Бесстрашная - Марина Ефиминюк

— Где он?

— Он не появлялся почти две седмицы. После того как тебя украли, он сидел у себя затворником, даже на рынок ни разу не вышел.

— Где его дом? Ты там когда-нибудь бывал?

— Нет. — Маг покачал головой.

— Тогда как ты узнаешь, где его искать?

— Он носит с собой следящий кристалл. — Онри кивнул на стену, где висела подробная карта Гнездича с улицами, точно нарисованная художником с высоты птичьего полета.

В прошлый раз я решила, будто схема города — простая прихоть хозяина, но теперь разглядела несколько пульсирующих алых точек. Одна из них светилась как раз в доме, изображавшем особняк Онри. Видимо, ею была я сама. Невольно вспомнился необычной формы кристалл, найденный мною на дне сумки, и стало ясно, каким образом Ян безошибочно узнавал, где меня искать.

— Кто из них он?

Маг указал на другой конец города, где на закрытой территории стояли заброшенные мануфактуры. В самом центре поблескивала точка, обозначавшая Яна.

— Ясно. — Я развернулась, собираясь уходить.

— Ты хочешь заявиться к нему? — с нажимом переспросил Онри.

— Да.

— Он никогда и никого к себе не подпускает, — предупредил маг. — Проклятье, мы работаем вместе семь лет, а я ни разу не видел его жилища.

— Я тебе потом расскажу, какие у него на окнах висят занавески, — пообещала я, решительно направляясь к двери.

Когда я уже спускалась по пахнущей мусором лестнице, Онри позвал меня:

— Стой!

— Зачем? — задрала я голову.

— Затем! — И скомандовал: — Поднимайся, пока я не передумал.

Пришлось вернуться. Маг стоял у заставленного пробирками стола и рассматривал на свет магический кристалл необычной плоской формы.

— Сожми.

— Я останусь без руки?

— Ты всегда так много задаешь вопросов и так мало доверяешь людям? — разозлился маг.

— Задавать вопросы — это моя работа, — огрызнулась я.

Взяла кристалл, но потом, побоявшись, что испорчу только-только возвращенное клеймо картели газетчиков, поспешно переложила в другую руку. Стоило сжать кулак, как магический камень начал быстро таять, а кожу защипало. Когда я раскрыла ладонь, то обнаружила мелкую, точно вытатуированную схему мануфактурной территории. В центре пульсировала красная точка.

— Клянусь, он убьет меня, — проворчал Онри.

— Постесняется.

В дальнюю часть Гнездича мне пришлось добираться на наемном экипаже. Возница, высадивший меня у ворот в заброшенные мануфактуры, поспешно пришпорил лошадку и тронулся с места, словно боялся стоять напротив ворот. Я проводила удалявшийся экипаж растерянным взглядом. Точно прощаясь, карета махала погнутым ведерком, болтавшимся на днище.

Вокруг не было ни души и царила настороженная тишина. Невдалеке высилась полуразрушенная башня Гнездо ворона, щерился острыми еловыми верхушками хвойный лес. С каменной ограды, обросшей черным мхом, за мной следили неподвижные вороны.

С какой же ретивостью надо было прятаться от людей, чтобы выбрать себе подобное убежище?

На проникновение ржавые ворота отозвались протяжным, леденящим кровь скрипом, и с возмущенным карканьем птицы сорвались с места. Я вошла на территорию, со вздохом огляделась, проверила карту на ладони. Во время моего путешествия через город она меняла рисунок и по мере приближения к Яну становилась крупнее. Но поиски правильного здания заняли еще пару часов. В нужную мануфактуру я входила, когда усталое солнце клонилось к горизонту и огромные пыльные цеха затапливал оранжевый свет.

Если колдовство Онри не врало, то следящий кристалл пульсировал буквально перед моим носом, но в реальности передо мной стояла глухая стена. Не придумав ничего получше, я постучала по кладке и вдруг обнаружила, что позади нее пряталась глубокая пустота. Пришлось ощупать каждый камушек, чтобы отыскать тот, который при нажатии плавно ушел внутрь. Прямо у меня на глазах стена с тихим шелестом разобралась, и открылся ощеренный камнями узкий проход.

С гулко бьющимся сердцем я тихонечко вошла в утопленный сумерками мануфактурный цех, явно не предназначенный для жилья, но между тем превращенный в сносные апартаменты. Мебель стояла довольно приличная, под просторной кроватью лежал огромный шерстяной ковер, отчасти казавшийся островком роскоши, но ходить по каменному полу босой я бы точно не решилась.

За моей спиной раздались тихие шаги. Оглянувшись через плечо, я увидела хозяина жилища. Спрятав руки в карманы штанов, он замер посреди цеха. Человек с ледяными темными глазами, не допускавший во взгляде ни одной теплой нотки, лицом походил на Яна, но вовсе не являлся моим приятелем, миловидным его назвал бы лишь слепец. Красивый хищник стоявший напротив меня, отталкивал и притягивал одновременно.

— Как ты сюда попала? — Удивительно, но даже его голос, лишенный свойственной Яну теплой растерянности, звучал иначе.

— Не ругай Онри. Ты же знаешь, как со мной: проще дать, чем объяснить, почему не хочется.

Я продемонстрировала карту на ладони, и в лице Яна мелькнула досада. Не произнося ни слова, он направился ко мне, вцепился в локоть и категорично повел к дыре в стене. Ловко вывернувшись, я отскочила от хозяина дома на несколько шагов и заявила:

— Не уйду!

Он выдохнул, стараясь погасить раздражение, легко поймал меня и без обсуждений подтолкнул по направлению к выходу. Вырваться из цепких рук мне помог эффект неожиданности: я ловко наступила каблуком Яну на ногу. Он болезненно зашипел, я отбежала подальше и прикрикнула:

— Не выгонишь!

Уперев руки в бока, он смерил меня тяжелым взглядом из-под бровей.

— Я не пойму, у тебя совсем нет чувства самосохранения? Не знаешь, кто я?

— Знаю, — жалобным голосом согласилась я, нервически теребя лямку на сумке. — И мне наплевать.

— Тебя едва не убили из-за меня.

— Но ведь не убили…

Ян нехорошо усмехнулся:

— Ты непроходимая дура или просто наивная идиотка? Еще не поняла, что рядом со мной находиться опасно?

— Все это неважно.

Скрипнув зубами, он стремительно приблизился ко мне, потом схватил за руку с такой силой, что у меня затрещали тонкие косточки, и попытался снова выставить за дверь. Я сжала его запястье, привлекая внимание, и тихо попросила:

— Не выгоняй меня.

Ян остановился. Похоже, его решимость выставить меня взашей несколько покачнулась.

— Если ты меня оттолкнешь сейчас, то будешь жалеть до конца жизни.

Он резко развернулся, посмотрел мне в глаза:

— В следующий раз тебя могут серьезно ранить или даже убить. Понимаешь? Я могу причинить тебе вред.