептала она, чувствуя как по щекам катятся горячие слезы. – Прости. Прости. Я не могу...

Но, даже отвернувшись, она все равно слышала влажные хрипы, и воображение против ее воли дорисовывало картину умирающего человека. Вот только Каста уже не понимала, чьи конкретно глаза взирают на нее изнутри сознания, этого Граймса, с которым она не перекинулась и словом, или Дуйэна, которого знала много лет. В конечном счете, это не имело значения, ведь Каста поняла, что смерть выглядит одинаково в обоих случаях.

«Они гибнут из-за тебя, Блэки» - Каста дрожала, но не от страха, от ярости, которая разрывала ее сердце. Ярости к Блэки и ко всем виновным в этих смертях.

Ярость предала ей силы, и быстро высунувшись из-за лестницы, чтобы атаковать стрелявшего в них человека, она увидела его бегущим через зал к меху и тут же выстрелила.

***

Решив, что пристрелил спускающихся на помощь Максу людей, Фокс принял решение изменить позицию в зале, и жестоко поплатился за свою поспешность. Первая пуля прошла в сантиметре от его уха, а вторая вонзилась в плоть, и боль обожгла его левое плечо. Он вскрикнул и, пустив очередь наугад, куда-то в сторону лестницы, ринулся вперед к груде поломанной ногами медвежонка мебели, которая теперь могла послужить неплохим укрытием.

***

Каста, вовремя укрывшаяся от стрельбы под лестницей и оставшаяся невредимой, высунулась снова, и прежде чем беглец успел прыгнуть за поваленные столы и стулья, выстрелила в него трижды, но не могла сказать, попала ли в цель хоть раз - ее противник оказался весьма проворен.

***

«Зачем ты вылез, идиот?! Зачем вылез?!» - ругал себя Фокс, лежа за баррикадой и зажимая ранение в правом боку. Рана обильно кровоточила, но пуля прошла навылет и не задела жизненно важных органов. Такие ранения Фокс получал множество раз в своей жизни. Куда серьезней дело обстояло с плечом. Пуля застряла в кости и рука быстро немела. Радовала одно - боли не было, за что он мог сказать спасибо адреналину. Фокс лежал, сжимая винтовку, боясь высунуться но во что бы то ни стало желая добраться до этого стрелка и отправить его на тот свет.

***

Блэки выпустила по стрелявшим со второго этажа людям свою последнюю ракету. Прогремел взрыв и нижний зал засыпало обломками интерьера, мебели и фрагментами человеческих тел.

Вести огонь по меху перестали, и программа обнаружения целей утверждала, что балконы над залом пусты. Блэки решила, что даже если там кто-то и остался на ногах, то предпочел убраться восвояси. Она очень надеялась на это, так как оставаться в душной кабине машины ей стало уже невыносимо. И дело было не только в том, что Макс ударом лезвия насквозь пронзил ее левую ключицу, от чего левая рука теперь слушалась очень плохо. Главное проблемой было то, что прямо за кабиной располагались батареи реактора, и лезвие там что-то повредило, от чего температура внутри меха стала стремительно подниматься, и к данному моменту Блэки чувствовала, как образовываются ожоги у нее на спине.

Она сняла захваты, открыла кабину и спрыгнула. И тут же услышала яростный рев.

Макс уже был на ногах и полностью боеспособен. Как обезумивший бык, он ринулся на Блэки, и на его руках полыхали белые лезвия. Та быстро перекатилась вперед, давая Максу пронестись мимо. Она выхватила пистолет из кобуры и, развернувшись, выстрелила навскидку. Пуля почти попала в цель. Почти…

Макс махнул лезвием, Блэки подалась назад, но все же не успела отвести пистолет, и его ствол было аккуратно срезан плазменным клинком.

- Я ждал тебя, Блэки! – прорычал Макс. – Знал, что ты придешь, сука!

Блэки откинула остатки пистолет в сторону.

- Вижу, ты присвоил себе мои вещи.

- Ими я тебя и покромсаю, – в глазах Макса плясало безумие.

Он с ревом ринулся вперед и начал наносить удар за ударом. Уворачиваясь от них, Блэки отметила про себя насколько он быстр. Попыткам провести контратаку мешала недееспособная левая рука и неистовый натиск Макса в купе с его навыками ближнего боя не оставляющий шанса на ответный удар. И все же Блэки удалось извернуться, уйти от очередной атаки лезвием и, оперившись на правую руку нанести удар массивной подошвой своего ботинка по лицу Макса.

Будь на его месте кто-либо другой, точно лишился бы чувств от такого удара. Но Макс лишь сделал пару шагов назад, тряхнул головой и снова был готов к бою. Из его разбитых губ и сломанного носа ручьями лилась кровь, но во взгляде пылали все те же решительность и злоба.

Хрипя, он вновь ринулся в атаку, тесня Блэки к сцене. Не рассчитав, как быстро они окажутся