Том Марволо Гонт - Михаил Француз

– Умер, – так же тихо ответила Лили. – Полгода назад в Магической части Британии закончилась страшная гражданская война. Его убили, когда он защищал нас с сыном.

– Ну… думаю, ты не очень обидишься, если я не стану по этому говнюку скорбеть? – чуть пожевала губами Петунья. Лили вздохнула, но возмущаться не стала. Джеймс в своё время вполне заслужил такое отношения к себе. – А что за красавчик с тобой?

– Том, он… вроде как мой жених, – чуть поколебавшись, ответила Лили.

– Ну ты шустра сестрёнка, – с немалой долей презрения хмыкнула Петунья. – Одного не успела похоронить, уже другой…

– Да что ты понимаешь! – не выдержала и прошипела Лили. – Гарри нужен отец. Да и не спрашивал меня никто…

– То есть как-так? – опешила Петунья. – Как это не спрашивал?

– А так! Том – самый сильный боевой маг в Британии. Любого, кто ему против слово сказать попробует, в бараний рог скрутит! – поделилась наболевшим Лили. – Ты учти, кстати. Лучше ему не хамить.

– Ужас! Кого ты привела в наш дом?! Лили! Сначала говнюк Джеймс, теперь этот…

– Мы ненадолго, – попыталась успокоить сестру волшебница. – Быстренько закончим дела и обратно в Америку.

– В Америку? – удивилась Петунья. – Почему в Америку?

– У него там дом, бизнес, тренировки, – опять же не очень уверенно ответила Лили.

– Что-то ты темнишь, сестрёнка, – погрозила ей пальцем Петунья. – Что-то ты темнишь.

– Лучше не влезай в эти дела, Туни. Целее будешь.

– Ладно, Лили, главное нас не втягивай в свои… странные дела…

***

Вернон Дурсль оказался мужиком хватким и не глупым. Достаточно спокойным, мало похожим на того истеричного колобка, который был прописан в каноне. Хотя? Еще десять лет впереди. Может успеть и растолстеть и распсиховаться. Почему мы решили остановиться у Дурслей? Потому, что я хотел закончить все побыстрей, раз уж взялся. А обустраиваться на новом месте с нуля долго, даже при наличии денег.

А так, два билета на самолет в бизнес-класс, несколько часов перелета и аппарация к дому родственников. Там я три часа потратил на установку защиты от наблюдения, после чего устроил очередную свою медитацию на лужайке перед домом (а что? Маглоотталкивающие чары работают, дезиллюминационные тоже), чтобы укрепить уже сам дом и понаставить сигналок.

***

Петунья Дурсль смотрела в окно на то, как новый хахаль её сёстры в позе “лотоса” висит в двух метрах над лужайкой их с Верноном дома. Он-то висит, а идеальный сад Петуньи, ухоженный и красивый, стремительно дичает. Зелень перла буквально на глазах. И деревья, и кустарники, и цветы, и трава – все набирало силу и шло в рост. Выглядело страшновато. Джеймс в своё время таких фокусов не показывал. Тот все больше мелкими шутками-пакостями окружающих доводил, вроде ожившей под задницей табуретки, начавшей прыгать козликом и щелкать зубастой пастью. Этот не шутил. Глядя на то, как странно шевелятся ветви деревьев, не в такт с легким ветерком, Петунье становилось страшно соваться в свой собственный сад. Тем более с секатором.

Тихо подошла Лили.

– Что он делает, ты можешь сказать? – хмуро поинтересовалась Петунья у сестры.

– Нагнетает энергию для установки стационарной защиты дома, – вздохнула та.

– Защиты от кого? От нас? От полиции?

– От других магов, – ответила Лили. – Тому вскоре придется надолго отлучиться по тем делам, ради которых мы и приехали. Вот он и боится оставлять нас беззащитными.

– У него есть основания для опасений? – еще сильнее хмурясь, спросила Петунья.

– Нет, – пожала плечами Лили. – Война окончилась полгода назад. Привычка осталась. Профессиональная паранойя.

– Для нас эта “защита” не опасна? А то мне уже страшно в собственный сад выходить. Точнее в то, что недавно было моим садом.

– Нет, для вас эта защита не будет опасной. А сад я сама приведу в порядок, когда он закончит. Я ведь тоже волшебница, – вздохнула Лили.

– Чего вздыхаешь? – с подозрением посмотрела на неё Петунья.

– Просто сравниваю свои силы с его. Сама себе кажусь ничтожной слабачкой.

– А это так важно? – удивилась Петунья. – Мой муж – бывший боксер-полупрофессионал в среднем весе. Он ударом кулака может сбить муху или выбить всю дурь из хулигана. Я же могу только муху, им сбитую, добить. И то мухобойкой. Я же не кажусь себе ничтожной? Наоборот, я рада, что мой муж так силен. Чего же расстраиваешься ты?

– Наверное ты права, сестрёнка, – вздохнула Лили. – Наверное ты права.

– А чем он вообще занимается, ну, кроме того, что он “самый сильный боевой маг Британии”? На силе далеко не уедешь. Что-то ведь и кушать надо.

– Он… продает алмазы… еще, как-то обмолвился, что владеет акциями какой-то фруктовой компании… Apple, кажется, и какой-то странной фирмы “Мелкомягкий”, вроде бы.

– Ничего себе ты мужика отхватила, сестричка! – с нотками одновременно зависти и ехидства в голосе восхитилась Петунья. – Красавец, силач, богач…

– А что, такие известные названия? – удивилась девушка.

– Более чем. И они сейчас на подъёме. Их акции растут, как зелень в моём саду!

– Ну, трудно было ожидать чего-то другого от Тома Гонта, – вздохнула Лили.

– Что-то ты часто вздыхаешь, сестрёнка, – внимательно посмотрела на неё Петунья. – Может расскажешь в чем дело?

– Там все очень сложно, – еще раз вздохнула Лили. – Я сама уже запуталась.

– А если, по простому, в двух словах?

– В двух словах, Том убил больше людей, чем твой муж продал дрелей в своей жизни. В том числе Джеймса, – на одном выдохе выпалила Лили.

– То есть, этот мужик, что сейчас висит за окном, убил твоего мужа и “взял” тебя себе? Я правильно тебя поняла? – нахмурилась Петунья.

– Да, – опустила глаза и плечи Лили.

– А, если заявить, ну, не знаю, в волшебную полицию, или что там у вас?

– Отмажется. Или начнется новая война. Гораздо страшнее прошедшей.

– А сбежать ты от него не можешь?

– Могу, – еще грустнее вздохнула Лили. – Но куда я пойду с ребенком на руках, без связей и денег?

– Ты его ненавидишь? – продолжала внимательно смотреть на сестру Петунья.

– Нет, – ответила та. – Должна ненавидеть,