Сам себе властелин 3 - Александр Горбов

— никогда голодным не останешься. Еды положено делать много, питательной и мясной.

— Владыка!

Шагра встала, подошла ко мне и церемонно поклонилась. Я чуть не закашлялся — надо будет ей намекнуть, что с таким декольте надо максимум делать книксен, а не кланяться.

— Прошу, примите этот скромный подарок от вашей покорной слуги.

Она протянула мне коробочку, обитую бархатом. Внутри лежал амулет: оскалившийся орк, вырезанный из белоснежной кости, на тонкой золотой цепочке.

— Спасибо, милая Шагра!

— Он приносит военную удачу, неотбиваемый удар и мужскую силу.

Орка подмигнула мне, хихикнула и сбежала обратно на своё место.

— А у меня тоже подарок!

Дитя Тьмы чинно подошла ко мне вместе с Клэр и обе сделали книксен. Вот! Пусть Шагра берёт с них пример.

— С днём рождения, Владыка! Желаю долгого правления и великих побед, — Дитя покосилась на гувернантку, проверяя — всё ли правильно она сказала.

— Спасибо!

Я встал, поклонился девочке и поцеловал маленькую ручку.

— Очень признателен тебе за чудесные слова.

— А ещё подарок! На!

Девочка протянула мне картонку. Я взял в руки и улыбнулся: это была аппликация из цветной бумаги. Из маленького чёрного замка выглядывала огромная фигура в короне, видимо я, и грозила пальцем. Перед замком стоял кто-то зелёный, наверное Уру-Бука, замахнувшийся мечом. Ага, а в другом углу картины светлые эльфы — розовые фигуры с карикатурными ушами как у чебурашки.

— Там ещё я есть, — чуть не подпрыгнула Дитя Тьмы, но Клэр её удержала, — в окошко выглядываю.

Я присмотрелся к замку. Ага, точно, из окошка высовывалась крошечная голова с бантиком и рука с вилами. Или это вилка такая большая?

— Спасибо большое! Поставлю у себя на столе в рамочке и буду любоваться.

Дитя Тьмы заулыбалась, смутилась и убежала на своё место.

— У меня тоже есть для тебя презент, — Клер протянула мне крохотную коробочку.

— Кольцо? — я удивлённо вытащил стальной ободок, испещрённый магическими рунами.

— Защитное, с наговором от огня, льда и сердечного расстройства.

— Полезная штука.

Я тут же надел кольцо на палец. Но поблагодарить не успел — Клэр сбежала к Дитю Тьмы. Ладно, я её поймаю сегодня и просто так она не уйдёт.

Стоило мне вернуться на своё место, как скелеты потащили из кухни третью перемену блюд, на этот раз сладкую. Пирожные, вазочки с конфетами, блюда с рахат-лукумом, пахлава и всякое другое. Апофеозом стал громадный торт, который несли аж вшестером.

— Бабушка, ну ты даёшь! Это же просто волшебство. Никогда такого торта не видел и не пробовал!

Старушка скромно потупилась и, кажется, даже покраснела под бинтами.

— А можно мне кусок с чёрной розочкой? Или вон тот, со скелетиком! Или с желейным приведением! Отрежьте!

Дитя Тьмы размахивала вилкой, грозя выколоть глаз орку на соседнем месте. Клэр шепнула ей что-то на ухо, девочка кивнула, но размахивать руками не прекратила.

— Вон оттуда, с розочкой! — Клэр продолжала шептать, и Дитя добавила, — Пожалуйста! Ну пожалуйста-пожалуйста-пожалуйста! Кусочек!

Я подозвал скелета с большим ножом и попросил его отрезать Дитю кусок первой. Мой день рождения праздник самый замечательный, а значит, пусть будет радостно не только мне.

Рядом тихонько крякнул мумий, выпивший что-то из большой хрустальной рюмки.

— Деда, я спросить у тебя хотел.

— Да-да?

— Ты вот говорил, что я четвёртый Иван.

— Ага.

— Скажи, а как в этот ряд затесалась Иванка? Трон же только по мужской линии передаётся.

— Это которая Хитрая? Так всё просто, папа её мальчика хотел, а рождались только девочки. Он взял и подписал Владыческий указ — считать старшую дочь в дневное время мужчиной. Ей всё наследство и оставил.

— А Калькуара? Ничего не сказала?

— Говорят, смеялась долго. Ну и договорилась с ней Иванка, уболтала.

— Да уж, смешная шутка.

— Это что! Она же днём мужчина, вроде как. Так Иванка взяла и официально женилась, на принцессе. Но только до захода солнца! Как стемнеет — она опять девушка и её с работы муж ждёт. Так и жили: на первом этаже дворца дневная жена, на втором ночной муж. В летописях пишут, эти двое “четвертинок” даже не здоровались, когда встречались.

— Закончилось-то чем?

— Иванка родила сына и быстренько отреклась от престола. А править продолжала уже как регент.

— Стоп, а принцессу куда?

— Всё как положено: оформили развод и нормально выдали замуж за Мельника.

— За мельника?! У них что, дефицит принцев был? Или чтобы поиздеваться?

— Да нет, Мельник — это фамилия. Герцог такой, из тёмных.

— Тьфу ты. Тоже мне, имечко у герцога.

— Ну да, он типа из низов поднялся. Не знаю, молол ли муку, но начинал он с банды разбойников. Грабил богатых светлых…

— И отдавал бедным тёмным?

— Вот ещё, никому не отдавал, себе всё грёб. Потом армию сколотил и завоевал герцогство. Но по старой памяти продолжал грабить, уже не разбирая цвета. Только после женитьбы остепенился. Жаль, его потомки не смогли земли удержать, весёлая была семейка.

— Представляю.

— Кхм, — ко мне подошёл Уру-Бука и деликатно кашлянул, — Владыка, мы ш ребятами хотели ваш пождравить. Шпециальный подарок приготовили.

— Да? Если специальный, тогда давай, неси.

Бука махнул рукой. Все орки вскочили со своих мест и выбежали из зала.

— Куда это они?

— Шейчаш принешут кое-что.

Глава 30

Орки вернулись в банкетный зал с музыкальными инструментами в руках. Две трубы, барабаны, вроде африканских там-тамов, волынка и три здоровенных контрабас-балалайки. Таких больших, что играть на них можно было только вдвоём, причём встав на табуретки.

— Это что?

— Наш завывательно-мужыкальный аншамль “Калькуаршкие топоры”, — с гордостью объявил Уру-Бука.

— Обалдеть, ну вы даёте.

— И наш мужыкальный подарок для Владыки!

Уру-Бука поклонился мне и бодрым шагом направился к своему ансамблю. Орки уже расставили инструменты и встали двумя группами: справа музыканты, слева хор. Генерал встал перед ними, вытащил из кармана дирижёрскую палочку и яростно взмахнул.

Первым делом, орки исполнили песню “С нашим Властелином не приходится тужить”. Даже скелеты, разносившие еду, остановились и слушали. А потом бурно аплодировали, гремя стальными костями.

Следом прозвучали “Три чёрных сорона”, “Калькуара слезам не верит”, “По полю орки грохотали”, “Чёрные розы” и “Владыка наш компас земной”. Дождавшись, когда аплодисменты стихнут, Уру-Бука отложил дирижёрскую палочку и лично исполнил “Тёмный Властелин, мальчик молодой”. А следом, специально для присутствующих дам, “Рюмка тёмной на столе”. Удивительно, но во время пения Уру-Бука практически не шепелявил.

— У нас тоже подарок!

Ко мне подошла делегация скелетов. Сияющие металлом красавцы смущались, прятались друг за другом и бросали на меня несмелые взгляды. Вперёд они вытолкнули Йорика — своего предводителя и главу