Повесть о кольце - Джон Рональд Руэл Толкин

— Мы бы так и сделали, если бы направлялись в Минас Тирит, — возразил Арагорн, — но это еще не решено окончательно. Кроме того, предложенный вами путь может оказаться опаснее, чем вы думаете. Он идет через плоскую, болотистую местность, и там нам трудно будет пройти пешком, с поклажей. Я не покину реки до последней возможности. На ней, по крайней мере, нельзя заблудиться.

— Но восточный берег занят врагом, — напомнил ему Боромир. — И если даже вы минуете Врата Аргоната и достигнете острова Тинда, — что тогда? Не станете же вы прыгать с водопада?

— Нет, — ответил Арагорн. — Но мы можем пронести лодки кружным путем к его подножию и там снова пустить на воду. Разве вы не знаете, Боромир, или разве вы забыли о лестнице на холм Амон Дин? Я, по крайней мере, намерен побывать на нем еще раз, прежде чем принимать дальнейшие решения. Там, быть может, мы найдем какое-нибудь указание.

Боромир начал настаивать и отступил, только увидев, что Фродо поддерживает Арагорна. — Не в обычае у людей Гондора покидать друзей в нужде, — сказал он, — а моя сила еще понадобится вам, пока вы придете к Тинду. Я согласен сопровождать вас до этого острова, но не далее. А тогда я поверну к своей стране и пойду один, если своей помощью до сих пор не заслужил себе никакого спутника.

6.

Когда туман немного поднялся, Арагорн с Боромиром взобрались на обрыв и пошли искать обходную тропу вокруг порогов. Остальные ждали их в величайшей тревоге, но вскоре они вернулись с добрыми вестями: тропа была, и довольно удобная.

— Место для высадки хорошее, — сказал Арагорн, — Пороги начинаются в полумиле от него и тянутся на милю или чуть больше, а потом река опять становится гладкой, хотя и быстрой. Труднее всего будет дотащить до тропы наши лодки и поклажу.

Действительно, это было нелегким делом, хотя сами лодки, сделанные из какой-то неизвестной даже Леголасу породы дерева, оказались удивительно легкими. Путь к тропе шел вверх по крутому откосу, каменистому, изрезанному рытвинами и заросшему колючим, цепким кустарником. Туман поредел, но оставался достаточно густым, чтобы быть защитой; в этом тумане они слышали плеск и рокот воды на Порогах, но самой реки не видели. Им пришлось проделать переход дважды, чтобы перенести лодки и всю поклажу на тропу.

Остальное было уже проще и легче. Тропа шла вдоль реки, потом сворачивала к ней и спускалась в маленькую бухточку, отгороженную от Порогов длинной каменистой косой. Здесь Боромир предложил остановиться и заночевать, так как день уже кончался и туман снова начал густеть.

Следующий день начался дождем, но Отряд все же вывел лодки на реку.

Плавание было спокойным; вскоре туман и тучи разошлись, и перед путниками открылось широкое ущелье с крутыми каменными обрывами, между которыми несла их река. Ущелье постепенно суживалось, течение ускорилось; им оставалось только отдаться на, его волю, так как ни остановиться, ни повернуть обратно они уже не могли. Над головой у них была полоска голубого неба, кругом — темная в тени скал вода, впереди — зубчатые вершины высокой гряды Эмин Мюиля.

Глядя вперед, Фродо увидел вдали два высоких утеса, похожих на башни или столбы. Река суживалась, чтобы пройти между ними, и лодки мчались все быстрее.

— Это Врата Аргоната! — вскричал Арагорн. — Они уже близко. Ведите лодки гуськом, подальше одну от другой, и держитесь середины реки!

Фродо не мог отвести взгляда от этих грозных утесов, выраставших ему навстречу. Они казались ему похожими на серых, безмолвных великанов; потом он увидел, что это действительно гигантские изваяния. Утесы были отделаны в виде огромных человеческих фигур; каждая из них стояла на высоком пьедестале, и в руках у них были мечи, а на головах — шлемы. Так величавы и грозны были эти каменные стражи, что Фродо зажмурился и съежился, не смея взглянуть на них, и даже надменный Боромир склонил голову, когда бурная река проносила их хрупкие ладьи у подножья каменных великанов.

Лодки мчались в теснине среди высоких скал. Небо высоко вверху казалось очень далеким и туманным. Вода бурлила и пенилась кругом; и среди скал свистел резкий ветер, швыряя брызги в лицо. Фродо едва осмеливался дышать или шевелиться; Сэм, рядом с ним, жалобно бормотал что-то; но Арагорн сидел у руля, отважный и гордый, ведя лодку уверенной рукой. Капюшон у него были откинут, темные волосы развевались по ветру, глаза сияли, и весь он словно помолодел. Фродо, взглянув на него, понял, как счастлив Странник, возвращаясь на родину своих предков.

Ущелье было длинное и мрачное, полное грохота воды и шума ветра. Когда оно повернуло к западу, стало совсем темно; но вскоре Фродо увидел впереди полоску света. Она быстро расширилась, и лодки, одна за другой, вырвались на простор озера.

7.

Солнце давно уже перешло за полдень, и в небе тянулись белые перья высоких облаков. Река расширилась, превратившись в длинное, овальное озеро с холмистыми серыми берегами. На южном, дальнем конце озера виднелись три пика; средний, выше остальных двух, стоял от них отдельно, как островок посреди реки. Издали с ветром доносился несмолкаемый глухой рокот — шум водопада Раурос, как сказал Арагорн.

Отряд отдохнул немного, плывя по течению посреди озера, но потом снова взялся за весла. Западные склоны холмов одевались тенью, солнце заходило, большое и красное. Темные пики все приближались, и шум водопада становился громче. Ночь уже опустилась на воду, когда лодки, наконец, подошли к берегу в тени утесов.

Кончился десятый день плавания. Пустынные места остались позади. Теперь им предстояло выбрать, в какую сторону двинуться, на восток или на запад.

Предстояло выбрать последний этап своего пути.

ГЛАВА XIII

ОТРЯД РАСПАДАЕТСЯ

1.

Арагорн ввел все три лодки в правый рукав реки. Здесь, на западном берегу, от подножья Амон Хена до самой воды расстилался обширный зеленый луг. Дальше поднимался склон холма, поросший деревьями, и оттуда струился журчащий ручеек.

— Здесь мы заночуем, — сказал Арагорн. — Это луга Парт Галена, прекрасное место для отдыха в летние дни. Будем надеяться, что оно еще безопасно.

Они вытащили лодки на берег и устроили стоянку. Решено было держать стражу всю ночь; однако никаких признаков опасности не было. Если Голлум и продолжал преследовать их, то оставался невидим и неслышим. Все было спокойно, но Арагорн тревожился во сне; в конце концов он проснулся