Не разбивай мое сердце, босс! - Лена Голд

Ира

Все происходящее — настоящий ужас. Прихожу в себя и вижу перед собой Стаса. Это так неожиданно... Шокированно хлопаю ресницами, все еще не веря, что он действительно тут. Рядом, обнимает меня, держит крепко. Но что-то не так. Он смотрит на меня ледяными глазами. Тут пусть и сыро, но светло. Горят три лампочки, и я отчетливо вижу, как зрачки Аверина поблескивают. Он просто молчит и словно вообще не дышит.

— Стас?

Дальше раздается тот голос, который я слышала ранее. Тот самый мужчина, с кем разговаривала Марина. Он накидывается на одного из придурков, а второй амбал бежит на выход. Не понимаю, что происходит. Я словно в тумане. Крики, выстрелы... Не соображаю, как снова проваливаюсь в темноту. До меня с трудом доходит, что со мной происходит. А точнее, ни черта не доходит.

Открываю глаза и первым замечаю белый потолок. Сглатываю ком в горле, стараясь понять, где я и как тут оказалась. Последние воспоминания обрушиваются на меня так, словно ледяной водой окатывают.

— Стас... — шепчу. — Стас...

Я же помню! Он был там. Пришел за мной. Тот его взгляд... Взгляд стеклянных глаз. Господи, с ним явно что-то случилось. Я же чувствую.

— Спокойно, родная. Все хорошо. Все замечательно, — раздается совсем рядом. А потом я вижу Наташку. А чуть подальше и Таню. Лица у них такие взволнованные, напуганные.

— Это... Это больница? Где Стас? Ната! Что с ним?

— Все хорошо, — повторяет Ната. — Сейчас придет к тебе. Не бойся ты так. Нормально он.

Да только я не верю им. Ни единому слову.

— Воды хочешь? — протягивает стакан Таня. — Выпей. Наверняка в горле пересохло.

Я жадно допиваю аж до дна. Да, жажда убивает. Но почему-то я сразу запаниковала, вспомнив состояние Стаса. А не должна ведь так из-за него волноваться. Во всем, что со мной стряслось, виноват именно он. Однако мое сердце так мечтает его увидеть...

— Где Стас? — задаю я один и тот же вопрос.

Будто сломанное радио, честное слово. Наташа помогает сесть. Прижимаюсь спиной к спинке кровати, оглядываюсь. Ненавижу больничные палаты.

— Буквально через десять минут будет тут.

— А со мной что случилось? Слушайте... Ночь была, когда Стас за мной приехал. А сейчас уже светло на улице, — кошусь на окно. — Я ни черта не помню.

— Ирин, Аверина ранили. Тебя специально отключили. Дали успокоительное. Потому что ты кровь увидела и...

Крепко зажмуриваюсь. Ненавижу кровь. Со мной всегда что-то происходит, когда я ее вижу. Бьюсь в истерике, будто мне палец оторвали.

— Как он?

— Да хорошо все! — повышает голос Наташа, затем начинает смеяться. — Вот зайдет он сейчас сюда, и ты начнешь на него орать, чтобы вышел. А не надо так! Все обошлось! Все осталось позади, дорогая. Он понял свою ошибку, не стал жениться. И у вас есть шанс плюнуть на все и начать с нуля. Но ты этого не сделаешь, ведь верно?

Отвечать я не хочу. Потому что сама не знаю. Простить Стаса выше моих сил. По крайней мере, сейчас. Я на это совершенно не готова. Но очень хочу его увидеть.

Стук в дверь заставляет напрячься. Аверин заходит в палату. Он в черной рубашке, застегнута всего одна пуговица посередине. Рука в бинтах. Плечо, кажется, тоже. Волосы растрепаны. Да и выглядит он неважно. Такой бледный...

— Можно? — смотрит он в упор прямо на меня. Я автоматически киваю. Таня выходит, а следом за ней и Наташка. — Как ты, Ир?

Аверин не спеша подходит ко мне и садится на стул рядом с кроватью, где только что сидела подруга. Он берет меня за руку и крепко ее сжимает. В глазах столько боли...

— Хорошо. Ты?

— Главное, что ты в порядке. Иначе я себя никогда не простил бы.

— Это все она... Твоя Марина.

Аверин горько усмехается, качает головой.

— Не моя она. Господи упаси, — целует мою ладонь. — Ир, прости меня, козла. Не хотел я, честно, чтобы ты пострадала из-за меня. Даже не понял, как все вышло из-под контроля.

— Ты мог бы все рассказать мне. Мог бы поделиться со мной переживаниями. Да, я знаю, что между нами все случилось слишком спонтанно. Но я так сильно верила тебе... Ни капли не сомневалась, Аверин! Но... Я сильно разочаровалась.

— Мне даже сказать тебе нечего, Ир. Но если ты выслушаешь меня... То, возможно, поймешь. Однако это не изменит того факта, что я при любом раскладе поступил с тобой как настоящая скотина. Ир, знай одно: что бы я ни сделал... Клянусь, я люблю тебя. Я в последнее время ни о чем, кроме тебя, думать не мог. Но тупо отгонял от себя эти мысли. Потому что не мог я. Ну не мог подставить ребят и лишить их всего, чего мы добивались вместе много лет.

— И ты, вместо того чтобы по-человечески поговорить, решил, что будет легче сломать меня. Бить словами, топтать мои чувства... Все ведь могло бы сложиться куда лучше, расскажи ты мне...

Я глубоко вздыхаю. Не отвожу взгляда от Стаса, который тоже смотрит на меня не переставая. Прямо в глаза. В который раз целует мою ладонь.

— Я надеюсь, что мои родители ничего не знают? — с надеждой в голосе спрашиваю я. — Вы же им не звонили? Я не хочу, чтобы они видели меня в таком состоянии, Стас.