Вложения Второго Порядка - Андрей Сердюк

-- Как она сказала? Ну и крут же ты, как Воннегут? - спросила Белла.

-- Нет, она сказала: "Не прост, как Пруст".

-- Врёшь ты всё, Тронов, - заявила Белла.

-- Чтоб мне никогда в "Идиш цайтунг" не трудиться! Чтоб Ларри Кинг забрал подтяжки, которые мне на Рождество подарил! - божился Тронов. - Почему, мать, не веришь? Чудо свершилось и человек преодолел кризис веры... У всех бывает... Правда, у всех по разному. И со мной недавно было... Ей Богу! Сидели мы как-то в субботу с Петькой Гольдфарбом, - ну, выпивали, гонорар его за приключения оранжевого шишка пропивали... Торопливо пропивали, надо сказать, не без этого... И разговор ближе к ночи у нас постепенно съехал, как водится, с "ты меня уважаешь" до "а кто тебя вообще уважает"... И тут Петька достаёт спичечный коробок, старый такой, с этикеточкой, знаете, - пожарник в каске и лозунг "Берегите столбы линий электропередач от возгораний!" А внизу разные маленькие буковки, и среди прочего напечатано: П.О. Гольдфарб. Пётр Осипович Гольдфарб, то есть. В общем, сразил меня Петька тогда. Ага... А на утру я прикуриваю спичкой из этого коробка. Смотрю, а там... Где петькино фамилиё было, написано ПО Гомельдрев. Производственное объединение... Гомельская древисина. Я даже опохмеляться не стал, - так поражён был! Ну, разве не чудо это?

-- Пить меньше надо, - заземлила чудо Белла, взглянув на часы.

-- Да ладно ты, мать... Ты же помнишь... - начал о чём-то Тронов.

-- Только не надо сейчас нам рассказывать ту кровавую историю про мальчика, который случайно удалил папку с именем "Бог-файл", - сразу осадила его Белла.

-- Ну, он не совсем удалил, - напомнил ей Тронов, - он её в корзину отправил...

-- Вот, вот... Не надо... Сто раз уже слышали... - упрямилась Белла.

-- Ладно, не буду... А скажи мне, мать, который час? - решил сориентироваться Гриша.

-- Два сорок, - ответила Белла и заторопилась. - Мне бы ещё в редакцию... Тебя, Гриша, домой завести?

-- Какой - домой! Я тоже в редакцию - габототь, габотать, и ещё газ габотать, - с неожиданной бодростью сказал Гриша, и указал ленинским жестом на выход.

-- Дима, а ты куда?- вопросительно заглянула Зотову в глаза Белла. - Может быть, тут меня подождёшь?

-- Да нет, я лучше по городу поброжу, - одному по чужому городу хорошо бродится, - не посвятил её в свои планы Зотов.

-- Ладно. Только, когда нагуляешься, прозвони мне на сотовый.

Они, что характерно - расплатившись (правда не политкорректно - Гриша за всех), вышли на улицу. Белла направилась к машине, а Тронов задержался.

Пожал протянутую на прощанье Зотовым руку, и выговорил:

-- Есть предложения - дружить отныне ретроспективами.

-- Есть встречное предложение - дружить реминисценциями, - хлопнув Тронова по плечу, изрёк Зотов.

-- Интересная мысль, - согласился Гриша Тронов и рассмеялся, потом из бесчисленных кармашков своей сумки достал очки с толстенными стёклами, нацепил их на свой знатный семитский нос и, наконец-то, увидел Зотова.

34.

Собственно, хотелось Зотову не столько прогуляться, сколько где-нибудь присесть, - привести в порядок в режиме нулевого стиля разбегающиеся в разные стороны мысли.

Совсем невдалеке нашёл он уютный дворик. Обычный тихий городской дворик с обязательной детской площадкой: подкрашенные качели, песочница, длинная лавка под пожилой - цветущей по случаю конца мая - дикой корявой жерделиной.

В песке копались двое малышей; следящие за ними бабульки восседали на скамейке, - на солнечной её половине. Обычные овнучанные бабушки, пахнущие всеми этим делами: кипячёным молоком, сдобой, ванилью и валерьянкой, из-за которой трутся постоянно возле их ревматических ног пройдохи коты.

Зотов присел на другой конец лавки, - куда падала мягкая узорчатая тень от старого дерева.

Бдительные бабки оценивающе покосились на него, - он это боковым зрением заметил, только сделал вид, что не заметил, а потом и повернул голову так, чтобы бабки оказались в мёртвой зоне. Но они, видимо, ничего в его облике пугающего, подозрительного и настораживающего не обнаружили, потому и продолжили прерванный появлением незнакомца-чужака разговор:

-- Андреевна, а ты сегодняшние Файненшл Таймс читала? - спросила видимо та, что одета была попроще, - шерстяная юбка, вязаная кофта, трогательный цветастый платок - впрочем, может быть, и другая, та что одета была с гораздо большей претензией - серая твидовая юбка, образующий с ней костюм жакет, небольшая круглая шляпка в тон, на руках перчатки, в руках длинный зонт в сером чехле, абсолютно не нужный при нынешних погодах (хотя ненужность вещи как раз и создаёт ауру утончённости).

-- Да некогда мне было, Леонидовна, - ответила другая (а, может быть, Зотов-то не видел - и другая) - Нина нынче во вторую, так я в кассу с утра компенсацию выправила, да за одно уж договор по срочному вкладу пролонгировала... Потом опять же в клинику зашла на четверг на зубы записалась и... Что ещё? А, за телефон же оплатила... Так до обеда и пробегала. Не до газет было. А что пишут-то?

-- Так насдак вчерашними торгами на сто семнадцать пунктов упал!

-- Да ты что! Господи Иисусе! То-то я всю ночь промаялась... от бессонницы. Только под утро и уснула. И сон же снился такой... будто птица я, а взлететь не могу, разбегаюсь будто, - а никак! Оно вот, стало быть, к чему...

Зотов вместо того, чтобы подстегнуть свои мысли, напрячь их, направить в аналитическое русло, размяк от бабкиных воркований, вытянулся в эмпирее угодливого тепла, расслабился на этом остравке спокойствия. Да только не надолго.

Где-то совсем рядом вдруг застукало и забрякало. Сквозь ленивый кошачий прищур Зотов увидел, как мимо - в сторону двух металлических гаражей, стоящих поодаль, пробежал мужик в спецовке и резиновых сапогах. На плече мужика висела офицерская сумка, из которой торчал кой-какой инструмент, - мужик похоже был местным сантехником. А, судя по тому, что в правой своей руке он судорожно сжимал большой разводной (газовый) ключ, - он действительно был сантехником.

Заполошный мужик, испуганно озираясь, быстро шмыгнул в щель между гаражами и там затаился. И, кажется, затаился вовремя, - через какое-то мгновение во дворе с диким - поднявшим жирных ленивых городских голубей ввысь - гиканьем появилась ватага дворовых пацанов. Они, пугая воображаемого врага своим игрушечным китайского производства - вооружением, пронеслись через дворик, заметно искривив своим энергетическим вихрем его пространство. И скрылись за углом дома. И больше не появлялись. Сантехник тоже.

-- Ребятня опять Потапова гоняет, - объяснила всё произошедшее одна бабка.

-- Судьба у него такая, - промолвила другая.

-- Небось, опять школу-то заминировали, вот уроков и нет.

-- Да пусть себе гуляют, - ещё своё оттерпят-отпечалят...