Рождение Темного - Виталий Горелкин

Постоянные тренировки с плетением файербола начали приносить свои плоды. Заклинание уже не требовало моего постоянного внимания. Я мог заниматься другими делами, а его заготовка продолжала висеть в моем сознании и была готова к использованию в любой момент. Правда после сна основа плетения бесследно исчезала, мне так и не удалось полностью перевести его поддержку на уровень подсознания. Поэтому каждое мое утро начиналось с того, что я мысленно рисовал перед собой линии заклинания.

Каждый день я тратил несколько часов на то, чтобы научиться удерживать в сознании два плетения. В качестве второго заклинания выбрал противоположную стихию – удар холода. Пока получалось плохо, линии магического знака словно жили сами по себе. Они менялись местами, становились короче и длиннее, превращая известное заклинание во что-то несуразное.

Сегодня утром у меня почти получилось справиться с непослушным плетением. Я уже практически завершил его формирование, как рядом раздался визгливый крик и громкий хохот, разрушив все мои усилия. Я вздрогнул и заклинание исчезло.

Да что же это такое! Как будто специально ждали этого момента. Ни секундой раньше или позже, когда потеря полной концентрации была не так страшна. Теперь нужно начинать все сначала! И это уже не в первый раз. Вечера тоже две старые орчанки устроили свои женские разборки прямо перед моим жилищем, но Шурга их быстро прогнал.

Я вышел из шатра и, вызвав магическое зрение, рявкнул на орков:

– А ну тихо! Вы мне мешаете говорить с духами!

Ох не зря я применил истинное зрение. Среди шумевших огадуров было пятеро новых воинов. Самый здоровый из них свирепо развернулся и чуть не кинулся с кулаками, но, увидев мои черные глаза, стушевался и опустил руки. Однако рано я праздновал победу: орки продолжили разговор, словно меня здесь не было. Сильно хотелось приложить всю эту братию каким-нибудь убойным заклинанием, но пришлось сдержаться. Это национальное – один орк бесшумен и незаметен. Но когда их собирается больше двух, то они начинает производить шум, будто целый цыганский табор.

Тренироваться в таких условиях было бесполезно. И тут в голову пришла идея – уйти из стойбища и там, в полной тишине позаниматься. Чувствую, что еще немного усилий и у меня получится держать в голове сразу два заклинания.

Куртку решил оставить в шатре, в ней было бы слишком жарко сидеть под полуденным солнцем. С собой прихватил еще обсидиановый клинок, который Шурга называл когтем Огадура. Если орк прав, то я нашел решение загадки – артефакт на алтарь Древнего бога подкинул Огадур или его последователи. Так это было или иначе – теперь не важно, я все равно не собираюсь возвращаться на тот остров. Но вот оставлять клинок в шатре без присмотра – верх безрассудства. Мало того, что этот артефакт может послужить мне гарантом мира с орочьими шаманами, так сидящий в нем демон может опять попытаться вырваться наружу.

По пути поймал за ухо шустрого орчонка и велел передать Искателю, чтобы тот меня не тревожил.

За стойбищем начались небольшие огороды, на которых люди, рабы орков, выращивали овощи. Именно эти люди, на которых из одежды были только штаны, выращивали весь мой рацион: неизвестные корнеплоды, по вкусу напоминающие картошку, безвкусные листья, похожие на салат, и всякая мелочь вроде нашей редиски, моркови и помидор. Метров через пятьсот полностью исчез шум, производимый орками в стойбище. Тогда я остановился и присел на пожухлую траву. По словам Шурги, скоро здесь начнется самое настоящее пекло и от окружающей сейчас растительности не останется и следа. Но пока еще Пустоши не казались мне страшным местом, больше они напоминали обычные степи.

Вскоре стало жарко. Я снял рубашку, положил под нее черный клинок, и после этого, словно они чем-то мне мешали, в тренировке наметился явный прогресс. Часа через два у меня наконец-то получилось удерживать в сознании одновременно два заклинания. Но не успел я обрадоваться этому факту, как меня что-то сильно ударило в плечо.

– Встать, мясо!

Передо мной стоял приземистый орк с распущенными седыми волосами. На нем был длинный серый плащ, левой рукой он опирался на костяной костыль. Не понял, этот урод только что ударил меня своей клюкой? Наверное, огадур ничего не знает про Вестника. Ладно, сейчас объясню. Видимо из-за того, что я снял рубашку и куртку, дедуля принял меня за невольника.

– Ты ошибся, я не раб, – мне пришлось подняться.

Был бы орк один, напугал бы урода и послал куда подальше. Но за ним стояло несколько десятков всадников. Наверное, этот старпер какая-то мелкая шишка. Придется потребовать извинений и сделать вид, что прощаю.

– Я на тебя не сержусь…

– Да? – орк не дал мне договорить. Он сипло расхохотался и достал что-то из-за пояса. – Мясо меня прощает?

Тут он резко вскинул руку, и меня словно ожгло огнем. Я провел ладонью по лицу и с удивлением увидел на ней кровь. Орк тем делом деловито собрал плеть и требовательно произнес:

– На колени, раб!

Старик сделал шаг назад и отвел руку для нового удара. Я не выдержал и послал энергию в заклинание файербола. Вот и все, старый козел. Ты сам напросился. Плевать мне, что скажут на это твои родичи. Пусть радуются, что им будет меньше мороки с готовкой. Сейчас сделаю из тебя мясо-гриль.

Не успел огненный шар коснуться огадура, как следом я пустил ледяную волну. Это для его сопровождения.

Яркая вспышка на месте седого орка заставила меня прищурить глаза. Раньше такого не было. Такое чувство, что мое заклинание было в несколько раз сильнее, чем обычно. Ладно, потом проверю. Со стариком я разобрался, осталась его охрана. Мне не было видно, сколько из них еще живы – ледяная волна задела огонь и теперь всех орки были укрыты облаком пара. Там сейчас было наверное весело – дико ржали кони и раздавались испуганные крики охранников.

Мысли судорожно заметались: второе заклинание всех воинов не накроет. Что делать? Полог тьмы или еще парочка ударов холода? Первое заклинание могло высосать из меня слишком много энергии. Значит, буду действовать по второму варианту. Оркам этого вполне хватит. Судя по моему опыту, они сразу побегут прочь, если уже не убежали.

Я быстро стал рисовать перед собой плетение удара холода и одновременно начал отступать назад. Чем дальше отойду, тем больше охранников попадет под действие магии. Эх, надо было бить по краю, а не в центр. Тогда бы смог всех прихлопнуть уже со второго раза.

– Так ты и есть маг, назвавшийся Вестником Огадура?

Знакомый сиплый голос сбил меня и практически готовое заклинание распалось. Старик? Но как?