Меч богов - Брюс Р. Корделл

Глаза Аратейн сузились.

Он продолжил, стараясь чётче формулировать свои мысли.

- Так получилось, что в результате наших поисков мы привлекли к себе их внимание. Один раз они уже пытались от нас избавиться.

Встревоженно нахмурившись, королева бросила быстрый взгляд на Карменере.

- Это было до того, как они пришли ко мне, - произнесла серебряная звезда. – Не волнуйся, тётя.

- В любом случае, - продолжил Демаскус, - всё указывает на то, что этот культ обосновался в штаб-квартире кабала Огненного Шторма. Проблема в том, что…

- Объяснись, - потребовала королева. Улыбка исчезла с её лица. Серебристые линии зулдар вспыхнули, пробудившись к жизни.

- Ваше Высочество, - вмешался Чант, - лейтенант Лехерен дала мне и Демаскусу задание поискать следы активности культа в башне Чевеша, огненного мага. Мы узнали, что, хотя Чевеш и является полным безумцем, к деятельности которого не мешало бы повнимательней присмотреться миротворцам, к культу он не имеет никакого отношения. Более того, зацепка, которую мы там обнаружили, привела нас обратно в Материнский Дом. Но, когда мы вернулись, то увидели, что здание было полностью разрушено.

Демаскус заметил, что королева слегка напряглась.

- Об этом все знают, - произнесла она. – Огромная потеря. Разумеется, я очень ценю то, что вы решили поведать мне о ваших подозрениях. Я согласилась встретиться с вами, так как не видела свою любимую племянницу уже несколько месяцев. Но благодаря Сенешалю Земли у меня имеются и свои источники информации. Могу вас заверить, что мы прилагаем все силы, чтобы выяснить правду о том, что произошло в Материнском доме.

- Значит, вам уже известно о культе Старейшего Стихийного Ока? – спросил Чант.

- Уверяю вас, это название я слышу впервые. Конечно же, я сразу уведомлю Традрема.

Чант подался вперёд, чтобы заговорить снова, но королева не дала ему возможности это сделать.

- Наш разговор доставил мне искреннее удовольствие. В особенности я была рада снова повидаться с тобой, Карменере - тебе стоит навещать меня почаще. Но, боюсь, на этом наша встреча подошла к концу; меня ждут иные дела. Мне очень жаль.

Аратейн встала, и все остальные последовали её примеру. Королева направилась к выходу из беседки. Подол её платья развевался в воздухе, словно грозовое облако.

- Мы видели ваш экипаж возле Материнского Дома, - произнёс Демаскус, - в ночь, предшествующую той, когда он был разрушен. И мы знаем, что вы дали им задание выяснить причину нападений монстров на Эйрспур!

У входа в беседку королева замерла.

- Откуда же вам это известно? – спросила она.

- Лейтенант Лехерен рассказала нам после того, как поручила заняться тем огненным магом.

- Как неразумно с её стороны, - отметила Аратейн. – Впрочем, это ничего не меняет.

Вскинув руки, Демаскус воскликнул:

- Да послушайте же!

Карменере бросила на него предупреждающий взгляд. Аратейн обернулась, обрушив на него всю мощь своего авторитета.

- Ваше Величество, я крайне извиняюсь за то, что посмел повысить голос, - сглотнув, произнёс он. - Но вам следует знать, что после того, как мы ушли от развалин Материнского Дома, чтобы, эм, встретиться с Рилтаной, на нас напал ещё один демон. Судя по всему, он следовал за нами из штаб-квартиры кабала Огненного Шторма. Он сказал…

- Ты правда считаешь, что за вторжениями демонов стоит кабал? – прервала его королева. Слегка склонив голову, она устремила на него взгляд сияющих глаз.

- Ваше Величество, - произнёс Чант, подойдя на шаг ближе. – Мы полагаем, что это действительно так. Информация, которую мы узнали в башне Чевеша, не единственное, что указывает на кабал. Когда мы встретились с Лехерен и двумя другими лейтенантами, у одного из них на шее была татуировка в виде изломанной спирали. Это один из символов Старейшего Стихийного Ока. И… обе твари, с которыми довелось столкнуться Демаскусу, а затем и мне, упоминали, что служат той же сущности – Старейшему Стихийному Оку!

Королева устремила взгляд на Чанта, затем на Демаскуса. Наконец она посмотрела на Карменере, словно в поисках подтверждения.

- У меня нет оснований сомневаться в их словах, - произнесла жрица Селуне. - Вдобавок это объясняет уничтожение Материнского Дома. Возможно, там произошла какая-то внутренняя стычка.

Аратейн не двигалась с места. Её лицо ничего не выражало. Демаскус заметил, что в пределах слышимости находятся ещё четверо вооружённых дженази. Их взгляды были устремлены на королеву, словно в ожидании её приказов. Хоть они и держались поодаль, скорее всего, неподалёку скрывались и другие охранники – просто на всякий случай…

Устремив взгляд на Чанта, королева спросила:

- Скажи мне следующее – вы пришли сюда в ожидании награды?

- Нет, - ответил Демаскус. Ростовщик открыл было рот, чтобы возразить, но дэв продолжил. – Каким бы ни оказалось ваше решение, я уже завяз в этом деле по уши. Все мы, в определённой степени, даже ваша племянница, раз уж она согласилась нас выслушать. Культ охотится за нами; ради всего святого, они посылают за нами демонов-убийц! И не остановятся, пока мы не будем мертвы. Пусть вы не нуждаетесь в нашей помощи или не желаете её, но, если у вас есть информация, которая может пригодитьсянам, мы окажемся у вас в неоплатном долгу.

Несколько долгих мгновений Аратейн не двигалась с места.

Демаскус задался вопросом, не стоит ли рассказать ей о своём пробуждении в святилище, откровениях Вуали относительно его прежних воплощений и том, что его может преследовать некая «немезида».  Желание выложить всё начистоту было крайне сильно. Но это лишь всё усложнит– возможно, даже даст королеве повод усомниться в здравости его рассудка. Поэтому он заставил себя молча смотреть за тем, как она принимает решение.

Аратейн вздохнула.

- Вы всё же собираетесь нам помочь! – воскликнула Рилтана. Она кинула быстрый взгляд на Карменере.

- Да, - произнесла королева. – Мы можем помочь друг другу. С одним условием – если вы поклянётесь своим именем, что всё, рассказанное мною, останется исключительно между нами.

- Клянусь своим именем, - произнёс Демаскус. Эти слова вылетели у него изо рта прежде, чем он успел над ними задуматься.

- Как и я, - откликнулась Карменере.

Рилтана обвела взглядом беседку, словно пытаясь отыскать спрятавшегося писца.

- Меня зовут Рилтана; я клянусь, - наконец произнесла она.

Чант покачал головой с видом человека, которому только что сообщили, что его ребёнок неизлечимо болен.

- Я – Чант Морвен, - сказал