Суд идет - Иван Дроздов

Академик слушал президентов, и глаза его торжественно сияли.

— Спасибо, друзья! Считайте, что я вас усыновил. Но предупреждаю: дисциплина в нашей семье будет строгая. Ваших внутренних дел я касаться не стану, но будут у нас и дела общие, — так сказать, мировые. Вот вам мой первый наказ: представьте мне режимы, которые можно назвать народными, национальными. И такие, где извели дух демократов и либералов. Вы должны быть владыками, царями и править без оглядки на внешние силы, — главное, на Америку. Американский дух — это дух растления и маразма, искусственный ядовитый наркотик для главных титульных наций. Этнический коктейль — вот стратегия американцев. Янки всюду смешивают народы, творят Вавилон. История, как известно, знает Вавилон, — и знает так же, что он был разрушен. Разноплемённый сброд стал делать башню и по ней хотел залезть на звёзды, но такая затея оказалась химерой, и люди перестали понимать друг друга, перессорившись, уничтожили Вавилон. Демократы и их пособники либералы не только убивают других, но в затеваемых ими войнах погибают и сами. Кому-то из вас я уже говорил, но позволю себе повториться: жил в России великий человек и ещё более великий учёный Альфред Нобель. Отец у него был швед или норвежец, а мать — русская. Так он сказал: демократия — это власть подонков. А Сталин о механизме выборов такой власти заметил: «Неважно, кто и как голосует, важно, кто считает». Я же к этому добавлю: демократ — это человек, который на белое говорит чёрное и наоборот. А если проще сказать: обманщик.

Мой вам совет: создайте у себя группы смышлёных ребят, а мы их снабдим аппаратами типа «Пчёлка», обучим летному делу и затем вооружим миниатюрными приборчиками, способными превращать любого человека в исполнителя уже знакомой вам песенки.

Кто ты? Тебя я не зна-а-ю,Но наша любовь впереди…

Президенты задумались и будто бы приуныли, а капитан удивился такой реакции на его предложение.

— Вы чем-то озабочены, друзья?

— Да, я, наш капитан, недоумеваю, — заговорил Уго Чавес, — вы хотите дать «Пчёлку» каким-то ребятам, но я был бы самым счастливым человеком, заполучив в свои руки такое могущество.

Ахмет Жан пожал плечами:

— Аллах вам судья, но вы забыли обо мне. Да я от зависти умру, если вы свою «Пчёлку» дадите моему другу Чавесу, а про меня забудете.

— Успокойтесь, друзья! Вы, конечно же, получите первыми от меня такой подарок. У нас много «Пчёлок» — три эскадрильи, по десять аппаратов в каждой. А кроме того, у нас есть цех, и в нем мы способны производить разные модификации «Пчёлок». Будут у вас не только аппараты, но и целые эскадрильи этих замечательных машин. Вы ещё не знаете их возможностей. Они способны подниматься в космос и там развивать скорость, равную скорости света. Но мы лишь в опытном порядке выходили на скорости, равные десяти звуковым скоростям. Но и такая скорость практически устраняет для нас проблему пространства и расстояний. Она позволяет завтракать в Америке, обедать в Африке, а ужинать в вашей благословенной стране.

— Слава Аллаху! — воскликнул Ахмет Жан. — Не иначе, как он помогал вам создавать такое чудо! Но скажите, учитель: что за двигатель носит по воздуху этот волшебный корабль? И сколько служит такой двигатель?

— А этот ваш вопрос и является самым главным. Двигателя нет, а есть световые платы: они так малы, что мы их помещаем вовнутрь обшивки аппарата. Они внизу, наверху и по бокам. Электронные сигналы компьютера управляют их энергией. Четырёх миниатюрных плат хватает на сотни лет, и мы ещё не знаем их конечных возможностей. В них и заключается волшебство этих летательных аппаратов; в них же — в энергии фотона, — будущее всего человечества. И залог здоровья нашей планеты; мы, наконец, перестанем выкачивать из её недр нефть, газ и уголь — её кровь, её мышцы, её кислород. На службу человеку поставим божественную силу молекулы и атома.

Драгана испытывала прилив необычайной энергии и восторга от предвкушения полёта на сказочном самолёте, но больше от того, что Фёдор обещал ей подарить свою «Пчёлку» и остаться на её острове для завершения обучения Драганы мастерству пилотирования. Молодая женщина ещё не знала о решении академика подарить самолёты двум президентам, и сознание того, что она одна в целом свете — кроме лётчиков «Евпатия» — станет обладателем совершенно невероятной летательной машины, до краёв переполняло её существо. Она ещё ничего не сказала Фёдору, но втайне решила взять на себя заботу о полном обеспечении «Евпатия» всем необходимым, и это её решение вдруг наполнило её сердце неизъяснимой радостью. Она, наконец, нашла достойное применение деньгам, которые получала от гостиниц; она становится полноправным бойцом в рядах защитников России и всего славянского мира от вселенского жулья, напавшего на Россию и на её несчастную Родину — Югославию.

Академик Светов подарил Уго Чавесу и Ахмет Жану летательные аппараты, выделил каждому пилота-инструктора, и президенты полетели к себе домой.

С Фёдором летели все остальные пассажиры.

Садясь в «Пчёлку», Путин спросил Фёдора:

— Куда вы меня повезёте? И если можно, скажите мне: что вы со мной намереваетесь делать?

— Вы — шпион, и по законам всех государств шпионов судят, а затем… к стенке или пожизненное заключение.

И — после паузы:

— Но вы человек русский и, как мне думается, будете помогать России.

— Да, я человек русский и готов служить России.

— Считайте, что мы договорились. Но помните: малейшее предательство — и вы, как тот генерал, запоёте песенку. Что же до вашей службы и жизни — устраивайтесь по своему желанию, но помните: каждый ваш шаг отслеживает компьютерная система «Евпатия». Мы в вашей жизни ничего не собираемся менять. И никаких заданий вам давать не будем. Если же вы нарушите наш договор и вздумаете нам вредить — у вас ничего не получится. Во-первых, вы никогда не узнаете, где находится наш корабль. Вы и сейчас не смогли бы указать его местоположение. Корабль всё время перемещается, — причём с большой скоростью. Но предположим невозможное: к нам приблизилась вражеская подводная лодка. Её экипаж в одно мгновение превратится в мужской хор и запоёт известную вам песенку. Если же он, всё-таки, каким-то чудом нас обнаружил и выпустил ракеты, они взорвутся в момент вылета и разнесут в клочья свой же корабль. Советую вам всё это хорошенько запомнить.

Двойник Путина сказал:

— Певца из меня вам делать не придётся. Я счастлив, что вливаюсь в ряды русских патриотов.

Сидели за столиком посреди салона. По совету Фёдора Драгана задала машине пункт назначения — усадьба Рауля Кастро, задала режим полёта — совсем нескорый, и с интересом слушала разговор мужчин. Заявление ложного президента её заинтересовало. Спросила резидента:

— Сколько вам платили за вашу работу?

— Десять тысяч долларов в месяц.

— А если я вам дам в два раза больше? И для исполнения обязанностей не потребуется никакой игры. И опасности никакой не будет. А? Что вы скажете?..

Про себя подумала: было бы интересно иметь у себя на службе человека, похожего на президента России. Он и говорит, как Путин, и его походка с отмашкой руки, и манеры… Видно было, он прошёл серьёзную подготовку, и как артист имеет немалые таланты.

— Что вы скажете, Юрий Иванович? Вас так, кажется, зовут?

— Благодарю за доверие, но я уже ангажирован господином Фёдором.

— Но если так… Желаю успеха.

Юрий Иванович повернулся к Фёдору:

— Вы оставили меня на прежнем месте — я чувствительно вам благодарен, но я бы хотел включиться и в активные действия в пользу России. Хотел бы наказать трёх генералов, которым поручено постоянно вредить России, придумывать советы для президента Буша, продвигать войска НАТО к вашим границам. Они по всей Америке искали человека, похожего на Путина. И нашли. Он перед вами, ваш слуга покорный. И моя экспедиция на Русский остров — их рук дело. Я хотел бы примерно наказать этих моих начальников, а ваших врагов.

— Хорошо. Вы нам покажете кабинеты этих начальников, а мы для них что-нибудь придумаем.

— Не надо ничего придумывать, а мы заставим их петь уже знакомую нам песенку. И хорошо бы, если бы вы доверили мне включить рычажок.

— Согласен, а пока мы летим, я покажу вам эти рычажки.

Юрий Иванович воодушевился:

— А вот это будет здорово!

Драгана прибавила скорости, и через несколько минут Пентагон, раскинув свои крылья, как чёрный паук, очутился у них под самолётом. Фёдор хотел было взять в руки пульт управления, но Драгана сама подводила машину в нужное место. И Фёдор сказал:

— Потуши скорость совсем, а вы, Юрий Иванович, укажите окна кабинетов.

Юрий Иванович взял в руки «мобильник» и в знакомой всем путинской манере стал говорить: