17 - Prelude - Люси Сорью

— Я поняла. Прошу прощения. — кивнула Лэндлайт. — Но позвольте поинтересоваться, а когда мы его увидим?

— Скоро. Буквально минут пятнадцать-двадцать лёту. Спокойствие, прошу вас. — попросил Лейдзи и продолжил, как ни в чем не бывало, наблюдать за приборами.

***

Неопознанный остров-полигон КЭГ, Индийский океан

Остров был маленьким, едва ли больше Старой Дэдзимы[43] — тоже примерно 120 на то ли 80, то ли 90 метров. Он был полностью песчаным, и его уже начало размывать море, едва касавшееся здоровенного, занимавшего большую часть острова, ударного кратера, стенки и дно которого были покрыты… да, стеклом; от остаточного тепла после удара лазера песок превратился в стекло.

— Полковник Лэндлайт. — торжественно произнес Второй, заставив конвертоплан зависнуть над островом, на краю кратера. Свет фонаря отражался от хрупкого стекла. — Позвольте мне преподнести вам этот остров. Он ваш, и он сможет пошатнуть под КЭГ пъедестал монополии на лифтоперевозки в восточном полушарии. Если вообще не выбить.

— Благодарю вас. — ответила полковник. — Вы слишком добры. Позвольте поинтересоваться, вы ведь сделали это из каких-то лучших побуждений?

— Упаси меня боже. Я всего-то отдаю долги. А после всех этих свистоплясок дни "Кидо Эревейта Груп" сочтены. Вы сами знаете, сколько есть претендентов на лифтоперевозки: "Росорбита", "Хинду Аэроспейс", "Вирджин Галактик", "Аль-Синистра"… думаю, долго перечислять не надо. А насколько мне известно, "Анубис-Хед" должен также предотвращать межкорпоративные конфликты: так вот он, назревает. И преступление с использованием эш-ка налицо.

— Тогда нам потребуется привлечь "Синамуру" как соучастников.

— Как свидетелей. — улыбнувшись уголками рта, поправил ее Синдзи. — И пострадавших заодно. Не забудьте, что мы сотрудничаем, и лично я был бы только рад вам помочь, благо рычагов давления у нас, если верить Лейдзи, целый набор. А у меня нет оснований ему не верить.

— Но ваше решение будет зависеть от решения совета директоров?

— От решения моего отца, а потом уже совета директоров. — вновь поправил Люцию Синдзи, все так же незаметно улыбаясь.

— Простите. Лейдзи, вы бы не могли посадить нас?

— Мог бы. — откликнулся брат. — Но зачем?

— Я бы хотела рассмотреть кратер поближе.

— Ваше желание для нас закон. Сейчас сядем, пристегнитесь, пжалста. Бро, по команде выдвинешь шасси.

— Понял. — кивнул я. Он щелкнул тумблерами на приборной панели над головой, переводя двигатели в режим вертикальной посадки.

Конвертоплан приблизился к поверхности острова, поближе к кратеру, и медленно опустился вниз; по сигналу Второго я выдвинул шасси, и "Буззард" резко качнулся, коснувшись колесами земли. Двигатели выключились. Я снял шлем, отстегнулся от кресла и толкнул дверь, вдохнув свежий ночной океанский воздух.

— Господин Синамура! — Люция уже стояла у самого края кратера, в чуть приглушенном свете фонарей конвертоплана. — Вы бы не могли подойти сюда?

Синдзи пожал плечами и медленно, проваливаясь в песок, прошел к полковнику. Та, как только он подошел, обворожительно улыбнулась ему и сняла очки.

Да, даже ночью, в тускло освещенном конвертоплане, Люция Лэндлайт не снимала темных очков.

— Знаете, — произнесла она, ни к кому вроде не обращаясь, — почему я ношу темные очки? Потому что свои родные глаза я когда-то потеряла. А когда мне имплантировали искусственные, случилось частичное отторжение. Яркий свет, в том числе и дневной, причиняет моим глазам сильную боль. Вот и все. Но сейчас я просто хотела устроить вам небольшой сюрприз. Лейдзи, Лелуш, подойдите сюда, пожалуйста.

Я послушался и подошел первым, посмотрел в лицо Люции и непроизвольно ахнул — на меня смотрел я сам. Более женственный я, конечно, и чуть постарше, но все черты — глаза, брови, нос, рот, скулы — были практически точь-в-точь.

Похожая гамма эмоций на секунду отразилась и на лице Второго, но он нашел в себе силы сдержаться и спросить:

— Полковник, похоже, я не совсем понимаю…

— Я сама ничего не понимаю! — отрезала она, оборвав его на полуслове. — И поэтому я хочу потребовать обьяснений. Господин Синамура, ваша семья создала и воспитала этих двух людей. Вы росли с ними вместе, как братья. И уж вы-то должны знать, почему, каким образом они настолько похожи на меня!

— Кстати да, Синдзи. — поддержал ее я. — Это все как-то слишком странно, не находишь?

— Не-а. — только и промолвил Синдзи.

— Что?

— Не-а, не странно. И тем более не слишком. — он обвел нас троих глазами. — Просто у вас ДНК одинаковые, и все тут. И не знаю, парни, кто вашей внешностью занимался, и случайно ли так получилось, но даже лица у вас вышли точно такие же, как у дражайшей полковника Лэндлайт. Полковник, скажите, ведь вы сразу заметили?

— Да. Я заметила. И решила провести небольшое расследование, но…

— …Но ничего не нашли, верно? Позвольте поинтересоваться, а как поживает ваш почтенный отец, сэр Феникс Лэндлайт?

— Отец? — вопрос застал Люцию врасплох; меня опять охватило чувство дежа-вю. — Отец погиб три года тому назад при исполнении. Миротворческая операция с наивысшим приоритетом в Кот Д'Ивуаре. С личным вмешательством британской короны.

— Что ж, примите мои соболезнования, прошу вас. А ведь будь сэр Лэндлайт, рыцарь Ордена Единорога[44], сейчас среди живых, он бы пролил достаточно света на это дело. Теперь единственные, кто знает об этом все, или почти все — я, мой брат Рюдзи и наш отец. Персоналу, работавшему над братьями Вольфр-Икаруга, был запрограммирован килл-свитч. Они умерли в разное время, но по одной причине — инсульт. И умерли как раз перед тем, как успели что-либо разболтать. А тут и сэр Лэндлайт унес свою часть тайны в могилу. Жаль, право слово, очень жаль…

— Прекратите рассыпаться в извинениях и сожалениях. Я уже, кажется, догадываюсь, причем тут мой отец, но я хочу услышать информацию из первых рук.

— Ну, ваш почтенный отец, царствие ему небесное, оказал нам незаменимую услугу. Моему отцу, Такаси Синамуре, пришла идея создать высококлассных операторов самому. Пускай для этого пришлось бы долго ждать, да и затраты были катастрофические, но таких людей не наймешь нигде, за них слишком крепко держатся государства. Но с нуля человека не сделаешь, и поэтому Такаси обратился к сэру Фениксу за генетическим материалом.

— Собственным?

— Собственным. Сэр Феникс не стал отказывать другу, тем паче что и оплата была, как я понял, достойной. Вот и все. По идее, вы не должны были получиться настолько похожими, но раз так вышло — это просто неприятное совпадение.

Лэндлайт невольно отступила назад и оступилась на песке; очки, которые она держала пальцами, упали оземь. Оказавшийся тут как тут Линдсей подхватил ее за плечи.

— Извините. — потупился Синдзи. — Я не хотел никого шокировать.

— Но… но это же просто нечестно! — воскликнула Люция; вся ее уверенность и сила словно бы разваливались, как карточный домик. — Почему тогда отец мне ничего не сказал?

— Они решили, что так будет лучше.

— Лучше? — к ее чести, голос Люции так и не сорвался на откровенно истеричные нотки. — Лучше? Чтобы я не знала, что у меня есть братья? И чтобы они даже не знали, из чьих генов они были созданы?

— Только генетические братья, и ДНК Лэндлайтов было лишь базой…

— Кровь-то у нас одна! — отрезала она. — Я имела право знать! И они тоже! А так… а так…

Синдзи словно осунулся, уперев взгляд в землю.

— …нас троих всю жизнь обманывали, только и всего. — тихо закончила она и замолчала.

Наверняка ей тяжело было переварить этот факт. Мне, признаться честно, было не легче; вся ситуация казалась абсолютно нереальной. Второй тоже молчал.

— Обманывали, значит. Синдзи, все это… это ведь не ложь, верно? — спросил я; голос все-таки ухитрился предательски дрогнуть.

Синамура-младший печально кивнул головой.

— И можно проверить?

— Да.

— А, ну и пускай. Правда — значит правда. — все так же тихо и без особого энтузиазма высказался я. — Вы, э-э, тут так и будете всю ночь стоять и проникаться драматичностью момента, или мы уже полетим?

— Бро, ты чего? — всполошился ни с того, ни с сего, Лейдзи. — Чего не так-то?

— Спокойно, без пены. — я повернулся и встретился с ним взглядом, в котором ясно читалось недоверие, растерянность и еще что-то, уже не настолько понятное. — Лично я спокоен, и я хочу убраться отсюда. Я многого прошу?

По правде говоря, я сейчас тоже перебывал в некоем смятении, но уже что-то внутри меня остановило попытавшийся выплеснуться наружу поток эмоций.